злости и восхищения подумала о его преданности Мэри.
Жаль, меня никто так не любит. Загарян ответил на третьем гудке.
— Давайте встретимся. Вы сейчас дома?
— Еду туда.
— Буду у вас через полчаса.
Он повесил трубку, прежде чем она успела предложить другое место. Ну и ладно. Встреча же неличная. Эмма поставила вариться кофе и переоделась в розовый свитер: он скрадывал фигуру и придавал красивое сияние коже. Она расчесала волосы, накрасила губы, взялась за духи, но почувствовала себя глупо и поставила их на место.
Загарян, как и раньше, выглядел так, словно сошел с обложки журнала. Эмма пыталась спрятать свои поношенные фиолетовые кроксы, а потом, разозлившись на себя, дерзко выставила их напоказ.
— Милый дом, — заявил гость, разглядывая темно-зеленый кожаный диван, газовый камин, наполняющий комнату уютными отблесками, и картины Эммы — абстрактные пятна ярких красок, придающие гостиной живость. — Давно вы здесь живете?
— Лет десять.
— Итак, что скажете?
— Есть пара вещей. Сначала задам вопрос: вы выяснили, откуда был пропофол?
— Больница скорой помощи в Нью-Гемпшире. Партия поступила в прошлом мае, по документам израсходована в июле.
— Кто подписал документы?
— Медсестра местной неотложки.
— Вы с ней говорили?
— Она умерла.
— От чего?
— Передозировка.
Эмме понадобилась секунда на осознание.
— Пропофол?
— Фентанил.
Опять фентанил!
— Сама?
— Судя по всему. Она уже некоторое время употребляла. Попалась на краже наркотических препаратов. Ее уволили. Потом нашли мертвой. Оснований подозревать насильственную смерть не было. Возможно, это случайность. Или нет. Покойную лишили родительских прав, и она тяжело это переносила. — Он отхлебнул кофе. — А у вас какие новости?
— В Нью-Гемпшире был всплеск передозировок. В прошлом году зафиксирован четыреста восемьдесят один случай гибели от опиоидов: самый высокий показатель по передозировкам фентанилом в стране. Сейчас мы наблюдаем нечто подобное здесь. И теперь эта ампула с пропофолом. Думаю, здесь есть связь.
— И какая?
— Скажем, дилер из Нью-Гемпшира решил перевезти свой бизнес сюда. Джордж это выяснил. Джорджу нужны были деньги. Он начал шантажировать нашего мистера Передоза. Мистер Передоз решил убрать Джорджа, вколол ему пропофол, который привез из Нью-Гемпшира, и едва не убил его. — Эмма вздохнула. — Жаль, что та медсестра умерла!
— А уж ей-то как жаль… — Загарян глотнул еще кофе. — Как получают фентанил?
— Можно плавить использованные пластыри. Можно синтезировать самостоятельно: лабораторное оборудование достать легко. Проще всего купить препарат через Интернет. Как только поставщик убедится в личности того, с кем имеет дело, никаких препятствий нет. По всему миру сотни поставщиков. Они продают чистый, неразбавленный фентанил в порошке. Дилер бодяжит его уже сам.
— Бодяжит?
— Разбавляет. Чистый фентанил слишком силен. Крошечная щепотка способна убить человека. Приходится разбавлять, чтобы объем позволял разделить его на дозы. Если ошибиться, в одних дозах фентанила может оказаться больше, чем в других. Конечный потребитель получает больше, чем способен выдержать. И засыпает. Вечным сном.
— Значит, возможно, мистер Передоз купил фентанил в Интернете. Потом разбодяжил его и разделил на отдельные дозы, но допустил ошибку?
— Возможно.
— То есть, по-вашему, мистер Передоз приехал из Нью-Гемпшира и каким-то образом связан с погибшей медсестрой?
— Да.
— Тогда зачем пропофол? Почему не убить Джорджа фентанилом?
— Фентанил действует слишком долго. Джордж очнулся бы после удара по голове и начал сопротивляться или звать на помощь.
— Значит, ваш мистер Передоз имеет познания в медицине, связи в медицинской среде и доступ к душевой неотложного отделения. Возможно, мистер Передоз работает рядом с вами.
— Не исключено.
— И кто бы это мог быть?
— Не знаю. Не верится, что кто-то из моих людей на такое способен.
— Кто-нибудь имеет отношение к Нью-Гемпширу?
— Карлос и Фейт, медбрат и медсестра, приехали из Нью-Гемпшира несколько месяцев назад.
— Еще кто-нибудь?
— У Роя, одного из медицинских техников, там жила двоюродная сестра. Умерла от передозировки прошлым летом. У Кена, нашего заведующего, был домик в Нью-Гемпшире. Он там каждое лето проводил отпуск. Все когда-нибудь да побывали в Нью-Гемпшире. Кстати, как идет следствие по делу Кена? Есть результаты?
— Пока у нас нет оснований считать, что эти дела связаны между собой.
— Да неужели?
— Послушайте, Эмма. На Джорджа напали в отделении неотложной помощи в рабочее время. Вы врач и завотделением. У меня есть основания обсуждать это дело с вами. Со вторым случаем все обстоит иначе, и я не могу о нем распространяться.
— Не слишком ли много совпадений? Две не связанные между собой смерти на территории больницы в течение одной недели.
— Одно дело — мои подозрения, и совсем другое — доказанные факты. Я работаю над этим. Пока больше ничего не могу сказать. — Он снова сделал глоток из уже пустой чашки.
Эмма скрестила руки, притворившись, что не заметила.
— Еще какие-нибудь связи с Нью-Гемпширом? — спросил детектив, поставив чашку на столик.
— Энн, одна из наших врачей, иногда временно служит в других местах. Прошлым летом работала там.
— Это все?
— Мне неизвестна личная жизнь всех и каждого, — пожала плечами Эмма. — Попробуйте поговорить с Дженни, нашим секретарем. Она знает все и обо всех.
— Еще что-нибудь?
Сжав губы, она отрицательно покачала головой.
— Хорошо ли вы знаете доктора Крампа?
— Мы с ним коллеги. Работаем вместе уже много лет. Вне работы не общаемся.
— Вам известно, что доктор Крамп и Джордж сильно повздорили накануне покушения? Доктор Крамп выскочил из кабинета с такой скоростью, что едва не сбил с ног одну из медсестер.
— Кто вам об этом сказал?
Загарян пожал плечами.
— Ссора может не иметь никакого отношения к нападению, — предупредила Эмма.
— Доктор Крамп заявил, что Джордж допустил ошибку во введении лекарственных препаратов, однако не смог припомнить пациента или подробности.
— Кто ж будет помнить имя пациента через неделю? Я бы не вспомнила.
— Я спросил у Джорджа. Он тоже не помнит.
— Ничего удивительного после ЧМТ и пропофола.
— Пропофол был на следующий день. Какой период времени захватывает ретроградная амнезия?
— Пожалуй, несколько минут. Но ЧМТ — совсем другое дело.
— Я снова у него спросил. Он изменил показания. Сказал, что доктор Крамп разозлился из-за задержки с важной ЭКГ. Я бы сказал, что они оба лгут.
— Вряд ли. Доктор Крамп — достойный человек, — сказала Эмма.
— Он любит деньги?
— Кто ж их не любит? — Она вспомнила новенькую «Ауди-А7» Курта, его сверкающие итальянские туфли и поездки в Лас-Вегас.
Возможно, он любит деньги поболее многих.
— Прошлым летом он был в Нью-Гемпшире, — добавил Загарян.
— Навещал Кена. Они дружили.
— У него милая подружка. И только что она купила машину, которую не может себе позволить.
Кайла… Кен собирался понизить Курта… Нет! Невозможно. И все же…
ГЛАВА 43
