— О том, что у тебя появится повод отсюда сбежать. Ты понравился маме. Просто мы с ней давно не виделись, вот посидели, порыдали. Это от радости.
— Вас женщин не понять, — Вадим подхватил её за талию и прижал к себе. — Хорошо вам — плачете, плохо — смеётесь. Всю жизнь за мамой наблюдаю, она такая же. Кстати, мне тоже понравились и твои родители, и Дуняша, и даже недоделанный хипстер Саша.
— Что насчёт Павла? — поинтересовалась Ника.
— Ну… — Вадим старательно изобразил вселенскую скорбь, — мне его искренне жаль. Ой… больно же! — со смешком подскочил он, когда Ника ущипнула пониже талии.
— Вот-вот, себя лучше пожалей! — хищно улыбнулась она. — Потому что сейчас я устрою тебе допрос с пристрастием, на тему вашей беседы с Лизой.
Глава 22
Ника была озадачена. Несмотря на то, что она была пристрастнее некуда, Вадим вместо того, чтобы сдаться на милость победителя, всем своим видом выказывал скуку. Как бы она ни старалась, результат, точнее его отсутствие, был налицо: Вадим с тех самых пор, как она усадила его под яблоней и приступила к допросу, даже бровью не повел. Только время от времени разглядывал свои ногти да зевал, прикрывая рот ладошкой. Хотя, в конце концов, Ника заподозрила, что на самом деле от неё скрывают самодовольную улыбку.
— Надо же, — для достоверности она ещё раз пробежалась пальцами по самым, на её взгляд, чувствительным местечкам: подмышками и на рёбрах.
— Ты закончила? — буднично поинтересовался он, смахнув с плеча белоснежные лепестки.
— Бессовестный! — Ника от растерянности потеряла равновесие и совсем не изящно плюхнулась на пятую точку. — Мог бы сказать, что абсолютно не реагируешь на щекотку.
— Ну, это было бы неправдой, — Вадим снял очки и достал из кармана платок. — Я отреагировал, и теперь мне будет неловко показаться на глаза твоим родителям.
— О, думаешь, они будут в шоке от запотевших очков?
— Нет, а вот причина, по которой они запотели, заставит их сильно усомниться в моей порядочности.
Ника никак не могла взять в толк, что имеет в виду Вадим, и уже собиралась как можно язвительнее заметить, что было бы неплохо помочь ей подняться, но он схватил её и затянул к себе на колени.
Да уж… не на такую реакцию она рассчитывала. К щекам моментально прилила кровь. Ника ойкнула и попыталась устроиться поудобнее, но…
— На твоем месте я бы не ёрзал, — тихонько шепнул Вадим. — Мне и так очень непросто.
— Ты хочешь сказать, что заводишься от щекотки?
— Видимо — да.
— Видимо?
— Я вообще с самого первого взгляда реагирую на тебя как спаниель на мясо.
— Что-то не припомню, чтоб ты тогда капал слюной на комп!
— Я призвал на помощь всю фамильную выдержку, но ещё никогда не был так близок к провалу. Мне до трясучки хотелось сделать вот так, — он провёл пальцем по её губам, а после поцелуя тихонько шепнул: — Оперативка, кстати, у меня была с собой, я ещё по описанию догадался, что в ней дело.
— И зачем же, позволь узнать, ты уходил?
— За воздухом. Бродил рядом с твоим домом, сражался с гормональной атакой и радовался, что ты сама дала мне прекрасную возможность для более близкого, так сказать, знакомства. Ой! — он дёрнулся. — Не могу сказать, что мне не нравится, когда ты царапаешься, но хотелось бы это делать в более интимной обстановке, ибо могу не сдержаться. И не смотри на меня так! Я на следующий же день дал понять, что намерен затащить тебя в постель.
— Тащить не пришлось, я сама пошла туда, с радостью.
— Тааак, срочно меняем тему!
— Ммм?
— Боюсь, что разговоры про постель…
— Кхм… Внимание, я иду, — Лиза вынырнула со стороны дома и поманила их рукой: — А ну хватит миловаться! Мама на чай зовёт.
— Сейчас придём, — Ника с сожалением покинула тёплые объятия Вадима.
— Смотрите у меня! — пригрозив пальцем, сестра скрылась за яблонями.
— Может, ты всё-таки скажешь, о чем вы с ней шептались, а? — попробовала в последний раз выведать у Вадима Ника. — Хотя бы из уважения к тому, что я на три года старше.
— Хорошая, попытка, — Вадим взял её за руку и повёл к дому, — но бесполезная. Это легко компенсируется тем, что я выше. По десять сантиметров на каждый год, плюс ещё один сантиметр как довод в мою пользу.
— Сомнительный довод, — вздохнула Ника, но всё-таки смирилась с тем, что Вадим ничего ей не скажет.
«Каков шельмец! Красиво тебя сделал! — восхитилось подсознание. — Настоящий крепкий орешек. Только подумай — с ним же приличный орешник замутить можно».
Ника собралась как обычно огрызнуться и велеть своему второму я замолкнуть, но в этот самый момент Вадим, усевшись за стол, поймал её взгляд и улыбнулся, и она была вынуждена признать — она действительно хочет с ним замутить. Ох, как хочет!.. и что-то посерьезнее орешника.
«Хотеть-то ты хочешь, — на сей раз голос прозвучал раздражённо, — только вот никак не назовёшь вещи своими именами».
— Ты чего такая задумчивая? — тихонько спросила сестра. — За всё время ни слова не сказала.
— Когда-то же надо начинать думать, — отшутилась Ника. — Тем более, есть над чем.
— Приятно, чертовски приятно! Ты наконец признала, что раньше не утруждала себя шевелением мозгами, — Лиза звонко захохотала, привлекая внимание всех за столом.
— О, ну раз вы на меня смотрите, спешу сообщить, — она отсалютовала чашкой чая, — мы с Пашей вчера подали заявление. Закупайте вечерние наряды, люди, свадьба будет пышной! Кстати, в дар мы с удовольствием примем…
Ника, завизжав от восторга, бросилась на шею сестре, чуть не расплескав чашку с чаем, а там к ним присоединилась и мама, — судьба чашки была решена. Когда первые восторги утихли, Ника принялась собирать осколки, а мама вытирать чай, папа с непередаваемой интонацией поздравил Лизу и Павла, и выразил надежду, что в этот раз у них получится справиться друг с другом.
— Теперь я знаю кун-фу, — продемонстрировала сжатый кулачок Лиза. — Думаю, справлюсь.
— А я здорово поднаторел в гипнозе, — не остался в долгу Павел. — Уже пару раз применял — результат потрясающий.
— Всё шутите, — покачала головой мама. Впрочем, было понятно, что она очень рада за Лизу.
Дальнейший вечер проходил в жарких обсуждениях программы будущего торжества, количества гостей и места проведения банкета. И никто не смог убедить Лизавету, что пять лимузинов — это перебор.
Домой Ника с Вадимом добрались только поздним вечером. Лиза с Павлом остались у родителей и довольно долго пытались уговорить составить им компанию, но Ника категорически отказалась, мотивируя это тем, что завтра рано утром ей надо начинать работу над новой статьёй.
