Ее посох с солнечным кристаллом исчез. Тени нигде не было видно. Она была заперта в своей комнате.
Винн всегда считала, что почти любая ситуация утром будет выглядеть лучше. Но сейчас, сидя в одиночестве, она поняла, что это не так.
Стянув свою серую мантию с изголовья кровати, она надела её и разгладила складки на коленях. Часть ее испытала желание открыть дверь и проверить, был ли Лукан еще там. Но, конечно, был, поскольку ничего не изменилось.
В её дверь мягко постучали. Это мог быть только Николас с завтраком, и это заставило ее почувствовать себя не такой одинокой. Она встала, готовая впустить его, но успела сделать только шаг, когда...
-Странница? Я могу войти?
Винн замерла от низкого голоса, раздавшегося с другой стороны двери. Она узнала этот голос, и он, конечно, не принадлежал Николасу. Она должна была как-то ответить, поэтому просто пошла и открыла дверь.
Снаружи стоял капитан Родиан, а Лукан внимательно смотрел на него. Красный плащ капитана выглядел только что отглаженным. Его бородка была аккуратно подстрижена, а шея выглядела так, будто её брили сегодня утром. Но выражение его лица было не слишком сосредоточенным, а под глазами пролегли тени, будто ему не удалось хорошо поспать этой ночью.
Винн вспомнилось ночь прошлой осенью, когда Родиан запер ее в камере во втором замке. Он пришёл той же ночью и точно также спросил разрешение войти. Зачем он спрашивал, ведь у нее не было выбора? Даже ее комната больше не принадлежала ей. Ей захотелось истерично рассмеяться, когда она задалась вопросом, что бы он сделал, если бы она сказала ему уходить.
Но она ничего не сказала, и лоб Родиана наморщился. Он посмотрел на так же молчащего Лукана и шепнул что-то своему капралу. Лукан кивнул и отвернулся, и Винн услышала его удаляющиеся шаги.
-Пожалуйста,- добавил Родиан, все еще ожидая в коридоре.
Винн вздохнула и, оставив дверь открытой, отступила на несколько шагов. Он вошел, а затем оглянулся на дверь, словно задаваясь вопросом, закрывать её или нет. Но всё-таки закрыл, и они остались наедине.
-Странница...- повторил он, но затем замолчал.
Винн это показалось не слишком хорошим знаком.
Родиан казался почти комично полным решимости соблюдать все формальности, как будто стычки с Чейном вчера вечером и того, как Дориан тащил ее прочь, никогда не было.
Винн понятия не имела, зачем он здесь. Она совсем не собиралась помогать ему выразить свои слова или предложить поддержку, поэтому просто стояла и ждала.
-Почему Совет запер вас?- спросил он.
-Вам следовало бы спросить их.
-Я спрашивал.
-Ну, тогда вы знаете больше, чем я.
Его взгляд был таким напряженным, что Винн дрогнула. Он казался заинтересованным, словно волновался за неё. Если это так, то почему он сделал все, что требовал от него Совет, кроме того, что взял на себя контроль над ее заключением? Почему он оцепил территорию Гильдии?
Родиан покачал головой и шагнул ближе:
-Вы, должно быть, сделали что-то — или произошло что-то, связанное с вами — и Совет вызвал меня,- внезапно вся его выдержка дала сбой. - Винн, поговори со мной! Что произошло здесь вчера вечером?
Что она могла сказать ему? Что дампир, бывший убийца-полуэльф и родившийся в теле маджай-хи Стихийный Дух вернулись к ней, до смерти перепугав Совет Преминов? А затем она была вынуждена помочь выбраться отсюда вампиру, который скрывался в ее комнате?
О, да, это бы все исправило.
Даже если Родиан поверит чему-либо из этого — если он не задаст еще сто вопросов — она не думала, что это по-настоящему имело какое-либо отношение к тому, почему она была заперта.
-Я вернулась из долгого путешествия на юг,- наконец ответила она. - Там, в моем исследовании я без разрешения Гильдии зашла дальше, чем мне приказывали. Теперь мне кажется, что они знают больше, чем я думала, и хотят, чтобы я рассказала им всё... а я этого делать не буду.
-Почему нет?
-Из-за темных предзнаменований, которые они не хотят признавать. И чем больше я говорю им, тем больше они стоят на своём. Из всех людей, уж кто-кто, а ты должен понять это.
-Если ты не даёшь им то, чего они хотят, тогда почему они просто не уволят тебя, не исключат из своих рядов?
Винн невесело улыбнулась:
-Поскольку тогда они потеряют контроль надо мной.
Родиан потер лоб и повернулся, будто хотел пройтись по комнате, но она была слишком маленькой.
-Ты собираешься продолжать делать то, что они хотят?- спросила она. – Продолжишь служить им?
Она должна была лучше знать ситуацию, а не пытаться свалить всё это на него. Но теперь он был всего лишь очередным препятствием.
-Они озвучили какие-либо официальные обвинения, которые будут выдвинуты против тебя?- спросил он.
-Мне они ничего не говорили. И я не знаю, что они сказали тебе.
Родиан не ответил:
-Есть нечто большее, чем твоя неудавшаяся миссия,- наконец произнёс он. - Что-то произошло здесь вчера вечером. Даже если события не кажутся важными, ты должна рассказать мне всё, что случилось...
Дверь с грохотом распахнулась. В дверном проёме стояла Высокий Премин Сикойн, ее расширенные глаза немедленно остановились на Родиане.
-Капитан,- сказала она с удивительным спокойствием. - Могу я поговорить с вами... снаружи?
Тщательно выстроенная выдержка Родиана поколебалась.
Винн задалась вопросом, не собирается ли он втянуть Сикойн в комнату и потребовать ответы здесь и сейчас. Но эта вспышка прошла, и его верная выдержка вернулась к нему.
Он вежливо кивнул премину и повернулся к Винн:
-Один из моих людей в любом случае будет дежурить у вашей двери. Если вы обнаружите, что это изменилось, и перед этим не получите известие от меня... приложите все усилия, чтобы как можно скорее сообщить мне.
Глаза Сикойн сузились, ее левое веко дернулось.
Родиан развернулся и встал перед премином, ожидая, пока она не освободит ему проход. Он последовал за ней и закрыл дверь.
Правда поразила Винн. Родиан не испытывал уважения к Совету Преминов, только формальную вежливость и ответственность перед своими обязанностями, Хранители в целом его не заботили. Их пути шли вразрез с его верой и философией, и все же прежде всего он был верен своей присяге.
Она несколько раз видела доказательства этому, хотя не всегда понимала причин. Теперь он снова пошёл на уступки Совету... или, скорее, кое-кому другому, как и два сезона назад, когда она охотилась на призрака.
Это был не первый раз, когда она видела противоречия в поведении Родиана — и не в первый раз, когда вмешался кто-то еще, склонивший чашу весов в пользу Совета Преминов. На это был один ответ.
На капитана Родиана снова оказывали давление члены королевской семьи Малурны, возможно, даже непосредственно герцогиня Рен Файнер-Арескинна. А члены королевской семьи защитят Гильдию... защитят интересы Сикойн любой ценой.
Несмотря на все это, и то, что Родиана, скорее всего, принуждали к действиям, которые кидали тень на его клятвы при вступлении в должность, Винн почувствовала себя странно расстроенной, когда капитан ушёл. Что с ней стало, если она начала думать о капитане, как о потенциальном союзнике? Она теперь совершенно одна?
Она кинулась к двери и прижалась ухом к древесине, чтобы услышать то, что происходит в проходе. Но оказалось, что Сикойн увела капитана слишком далеко к лестнице. Винн уловила только приглушенные звуки коротких, резких реплик Родиана и мягкие ответы Сикойн.
Голос Родиана внезапно повысился, и Винн услышала, как он рявкнул: «Поскольку я считаю это нужным!». За этим последовала тишина, но она в неуверенности осталась на месте.
Капитану, очевидно, не понравились слова премина, независимо от того, что она сказала. Она слишком давила на него, и он дал ей отпор. Но ясно, что на него давила не только Гильдия. Полностью он не подчинится любому приказу Сикойн, но и при этом, пока служит королевской семье, не может проигнорировать его. Пока это не изменится, Винн могла ожидать мало помощи от Родиана.
