грязно выругался и пошел обратно в дилерский центр, видимо, не собираясь ее догонять.
Варя устроилась на переднем сиденье машины Журавлева и сглотнула горький ком в горле. Вот и полетели первые камешки в ее огород! Нельзя трогать чужих мужчин, никак нельзя. Особенно, если ты сама все еще замужем.
– И как тебе наша Маша? – устраиваясь за рулем, подмигнул ей Олег Викторович.
– Маша как Маша, – отвернувшись к окну, пробурчала Варя.
– Судя по тому, что Кулагин не кинулся за ней следом, у тебя появился маленький шанс получить его целиком и полностью.
– Вы сейчас шутите? – нахмурилась она.
– Нет, я на полном серьезе. Я еще ни разу не видел, чтобы он так переживал за кого-то, как за тебя. И настроение у него в последнее время прескверное. С Машей они вместе уже давно, почти три года. Не могу сказать, что у него к ней была внеземная любовь, просто Мария не привыкла к отказам и все берет нахрапом. Так и Германа взяла. По ее инициативе он к ней переехал. Она для него, как красивая картинка, упакованная в идеальную обертку. Герман, он вообще перемен не любит, вот и живет у нее. Вернее, жил. До сегодняшнего дня, – подняв верх указательный палец, поправил сам себя Журавлев.
– Да ладно, помирятся к вечеру. – Варя не верила Олегу Викторовичу. Кулагин не уйдет от Маши. Ему удобнее подарить ей какой-нибудь дорогой подарок и все загладить, чем собирать вещи и съезжать.
– Как знать, как знать… – покачал головой ее шеф и сосредоточился на дороге.
В торговом центре они провели почти два часа, потом вернулись в «Юг-Авто-Драйв», но машины Кулагина уже не было.
«Видимо, поехал мириться», – с горечью пожала плечами Варя. На душе скребли кошки.
Вечером она возвращалась на своей машине домой и все думала о Германе. О том, что для него, возможно, она так и останется просто сотрудницей, с которой он когда-то случайно оказался в одном номере. Потом ее мысли переключились на Алика. Морозову сейчас важнее всего восстановить собственную репутацию в глазах партнеров отца, задобрить Варю и любым способом заставить ее вернуться домой. А что будет происходить дома, за закрытыми дверьми, уже не важно, потому что об этом никто никогда не узнает.
При мысли о том, что муж может заставить ее вернуться, Варе становилось плохо.
У небольшого торгового центра она остановилась. По привычке осмотрелась по сторонам. Алика нигде не было видно. Варя сунула руку в карман пальто, желая сжать нож, но его там не оказалось. Она тут же вспомнила, что выложила его в воскресенье, прежде чем ехать в ночной клуб с Журавлевым, а утром забыла положить обратно. Сразу стало не по себе, но она все же решилась выбраться из машины. Попасть в торговый центр ей было необходимо – у нее пошла стрелка на последних капроновых колготках, а в холодильнике опять было пусто.
Она чувствовала себя ужасно уязвимой на темной, скупо освещенной фонарями улице, и до входа в торговый центр почти бежала.
В просторном холле Варя немного расслабилась. Вокруг были люди, совсем незнакомые ей, но все же это не темная улица, где никого нет.
Она побродила по супермаркету, купила манго, свежий творог и курицу в упаковке. Прихватила упаковку бекона, пачку свежих яиц и хлеб. Потом выбрала колготки, решив сразу взять две пары, потому что они шли со скидкой, а она, хоть и зарабатывала у Журавлева очень приличные деньги, по старой привычке, привитой еще мамой, любила покупать все по акции. Отчего-то ей вспомнилась красивая и пышущая возмущением Мария, которая обозвала ее школьной учительницей, и Варя нахмурилась.
«Не буду больше носить этот пучок!», – задетая наглостью соперницы, подумала она. Рассматривая шампуни и гели для душа, почти перестала бояться вторжения Алика, взяла пару тюбиков и спокойно двинулась в сторону кассы.
Оплатив покупки кредитной картой, она снова оказалась на улице. Кто-то вышел из торгового центра следом за ней и крепко взял ее под руку. Варя вздрогнула и обернулась. Сердце тут же ушло в пятки. Муж крепко держал ее за локоть.
– Привет, – сладко проговорил он и, улыбаясь, помог ей спуститься по ступеням.
Варе стало так страшно, что она не могла дышать.
– Что тебе нужно?
– Ты, милая.
– Ты следил за мной?
– Верно. Почти весь вечер. Ты даже ничего не заметила, хоть и оглядывалась по сторонам. Видимо, ты не учла тот факт, что твои дружки уничтожили мою машину, и теперь я вынужден ездить на простом неприметном авто, каких сотни.
– Перестань меня преследовать. Я не вернусь. – Она старалась говорить смело, но голос дрожал и срывался, выдавая ее страх перед ним.
– Что значит – не вернешься? Ты должна! Папин дом, он такой огромный и пустой! Когда ты туда приходила, он словно оживал! Ну же, вспомни! Вечера, которые мы проводили вместе с папой, превращались в маленькое чудо. И все благодаря тому, что ты всегда вкусно готовила и умела превратить любой семейный ужин в маленький праздник.
– Алик, у нас нет будущего.
Она попыталась вырвать руку, но муж крепко держал ее, как и раньше, когда собирался наказать за какую-нибудь провинность. Воспоминания всплывали перед глазами одно за другим. Вот он замахивается и бьет ее по лицу, вот толкает с такой силой, что она влипает в стену… Ее начало трясти. Нет, ничего не изменилось. Она все так же боится его.
Одной рукой вцепившись ей в локоть, а другой ласково поглаживая по спине, Алик уверенно подтолкнул ее к своей машине.
От его прикосновений по коже бежал мороз. Разум, казалось, отек от страха, и она совсем не сопротивлялась.
– Поехали домой, Варя. Есть я и ты, помнишь? Я твой муж. Я знаю, ты переживаешь из-за нашего ребенка. Я тоже очень сильно переживаю. У нас все наладится, вот увидишь. Мы попробуем завести еще одного ребенка. А может, двоих. – Желая закрепить свой контроль над ней, он потянулся за пакетом в ее руке.
Варя в отчаянии осмотрелась по сторонам. Как назло, вокруг не было ин одного человека. Только темнота, промозглая осенняя сырость и крепко держащий ее под руку муж.
Сердце бешено колотилось в висках. Все тело било мелкой дрожью. Алик взял пакет у нее из рук и крепче вцепился цепкими пальцами в ее локоть. Она сразу вспомнила, какими сильными были его руки, когда он в очередной раз собирался ее проучить, и перед глазами все поплыло.
Вдруг совершенно случайно она заметила, что из супермаркета вышел покурить охранник.
Инстинкт сработал
