Полулежа на бархатных подушках, Ли По читал письмо от Брэда Страйкера:
«Дорогой Ли По!
Уверен, тебя уже известили о том, что твой дом сгорел дотла. Преступника, виновного в поджоге, до сих пор не обнаружили. Впрочем, ты и сам знаешь, власти мало беспокоятся о том, что происходит в китайском квартале. Если ты захочешь отстроить дом заново, напиши – я посмотрю, что можно сделать.
Мне необходима твоя помощь в одном деле. Из Вирджиния-Сити сбежала женщина по имени Серена Фостер. Она разыскивается по подозрению в убийстве хозяйки публичного дома. Власти в Сан-Франциско уже, вероятно, предупреждены. Но если ее найдут и вернут, в Вирджиния-Сити ее ожидает быстрый приговор и виселица.
Я заинтересован в том, чтобы ее найти. Причины сугубо личные, и я о них умолчу. Пишу я тебе не случайно, у меня есть основания полагать, что она прячется где-то в твоем городе.
Я знаю, Ли По, что в Сан-Франциско ничто не может ускользнуть от твоего внимания. Серене Фостер около двадцати лет. Она среднего роста. У нее светлые волосы, большие серые глаза и прекрасная фигура. Говорят, она очень миловидна.
Так как дела требуют моего постоянного присутствия здесь, я буду тебе очень благодарен за любую помощь. Если ты узнаешь что-нибудь, сообщи. Возможно, я смогу даже вознаградить тебя за хлопоты».
Дочитав письмо, Ли По погрузился в размышления. Отстраивать дом он не собирался. Он действительно уже знал о пожаре. Это его вполне устраивало: теперь можно будет не ездить в этот мерзкий городишко. Но, хорошо зная Страйкера, он мог кое-что читать в письме и между строк. Страйкеру нужна смерть этой девушки.
Внезапно он вспомнил.
Белоснежная кожа и золотистые волосы! Это та самая девушка, которую он видел в Оперном театре Магуайра! Ли По не сомневался. Всем сердцем он чувствовал, что это именно так. Ли По громко рассмеялся. Приглянувшаяся женщина сама плывет в его руки! Боги добры к нему.
Возможно, конечно, что Страйкер ошибается и она вовсе не в Сан-Франциско. Но если она здесь, Ли По отыщет ее. Рано или поздно Ли По узнавал все, что творится в городе.
Он уже представлял, как поступит с Сереной Фостер, если она попадет к нему в руки. Он позабавится, с ней, пока она ему не надоест. А затем можно будет послать о ней весточку Страйкеру. Желания Брэда Страйкера очень мало значили для Ли По, но почему бы и нет? Большого вреда это не принесет, а белый будет у него в долгу.
Сан-Франциско ошеломил Серену. Широкие улицы, экипажи, роскошно одетые люди, величественные дома на Ноб-Хилле.
На самом деле она почти не видела города. Как только они переправились через пролив, Шу Тао повернул в китайский квартал. Там он высадил Тан Пин и Серену и укатил прочь.
– Он продаст лошадей и экипаж, – объяснила Тан Пин. – Потом найдет нас и отдаст тебе деньги, Серена.
Тан Пин торопливо вела девушку по узким улочкам китайского квартала. Серена смотрела по сторонам, с удивлением разглядывая разноцветную одежду прохожих, необычные красивые дома с нависающими над улицей балконами. Из ресторанов и лавочек доносились экзотические запахи китайской кухни. Наконец они скользнули в темную арку и вошли в дверь. Узкая лестница вела вниз, в темноту. Серена остановилась в нерешительности, но Тан Пин жестом попросила ее не отставать. Они начали спускаться, прошли один этаж, второй, третий...
На третьем Серена остановилась и, переводя дыхание, спросила у Тан Пин:
– Куда мы идем? На сколько этажей нам нужно спуститься?
– Еще один. – Тан Пин улыбнулась. – Большой китайский город под землей. Спускаться... как это называется? Четыре лестницы?
– Четыре этажа под землей? Я помню, ты рассказывала, но... так глубоко? А под землей он далеко простирается?
– Только под китайским кварталом.
На следующей площадке Тан Пин открыла дверь, и они очутились в длинном коридоре, освещенном китайскими фонариками. Здесь было много китайцев. По обеим сторонам коридора располагались двери. Большей частью они были закрыты, но за несколькими открытыми оказались лавки с едой и одеждой и пара небольших ресторанчиков.
Они довольно долго шли по коридору, несколько раз сворачивая. Наконец Тан Пин остановилась перед одной из дверей. Ее украшало изображение красного огнедышащего дракона.
Тан Пин постучала и объяснила Серене:
– Здесь живет семья Линь. Они друзья Тан Пин и Шу Тао.
На пороге появилась китаянка, такая же крошечная, как Тан Пин, и с такими же изящными чертами лица, но несколько старше.
Никаких радостных приветствий, объятий и рукопожатий, к удивлению Серены, не было. Вместо этого китаянка и Тан Пин обменялись церемонными поклонами. Затем последовало несколько быстрых фраз по-китайски.
– Линь By говорит, что это честь для нее – пригласить нас в свое скромное жилище, – перевела Тан Пин. – Я сказала ей, что ты не китаянка. Она умеет хранить секреты. Но больше никому не говори об этом, Серена. Даже китайцам. Ты можешь ходить здесь везде, по всем этажам. Но не выходи на поверхность. Это опасно для тебя. Понимаешь?
Серена расстроенно кивнула. Как долго ей придется пробыть здесь? Пока что все вокруг кажется новым и необычным, но потом... Она не любила, когда что-то ограничивало ее свободу.
Заметив выражение ее лица, Тан Пин строго сказала:
– Многие из тех, кто живет здесь, почти никогда не поднимаются на поверхность. Линь By в Сан-Франциско пять лет. Наверху почти не была.
Муж Линь By владел прачечной в городе. У них было двое детей. Все они были спокойными, вежливыми людьми, и, несмотря на языковой барьер, Серена объяснялась с ними без особых проблем. Квартира у них была небольшой, но уютной. Она состояла из двух комнат – большой, в которую Серена попала из коридора (это была гостиная), и маленькой столовой. Семья китайцев и Шу Тао спали в гостиной. Серена и Тан Пин поселились в маленькой комнате. Раньше, как поняла девушка, это была спальня Линь By и ее мужа.
День заднем, неделю за неделей Серена исследовала подземный город. Тан Пин снабдила ее запиской с именем и адресом Линей, чтобы она всегда могла попросить о помощи, если заблудится. Хотя китайский – очень сложный язык, китаянка научила Серену нескольким самым простым фразам. Раз или два ей показалось, что за ней следят. Но наверняка сказать было сложно: слишком много китайцев сновало по подземным коридорам.
Больше всего ее раздражало вынужденное безделье. Тан Пин ходила на работу в прачечную Линей. Шу Тао устроился развозить почту. Несколько раз Серена предлагала Линь By помочь с уборкой квартиры, но та только вежливо улыбалась и отрицательно качала головой.
Через две недели Тан Пин нашла им отдельное жилье. Это были две небольшие комнатки, уже с мебелью.
