трудом понимал, что ему говорят. Перед глазами стоял только Лео – и крохотная жёлтая лягушка, и ужас в глазах дедушки, когда он понял, что она его коснулась.
Лео знал. Он знал, что умрёт, но всё равно до последнего защищал Саймона с Уинтер.
«Ничего не бойся».
Лео не произнёс слова вслух, но в ушах всё равно звенел его голос, и Саймон цеплялся за него, как за единственное спасение. Словно только он помогал удержаться на плаву и не погрузиться в пучину.
Лео умер. И Саймон не знал, как жить дальше.
Ариана с Джемом сидели рядом. Время шло, но Саймон за ним не следил. В какой-то момент усталость навалилась на него всем своим весом, и он провалился в беспокойный сон, полный кошмаров, а когда проснулся – на мгновение забыл, что случилось, забыл про смерть Лео, и на душе стало восхитительно хорошо.
Но потом он увидел пещеру и покрывало – и вспомнил.
Он не знал, сколько прошло времени – может, полдня или полжизни, – но в какой-то момент к нему подошла Йара и опустилась на землю рядом. В её лице тоже читалась скорбь.
– Мне очень жаль, что так вышло, – тихо сказала она. – Память о твоём дедушке всегда будет жить в наших сердцах.
Саймон тяжело сглотнул, но промолчал. Да и что можно было сказать? Поэтому он просто перевёл взгляд на Элоизу, которая посапывала в его ладони. Она выбралась из кармана Уинтер почти в самом начале и с тех пор не отходила от Саймона ни на шаг. И он был ей благодарен, пусть эту благодарность и отравлял страх навредить ещё и ей.
– О твоём дяде тоже, – сказала Ариана, догадавшись, что Саймон ей не ответит. – Новостей нет?
Йара покачала головой.
– Мы искали выживших, пока нас не вытеснили с поверхности, но никого не нашли.
Значит, Габриэль тоже умер. Эта новость не вызвала у Саймона особых чувств, хотя Хранитель хорошо к нему относился. Просто рядом с дедушкой меркло всё остальное. Даже чужая смерть.
– Мне очень жаль, – сказала Ариана с опустошённостью, которую Саймон разделял. Рядом с ней лежала Уинтер, такая же бледная, как и раньше. Она тяжело дышала, и Ариана убрала с её лица упавшие пряди. – Кауан ещё не очнулся? Мне надо с ним срочно поговорить.
– Сейчас проверю, – сказала Йара. Саймон почувствовал на себе её взгляд, но не поднял глаз. – Мы с остальными Наследниками хотим собраться и обсудить ситуацию. Приходи, если захочешь. Лишняя голова нам не помешает.
Саймон не мог даже представить, как кто-то мог сейчас собираться и что-то обсуждать, поэтому коротко помотал головой – на большее он не был способен. Но Ариана переплела с ним пальцы и сжала ладонь, и к нему вдруг пришло ужасное осознание.
Теперь только он мог спасти друзей. На нём и раньше лежала эта ответственность – разумеется, они были далеко не беззащитны, но Саймон неоспоримо превосходил их по силе, пусть и уступал в других качествах. Они были умнее, изобретательнее, преданнее…
Но он был Наследником. И до этого он бессознательно надеялся на Лео, зная, что дедушка даже без способностей будет до последнего их защищать. Он заботился о них, и Саймон всегда принимал это как должное, но сейчас…
Сейчас это была его задача.
– Что будете обсуждать? – спросил Джем скорее из собственного любопытства, чем из желания уговорить Саймона принять участие в собрании.
– Всё, – с тяжёлым вздохом ответила Йара. – У нас нет ни еды, ни лекарств, а разведчики до сих пор не нашли в пещерах источник воды. Мы стараемся отслеживать передвижения врагов на поверхности так, чтобы животные нас не заметили, но Верховный Совет знает, где нас искать, так что рано или поздно они осмелеют и нападут. Нужно подготовиться, составить план. Иначе мы никого не спасём.
Никого, включая друзей Саймона. Он судорожно втянул в себя воздух, пытаясь собраться с силами, и хрипло выдохнул:
– Я постараюсь помочь.
Йара слабо ему улыбнулась.
– Большего мы и не просим, – сказала она, коснулась его колена и встала. – Ладно, мне нужно к дозорным. Ариана, могу отвести тебя к Кауану, если хочешь.
– Давай, – сказала та, но неуверенно взглянула на Саймона.
– Я в порядке, иди, – тихо ответил он. Соврал, разумеется, – он сомневался, что вообще когда-нибудь будет «в порядке». Ариана поджала губы, но всё же кивнула и снова сжала его ладонь.
– Я скоро вернусь, – пообещала она. – Джем…
– Да, я посижу тут, – ответил тот, но Саймон помотал головой.
– Джем отлично ориентируется в пространстве, – сказал он Йаре. – Он наверняка сможет отыскать воду и второй выход.
Йара изумлённо посмотрела на Джема.
– Серьёзно? – спросила она, и тот покраснел.
– Наверное. Могу попробовать.
Напускная скромность была ложной, и это понимали все, и Джем, и Ариана. Но Саймон прекрасно знал, почему его друг до сих пор не разыскал десяток подземных рек и источников – они с Арианой боялись оставить его одного. И хотя он до ужаса не хотел оставаться наедине с медленно умирающей Уинтер, он собрал волю в кулак и махнул рукой в сторону пещеры.
– Идите, – сказал он твёрдо. – Вы нужны племени.
– Ты тоже, Саймон, – заметила Ариана, но спорить не стала. Просто поднялась на ноги, бросила на него ещё один взгляд и пошла за Йарой к центру пещеры, где устроили временный лазарет.
Несмотря на усталость, Наследники не расслаблялись. Они лавировали среди соплеменников, перешёптывались и то и дело оглядывались на тоннель, ведущий к перекрытому проходу в общий зал. Среди них были раненые, но главная цель нападавших провалилась: ни один из Наследников не погиб. Саймон прекрасно понимал, какая вина их терзает – в конце концов, он был с ней знаком. Даже сейчас она грызла его среди скорби, отчаяния и беспомощности. Лео мог бы остаться в живых. Все, кто умер из-за него, могли бы выжить. Лео должен был сидеть сейчас в Небесной башне с Зией и ждать рождения внука, а не лежать мёртвым в пещере среди лесов Амазонки. Если бы Саймон вернулся в Нью-Йорк с мамой и дядей, если бы не попался Вадиму на глаза…
– Прости меня, – раздался рядом едва слышный голос. Обернувшись, Саймон увидел Шарлотту: она сидела на коленях рядом с Уинтер, и хотя с прошлого вечера успела прийти в себя и оправиться, глаза у неё покраснели и опухли, на коже проступали неровные пятна румянца, а на щеках виднелись дорожки засохших слёз.
– Да за что, – пробормотал он, поглаживая Элоизу по мягкой шёрстке. Он не знал, что сказать. Так было и в прошлый раз, когда погиб дядя Дэррил. Но тогда Саймон злился на мир, а сейчас
