пометки и все вместе искали, где нужная выбоина в стене или отметина краской на кирпиче.
Чем дальше уходили по карте, тем глуше становилась темнота, тем сильнее пронизывал сырой холод. Алиса сверилась с телефоном, в котором оставалось процентов двадцать зарядки. Шли третий час. Наверху ночь катилась к концу и сменялась ранним рассветом. Может, таким же пасмурным и серым, как прошедший день. Может, тучи разошлись и над разоренным городом выглянуло умытое солнце, чтобы одинаково греть и палачей, и жертв.
Под ногами начало хлюпать. Алиса подсветила. Покуда видел глаз, тянулась тонкая темная пленка воды. Сначала было вровень с полом. Потом – с подошвой кроссовок. Потом носки обуви стали подмокать.
– Мокро, – Марко первым подал голос и констатировал очевидное. – Чего мокро-то?
– Мы ближе к реке, – ответила Алиса.
– И чего?
На это у нее ответа не было. За спиной чертыхнулась Ивана.
– Не могу больше! – капризно сказала она. – Вымокла вся. Пальцы замерзли. Долго еще?
Алиса всмотрелась в карту.
– Километра два.
– Это сколько?
– Нашим ходом – примерно минут сорок.
Ивана не ответила, только каблучки зацокали злее. Но через десять минут снова подала голос:
– Все, дальше не пойду. Вы как хотите, а еще чуть-чуть – и по щиколотку будет.
– Ивана…
– Всё!
Цокот прекратился.
Алиса обернулась. В луче фонарика Ивана искала, где усесться, но куда бы она ни ступала, куда бы ни наклонялась в поиске подходящего места, везде было мокро. Наконец, она просто прислонилась к стенке и скрестила руки на груди.
– Да и оставайся, – огрызнулся Марко. – Без тебя дойдем!
– Дойдете, – Ивана задрала нос и смотрела нарочито в сторону. – И что? Кто вас туда пропустит? Без меня?
– Вот он, – Марко кивнул в сторону Мики. – У него отец там.
– А если нет? Никто там вас больше не знает. А меня знают. Не доктор, так кто-нибудь другой. Меня все, кто нужно, в этом городе знают, понял, ты, мальчик? Так что никуда вы без меня не пойдете. А я не пойду дальше в эту дыру. Там мокро.
Марко зарычал, но Алиса оборвала, некогда.
– Маки, это не поможет. И правда, воды прибывает. Оставим женщин с Микой, сходим разведать?
Рык затух в горле, и Марко недовольно прищурился.
– Ладно. Сам схожу. Ты в прошлый раз ходила. Посиди с ними. Присмотрите тут с танцором балета.
Алиса отдала ему фонарик и карту. В обмен на фонарик он протянул ей зажигалку.
– Да у нас свои.
– На всякий случай. Курить все равно по пути не буду.
– Пройдешь вот до этой развилки, это примерно километр. И возвращайся. Расскажешь, как там, и решим, как дальше.
– Да понял я, русская. Не боись. Исполню в лучшем виде. Ну чего, с богом, что ли?
Можно и с богом, подумала Алиса. Всю дорогу с тех пор, как они встретились с Марко в супермаркете, его молитвы, в которые Алиса не верила, совпадали с тем, что со стороны можно было бы назвать чудом. А пока не доказано, что именно с ними происходило каждый раз, когда случалось якобы чудо, почему бы не считать это божьим присутствием?
– С ним, – Алиса кивнула. – Удачи.
Тонкий луч заметался по стенкам. Вода захлюпала под тяжелыми подошвами. С каждым всхлюпом огонек становился слабее, а потом исчез, когда шаги свернули направо. Алиса щелкнула колесиком зажигалки и посветила на лица тех, кто остался. Ивана все так же стояла у стены, скрестив руки, и смотрела куда-то вбок, барабаня наманикюренными пальчиками по предплечью. Госпожа Мария прислонилась рукой к противоположной стене, а Мика поддерживал ее под локоть.
Колесико нагрелось под пальцем, и пришлось отпустить его, чтобы не обжечься.
Пока ждали в темноте, опять молчали. Только четыре рисунка дыхания звучали в темном сыром воздухе да легонько хлюпала вода, когда кто-то переминался с ноги на ногу. Алиса не сразу заметила, что звук каблучков, который раздавался, когда Ивана переступала ногами, стал ритмичным. К нему добавился голов. Ивана начала тихонько напевать, сначала без слов, одним только мелодичным «ммм», а потом к ней присоединился голос Мики и вдвоем они подхватили куплет с середины фразы. Песню Алиса не знала, но судя по мелодии, репертуар был все тот же, с популярных радиостанций. Что-то про аллеи любви, которые одни в целом мире знают все тайны певцы. К удивлению Алисы, на припеве присоединился третий голос. У госпожи Марии оказалось хорошо поставленное сопрано. Слов она или не знала, или не помнила, но мелодию ухватила, и теперь напевала ее на «ла-ла-ла». Голоса отскакивали от кирпичных стен и множились эхом.
Когда песня закончилась, на несколько секунд повисла тишина, а потом голос Мики начал выпевать без слов знакомую мелодию. Алиса помнила ее по занятиям. Она всегда звучала на разминке, когда нужно было тянуть грудь вверх, а бедра топить в пол, подниматься на носки и бесконечно проделывать невозможные повороты перед зеркалом. За мелодией пришли слова – кажется, на испанском. Два женских голоса подхватили. Госпожа Мария все так же мелодично тянула один слог, а Ивана пыталась угадать слова, от чего ее партия запаздывала и сбивалась.
– О чем песня? – спросила она, оборвав Мику в середине.
– Называется «La bruja» – «ведьма».
– Про колдовство?
– Про человека, который очень сильно любил и поздно понял, что любил образ. А когда решил, что все кончено, смог увидеть человека по-настоящему. Но было уже поздно. Он поет, что вчера она была ведьмой и королевой его сердца, а сегодня – просто женщина.
– Ничего не понятно. Но красиво. Ты под нее танцуешь? Со мной потанцуешь? Эй, детка! Ты, со смешным акцентом! Посвети нам!
Алиса сжала зажигалку в кулаке покрепче. По стенам сильнее потянуло сквозняком, и в коридоре, и без того стылом, как будто похолодало на пару градусов.
– Топлива мало. На танцы не хватит.
– У тебя всего мало, всегда не хватает. То воды, то топлива. Нет, ну ты слышал? Ей нам посветить жалко! Как ты только живешь такой жизнью, когда всего мало?
Алиса помолчала. Разжала кулак, пощелкала колесиком. Искра высеклась не сразу, но все-таки на верхушке зажигалки заплясал язычок пламени. В два шага Алиса подошла поближе и посветила огоньком прямо в лицо Иване, настолько близко, что та отшатнулась и, кажется, схватила Мику за руку.
– Вот так и живу.
Алиса задула пламя. В коридоре стало очень тихо, только слышно было, как четверо дышали и как вода квакала под ногами.
Приближающиеся шаги услышали издалека: тихое мерное похлюпывание, которое становилось все громче. Алиса снова щелкнула зажигалкой и на вытянутой руке посветила
