– Приезжает.
– Ненавижу! – прошептала я.
Петька опять наклонился ко мне:
– Он на тебя в упор смотрит.
– Это хорошо.
– И баба его тоже.
– Это плохо. Петь, иди на кухню, дай поесть спокойно. Смотри, у тебя уже посетители за другими столиками скучают.
Петька нехотя удалился, а я принялась за котлету. Газета лежала на столе. Я уже не рада была, что рассказала Петьке о Марате. Обслуживая посетителей, он не сводил с него глаз. Котлета оказалась очень вкусной, даже аппетит откуда-то появился. Поев, я достала из сумочки пудреницу и стала подкрашивать губы. В эту минуту на соседний стул кто-то сел. Я подняла глаза и увидела Марата.
– Интересная газета? – спросил он.
– Очень.
– Не знал, что ты знаешь японский язык…
Я взглянула на газету и побагровела от злости: это была японская газета! Ну Петруха, ну придурок! Ну удружил!
– Я и не заметила, – покраснела я.
Марат достал сигарету из пачки. Я посмотрела на его спутницу. Она уныло ковырялась вилкой в тарелке, наблюдая за нами.
– Как дела? – поинтересовался Марат.
– Да так, потихоньку.
– Ты неплохо выглядишь. Новое платье. Григорич подарил?
– Григорич.
– Что ты ему сказала про Толика?
– Что ты его не убивал. Кстати, ты плохо воспитан.
– С чего ты взяла?
– Некрасиво оставлять свою спутницу.
– Моим воспитанием никто не занимался.
– Я бы этого не сказала. В первый день знакомства ты проявил себя настоящим кавалером.
– Да это «мамка». Работает под моей крышей. Симпатичная, правда?
– Симпатичная.
– Мне она тоже понравилась. Когда я ее увидел, сразу трахнуть захотел до одурения.
– Ну и что, трахнул?
– Конечно. У меня с этим проблем нет. Ты же знаешь, что моей может быть любая.
Я встала из-за стола и направилась на кухню.
– Ирина, ты куда?! – крикнул мне вслед Марат.
– Да пошел ты!
Увидев Петруху, я помахала ему рукой и спросила:
– Ну как дела?
– А десерт?
– К черту десерт! Ну что, все готово?
– Да, пошли.
Петька взял меня за руку и повел в подсобку. Буквально через минуту в подсобку зашел небольшого роста коренастый мужичок в белом накрахмаленном колпаке. Я сразу поняла, что это повар.
– Деньги с собой? – спросил он.
– С собой.
Повар развернул полотенце и достал пистолет. Я взяла его и стала внимательно рассматривать. Наверное, именно в эту минуту я почувствовала в руках силу и поняла всю прелесть владения оружием. Это ни с чем не сравнимое чувство власти.
– Нравится? – спросил повар.
– Нравится. Я хочу проверить его в действии.
Повар переглянулся с Петрухой и пожал плечами.
– Вообще-то у нас это не практикуется.
– Я хочу знать, как он стреляет, – повторила я.
– Стреляет так же, как и любое другое оружие.
– Ну, если хочет, то пусть попробует, – сказал Петька и открыл дверь в морозильную комнату.
В морозильной комнате висели аккуратно порубленные туши и было чертовски холодно. Мы зашли и закрыли дверь. Я поежилась и посмотрела на Петьку. Петька зарядил пистолет и протянул мне.
– Куда стрелять? – поинтересовалась я.
– Стреляй в любую тушу, – засмеялся Петька.
– Ребята, я вам, собственно, и не нужен… Я уже и так столько времени отсутствовал! – вмешался повар.
Я достала из сумочки тысячу баксов и отсчитала повару восемьсот. Он любезно поклонился и вышел, прикрыв за собой дверь. Двести я протянула Петрухе. Он быстренько скатал их в трубочку и спрятал во внутренний карман.
– Петька, научи меня стрелять.
– Ты что, не умеешь?
– Нет.
– Ну хоть раз пробовала?
– Нет.
– Ну ты даешь! Тогда возьми пистолет в правую руку, вытяни ее и целься в тушу, которая висит справа.
Я выполнила приказ.
– Сними пистолет с предохранителя.
– Это как?
– Ну, ты даешь! – повторил он.
Сняв пистолет с предохранителя, я и сама не поняла, как прозвучал выстрел. Опустив руку, я подошла к туше и увидела дырку.
– Молодец, – похвалил Петька.
– А еще можно?
– Стреляй.
Сделав несколько выстрелов, я чмокнула Петьку в щеку и вышла из морозильной камеры.
– Ты настоящий друг, – сказала я.
– Всегда рад.
– Петька, а подхвата по документам у тебя нет?
– В смысле?
– Ты бы смог сделать загранпаспорт с открытой визой?
– Кому – тебе? – вытаращил глаза Петька.
– Хотя бы и мне.
– Зачем?
– Ты задаешь слишком много вопросов.
– Вообще-то я такими вещами не занимаюсь, да и знакомых у меня таких нет, но я могу поспрашивать, только ты на меня не надейся, я никакой гарантии не даю. Чтобы сделать загранпаспорт, надо хотя бы иметь российский.
– А если нет и ни того, ни другого?
– Тяжеловато будет. Мне кажется, это будет стоить больших денег.
– Ты поспрашивай, Петенька. Мне сейчас не горит, потому что у меня пока баксов нет. Я на нулях. Сегодня ты окончательно опустошил мои карманы. Но удочку ты закинь, может, и выйдешь на нужного человека.
– Хорошо, закину, только результат не гарантирую.
– В последнее время мне приходится рассчитывать только на себя. Ну что, пока. Спасибо тебе за все.
– Да не за что, – пожал плечами Петька. – Заходи. Я работаю через день.
– Зайду.
Мы вышли в зал, и я огляделась. Ни Марата, ни его подруги уже не было. Петька проводил меня до дверей и тихо сказал:
– Извини, но я все понял.
– Что именно?
– Ты хочешь убить мужа и вылететь на родину под чужой фамилией.
– Какой ты догадливый! – засмеялась я. – Мне пора.
– Смотри не потеряй пушку, игрушка ведь дорогая.
– Конечно.
Я похлопала Петьку по плечу и вышла на улицу. День выдался на редкость теплым. Ласково светило солнышко, на небе ни облачка. Настроение было великолепное, а лежащий в сумочке пистолет согревал душу. У входа в ресторан стояло множество роскошных машин. Я в последний раз взглянула на свою гостиницу и подумала, что сказка закончилась: вряд ли мне когда-нибудь удастся еще пожить в таком шикарном номере. Да и конец у этой сказки не совсем счастливый. Я осталась одна, без документов, денег, подруги, но – с пушкой. Еще раз посмотрев на припаркованные к ресторану машины, я вздрогнула, увидев Марата. Он стоял у темно-синей «Тойоты» и смотрел на меня. Я подошла к нему.
– А где же твоя подружка?
– Поехала на работу. А ты, я смотрю, долго одна не бродишь, с официантом спелась.
– А ты что, ревнуешь?
– Вот еще! Это ты, кажется, приревновала меня к моей спутнице.
– Ерунда. Я вообще не знаю, что такое ревность.
– Я так не думаю. Ты хочешь сказать, что я ошибся?
– Ошибся.
– Кстати, а зачем ты приехала в ресторан?
– Григорич послал.
– Зачем?
– Он желает знать, где ты хранишь свои деньги.
– Вот урод!
– Не могу понять, почему он к тебе так неровно дышит?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
