Тренинг продлился два с половиной часа, и за это время девушка ни разу не вспомнила ни про Стрелецкого, о котором не переставая размышляла с прошлого вечера, ни даже про свой ноющий живот и жгучее желание принять душ. После занятия она медленно оделась, подождала Ульку и вместе с подругой вышла из Дома офицеров на морозный воздух. По дороге до Проспекта они о чем-то говорили и смеялись, но все время, пока Ксения спускалась с крыльца, шла под руку с Ульяной до Липок, а потом по Волжской вверх, в ее голове музыкой звучал призыв психолога: будь собой, не играй и ничего не бойся! С каждым шагом девушка все больше и больше верила Яне, и к тому моменту, как они с Улькой подошли к Консерватории, она уже безумно хотела попробовать начать жить так, как ее сегодня научили. Свободно, интересно и обязательно – любя себя!..
Хорошо, что она сегодня встретила Ульяну. Ведь если бы не настойчивость подруги, Ксения ни за что бы никуда не пошла. Вообще-то в первые десять минут тренинга девушка ужасно жалела о своей уступчивости, потому что ей было скучно, но постепенно она втянулась. Ей понравились дружелюбная атмосфера занятия, плавные движения Яны, грамотность и правильность ее слов, и женщины, сидящие рядом, у которых, как Ксения очень скоро поняла, такие же проблемы. Все они хотят быть привлекательными, любимыми, и все, даже самые юные и красивые, чего-то боятся: отказа, одиночества, предательства.
Они прошли вместе до Горького и там расстались, пообещав друг другу «созвониться». Улька свернула направо, к Московской, а Ксения отправилась дальше по Проспекту, поплотнее завязав шарф и засунув руки в карманы. День получился на редкость насыщенным информацией, и девушка с удовольствием бы сейчас перешла на медленный, неторопливый шаг, чтобы еще раз все обдумать, пережить и, может, составить планы на будущее, помечтать!.. Но после теплой аудитории Дома офицеров ноябрьский воздух показался Ксении настолько пронзительно холодным, что она сначала ускорила шаг, а потом и вовсе припустила во всю мочь.
Из-за сломанной молнии пуховик плохо защищает ее от ветра, да и сапоги нещадно скользят по асфальту, покрытому тонкой корочкой льда, и хотя снега еще нет, уже чувствуется приближение зимы!.. Стуча зубами от холода, Ксения на полпути остановилась и повернула назад, к троллейбусной остановке на Горького. Если можно проехать хотя бы три квартала в теплом троллейбусе, то зачем ей морозить себя и идти пешком по ночным улицам? Себя надо любить! Улыбнувшись, Ксения мысленно повторила: «Я люблю себя, я самая лучшая, я очень хорошая, я всем нравлюсь!..»
«Тройка» подошла через минуту, девушка с облегчением влезла в нее и встала на задней площадке. Правильно Яна сказала: когда ты настроен на позитив, все вокруг автоматически начинает складываться как надо. Взять тот же троллейбус: в другой день она бы околела от холода, дожидаясь его на остановке, а тут – раз, и пожалуйста! А все потому, что Ксения наконец-то осознала такую простую вещь! Надо любить себя, вот и все!.. С этого дня она крепко полюбит себя, непременно! И тогда люди станут улыбаться ей, и мужчины стаями начнут виться вокруг, предлагая руку и сердце, а Ксения будет только загадочно смотреть на них и раздавать свою улыбку как великую милость, вот так!..
В половине десятого Ксения подошла к дому и, задрав голову, уставилась на темные окна квартиры. Судя по всему, Таты еще нет. Вздохнув, девушка обогнула угол родной девятиэтажки и вошла в свой подъезд. Плохо, когда тебя никто не ждет, вот у Ульки есть муж и маленькая дочка, хорошенькая, как куколка. Подруга показала сегодня фотографию. Когда Улька придет домой, малышка кинется ей навстречу, обнимет за шею, поцелует!.. А Ксению встретит тишина пустой квартиры. Ну, и Дымка, конечно. Но кошка – не в счет, ей обе хозяйки нужны только для того, чтобы миска с едой не пустовала. Вот бабушку она любила, а их с Татой просто терпит.
На ходу расстегивая пуховик, Ксения поднялась на второй этаж и остановилась, выискивая в сумке ключ. Нет, надо думать только о хорошем, она же дала себе слово, что будет учиться смотреть на мир с оптимизмом! И у нее полно поводов для радости, если на то пошло. Вот сейчас она поднимется на свой третий этаж, войдет домой, разденется, покормит Дымку и потом наконец примет душ! У нее же есть новый ароматный гель «Камей»! А потом она попьет кофе и приготовит что-нибудь вкусное, но быстрое. Например, омлет с ветчиной и сыром. Или пожарит мясо и сделает себе сэндвичи. Потом посмотрит какой-нибудь фильм по телевизору, ляжет спать и, заснув как убитая, проспит до утра, а в семь часов встанет свежей, отдохнувшей и полной сил!..
Ключ нашелся, и Ксения, зажав его в руке, быстро поднялась на один пролет вверх, перепрыгивая через ступеньки, однако, не дойдя до своей квартиры, застыла на месте как вкопанная. На двери их квартиры появилось яркое красное пятно. От неожиданности и непонятного страха Ксения зажмурилась, но, открыв глаза, облегченно вздохнула. Пятно обрело четкие контуры и из страшной кляксы в одно мгновение превратилось в перевязанный красивой ленточкой букет роз, прекрасных, волнующих и необыкновенных!.. Но почему-то, увидев его, Ксения испытала не радость, а недоумение.
Преодолев последние ступени лестницы, девушка медленно, словно нехотя, подошла к своей двери и уселась перед ней на корточки, разглядывая блестящий треугольный сверток из фольги, намертво примотанный к ручке скотчем, длинные шипастые стебли, аккуратные головки темно-бордовых роз, обрамленные узкими листиками и какими-то пушистыми веточками. Букет эффектно накренился, словно приготовившись к неминуемому падению, но когда Ксения попробовала отодрать его от ручки двери, оказалось, что сделать это непросто. Девушке пришлось сперва открыть дверь, войти в квартиру, взять на кухне нож, потом вернуться и, отрезав скотч, освободить цветы. Все действия получились какими-то бытовыми, слишком простыми и неромантичными, а ведь это розы!..
Достав из серванта в гостиной хрустальную вазу, Ксения водрузила в нее цветы прямо в шуршащем пакетике, перевязанном ленточкой, но, взглянув на букет со стороны, передумала. Вытащив розы, она отнесла их на кухню и, разложив на столе, принялась планомерно отпиливать концы стеблей. Все-таки есть в этом нечто удивительно закономерное: Ксения только что приняла решение радовать, любить себя, наслаждаться жизнью, и тут же – кто бы мог подумать?! – у нее на двери обнаружился букет прекрасных, восхитительных цветов! И именно роз, ее любимых! Конечно, было бы здорово знать, от кого они, но на самом деле так ли уж это важно?..
Ксения отложила нож и, взяв букет, встряхнула его. Ей показалось, что она неровно подрезала стебли, потому, перевернув розы, она еще раз встряхнула их и пораженно ахнула, когда из серебристого пакетика вылетел маленький листик бумаги и упал ей под ноги. Наклоняясь за ним, девушка уже точно знала, что прочитает в этом послании, и ее сердце, на миг упав в пятки, тут же вынырнуло из глубины и с силой ударилось о ребра, и потом, когда Ксения читала большие корявые буквы, у нее странно ныло в груди. Она никогда не видела этого почерка, ей никто еще в жизни не дарил роз, кроме папы, но сделать такой подарок, такой красивый жест мог только один человек на свете!
