Вот и оставим его за этим занятием, тем более что разбор поведения близняшек психоаналитику пришлось бы проделывать с неподобающей серьёзному специалисту скоростью, ведь мобильная группа «Сестрички — лейтенант — василиск» перемещалась со стремительностью осы, которая непрерывно жалит сама себя.
Кухня наступила уже на девятой секунде отхода. Мари, Ирэн и О., осыпаемые падающими с полок пакетами с мукой, пронеслись мимо плит и кастрюль, больно стукнулись о стену и упали на пол. Осталось, продолжая зажмуриваться под непроницаемыми очками, отыскать люк, открыть его, свалить вниз О., свалиться туда самим и захлопнуть люк перед самым носом наступающего на пятки василиска. Даже неспециалисту по тактике понятно, что для всего этого василиску надо перестать наступать на пятки беглецам, а, например, остановиться, задуматься, понять что-то в себе, захотеть поговорить об этом… Тьфу ты! Ну, ладно, хотя бы отвлечься на что-нибудь.
Например, на чинную очередь пингвинов у дверей кухни.
* * *
Лейтенанту О. было хорошо. Голова приятно гудела, покоясь на чем-то мягком и упругом, нежный ветерок трепал уши, а где-то далеко, то затихая, то всплёскивая как морские волны, звучали голоса. Только в глазах плавали раздражающе яркие разноцветные соленоиды, и, чтобы на них не смотреть, лейтенант открыл глаза.
Прямо над ним находилась грудь Ирэн. А голова его, стало быть, лежала на коленях Ирэн. А ухо, как оказалось, нежно трепалось пальчиками Ирэн. В вышине плавали туманные овалы с приветливыми лицами русского майора и американского капитана.
— Я умер, — сказал О. сквозь неудержимо расплывающуюся улыбку, — и попал в …ай!
Ирэн для верности ещё раз дёрнула лейтенанта за ухо и произнесла строгим голосом Мари:
— Некогда умирать, лейтенант.
Или это все-таки сказала Мари, потому что Ирэн точно таким же строгим голосом сказала:
— Мы беспокоились. Никогда так больше не делай.
Сестры были одеты в одинаковые полицейские мундиры, говорили вроде бы по отдельности, но звучали вместе.
— Очухался, Петрович? — прозвучал голос майора Образцова, который идентифицировался однозначно. — Тогда подъём.
Стены поплыли, грудь Ирэн исчезла из поля зрения, и лейтенант обнаружил себя стоящим почти вертикально. Вокруг, придерживая О. за воротник, рукав и пуговицу, стояли Образцов, Мари и Ирэн. У стены возвышалась каменная статуя американского капитана с застывшей улыбкой.
— А остальные где? — спросил О. — Шастель? Э… э… э…
— Эдуард? — подсказала Ирэн. — Тут такое было…
И лейтенанту складно и шумно рассказали, какое такое тут было. Ту часть, в которой рассказывалось о массовом окаменении полицейских, О. пропустил мимо ушей. Вернее, в ушах так шумело, что новый шум туда помещался уже с трудом.
Лейтенант слегка пошатался. Его вертикаль пару раз совпала с вертикалями остальных участников странного совещания, а потом её повело куда-то в диагональ.
Догадливый Образцов сунул под нос лейтенанту флягу с какой-то феноменальной гадостью. О. тут же перестал падать.
— Нашатырь? — уточнила Мари, зажимая нос.
— Первач! — гордо ответил русский. — Моя бабка для себя гонит! Но нашатырь там тоже есть…
О. наконец прокашлялся, просморкался и протёр глаза от слёз. В ушах что-то прочистилось, но зато заложило горло. Лейтенант подал знак, который, по его представлениям, означал: «Дайте мне воды!»
— Продолжать? — обрадовалась Ирэн. — Так вот, когда мы тебя освободили…
На слове «освободили» в затылке О. что-то тревожно заныло, а тело почему-то захотело сгруппироваться.
— …нас прикрыли пингвины! Они тоже пролезли в отель через заброшенную метеостанцию! И василиски на пингвинов не действуют! Зато пингвины на василисков!
Оказалось, что пингвины в отеле навели шороху. А также топоту, грохоту, галдежу и крику. Под шумок Джеффу и Образцову тоже удалось проникнуть в катакомбы, оставив украденную статую полицейского с Гаити в сейфе.
«А Шастель и Эдуард?» — знаками спросил О.
— Кушать хочешь? — всполошилась Ирэн.
— Спина чешется? — сочувственно протянула руку Мари.
— Ещё первачка? — полез за флягой майор.
Угроза ещё раз ощутить аромат бабкиного самогона настолько стимулировала умственную деятельность О., что тот в пять секунд одними руками наглядно изобразил старого генерала и ученого-очкарика.
— Шастель… и Эдуард… — Ирэн попыталась потактичнее выразиться. — В общем, их нет с нами!
Лейтенант ощутил, что его вертикаль снова становится диагональю.
— Не было их в комнате, — буркнул Образцов. — Ушли куда-то и пропали.
Джефф, подтверждая слова коллеги, уронил голову на грудь. А может, просто дал шее отдохнуть.
О. понял, что придерживаться вертикали всё сложнее. Он попытался придерживаться перпендикуляра к горизонтали, посмотрел вниз и увидел свои испачканные в муке брюки. Заметив, что лейтенант отряхивает штаны, Мари попыталась как-то истолковать этот жест, но не истолковала. Поэтому высказалась оптимистично:
— Уверена, они где-то спрятались! Эдуард умный, Шастель… предприимчивый! Вместе у них что-нибудь да получится.
— Эдуард — ботаник, — не сдавался привыкший к суровой правде жизни русский. — А Шастель — канцелярская…
— Вот вы где все, — сказал Шастель. В темноте за его спиной проступили очертания Эдуарда с табуреткой в руке.
— Как вы… бесшумно пришли, — сказала Мари. — Прямо как…
— Крысы, — хмыкнул генерал.
— А как вы нас нашли? — спросила Ирэн.
— Пингвины, — пояснил отставной генерал. — Они как крысы. Только наоборот. Не от пробоины бегут, а к пробоине. Да, майор?
Образцов насупился и отвернулся, угодив насупленным взглядом точно в переносицу лейтенанта. О. выпрямился и попытался выстроить свою личную вертикаль по вертикали стены. Его ощутимо повело вправо — и привело прямо в заботливые руки майора.
— Ты, Петрович, на стены не смотри! — посоветовал Леонид. — Они тут малость того… не того… завалены слегка, короче… Русские строители…
И он вдруг замолчал, не желая продолжать щекотливую тему.
— Соображения секретности, — догадалась Мари.
— Они, проклятые…
Майор замолчал, загрустив о чём-то своём.
— Об успехах доложите? — совсем не по-уставному спросил Шастель.
Образцов пожал плечами и кивнул на лейтенанта:
— Этого спасли.
Генерал внимательно посмотрел на О.
Лейтенанту оставалось одно — посмотреть вверх. Это помогло, хотя и не так, как рассчитывал О. Шатать его не перестало, зато горло отпустило.
— А василиски ещё там? — просипел он.
Все прислушались. Наверху было тихо.
— И пингвинов не слышно, — испуганно прошептала Ирэн.
— Мы опять ничего не слышим, — сказала Мари, со значением глядя на Образцова. — Майор.
Леонид кивнул, прокрался к повороту, примерился, занёс дубину и…
— Мрак?.. — удивилась Мари.
Образцов с натугой крякнул, меняя траекторию дубины и смачно припечатал стену. Из коридорного полумрака вынырнуло хмурое бровастое лицо полковника Марка, на пару сантиметров разминувшееся с русским секретным оружием.
За ушами полковника тускло блеснули ровные, как в лотке для яиц, ряды шлемов бойцов специального отряда особого назначения Интеркошмарпола.
* * *
Знакомый Мари по первой главе, неустрашимый начальник регионального управления по непонятным делам полковник Марк по кличке Мрак сделал ставку на скрытность, за что чуть не поплатился головой. Спецназовцы под его командованием сами не заметили, как без единого звука высадились из вертолётов с глушителями, на цыпочках пересекли открытое пространство и с безмолвным «Ура!» проникли в катакомбы. Разумеется, не знающий страха полковник шёл первым, и теперь силам быстрого реагирования, по идее, следовало быстро отреагировать на покушение, пусть совершённое своим и неудачно. Например, по движению брови начальника попробовать отобрать у русского дубину.
Но Марк-Мрак на дубину и бровью не повёл. Возможно, счел удар орудием охраны правопорядка о стену своеобразным антарктическим салютом в честь прибытия высокопоставленного правоохранителя.
— Генерал, — сказал полковник.
— Полковник, — сказал генерал.
— Кто здесь у вас старший по званию? — сказал полковник.
Шастель посмотрел на свои погоны, потом на погоны Мрака.
— Я, — сказал Шастель.
— Вы гражданское лицо, — сказал Мрак и вскинул руку с часами к глазам. — Вот уже двадцать секунд, как вы в отставке со всеми почестями. Ничего личного, генерал, это приказ нового директора Интеркошмарпола.
— И новый директор?..
— Я, — сказал Мрак.
— А я?
— Как гражданское лицо будете эвакуированы в первую очередь.
