вдруг стушевался Камант. — Ну почему именно здесь?
— В чем дело?
— Все жители знают, что лучше туда не соваться. Это озеро русалок.
— У нас нет выбора, — я зашагал по берегу. — А если и встретим кого, то я их мигом упокою. Это моя работа.
34
Приближался рассвет. Солнце еще не появилось, но небо вдоль горизонта немного посветлело. Ветки, кусты, старый пирс стали видны более четко.
Быть может, боги вняли моим молитвам, и Эйрон не стал меня искать. Подумал, что я сбежала, к примеру. Не хотелось, чтобы он так думал, но это лучше, чем если бы он пришел за мной.
Ведьма нервничала. Она то уходила в хижину, то выглядывала наружу. Всматривалась в темноту и, никого не увидев, ругалась себе под нос. От злости, она то била кулаком о дверной проем, то пинала меня мыском туфли. Но выйдя в очередной раз, она вдруг замерла вслушиваясь. Я тоже прислушалась.
— Ну наконец-то, — ухмыльнулась она.
Я посмотрела в ту же сторону, что и она, но ничего не увидела. Гладь озера была спокойной. Первые птицы завели свою песнь. Где-то кричал фазан.
Чернокнижница достала мешочек и подошла к куче глины, которую я в темноте даже не заметила. Она читала древнее заклинание и сыпала на кучу порошок из мешочка. Закончив, она достала нож и подошла ко мне.
— Почти готово. Нужно только немного крови, чтобы оживить его.
Ведьма склонилась надо мной. Я попыталась отодвинуться, но веревки крепко держали меня. Она поднесла небольшую каменную чашу и прижала к моей руке. Нож резанул кожу над краем чаши, и кровь закапала внутрь.
— Чудесно, — промурчала ведьма и направилась к глине. Она перевернула над ней чашу, и кровь густой струйкой полилась на кучу. Чернокнижница продолжила читать древнее заклинание. Последние слова она почти прокричала и возвела руки к небу.
Ничего не произошло. Ведьма с недоумением посмотрела на политую кровью кучу.
— В чем дело? — посмотрела она на меня. Я улыбалась с тряпкой во рту. Невозможно кого-то оживить кровью мертвого, это я знала и без запретных книг. — Что с тобой не так?
Я бы может и ответила, если бы могла. Но я только улыбалась, насколько это было возможно с заткнутым ртом.
— Времени нет, возьму свою, — скорее себе, чем мне, сказала ведьма. Она резанула свою ладонь и сжала ее. Капли тихонько начали падать в чашу. Себя она пожалела, в отличие от меня, сделала небольшой порез.
— Геора, остановись! — из зарослей вышел лорд Камант, и чернокнижница застыла в изумлении. Я была удивлена не меньше. Я ожидала, что Эйрон еще может прийти, но Айро…
— Что ты делаешь здесь?
— Пришел забрать тебя, любимая.
— Забрать? Куда?
— Домой, дорогая.
— Домой? — повторяла растерянная Геора.
— Да, ко мне домой, милая. Я заберу тебя, и мы вместе отправимся в мой особняк. Я так скучал!
— Ты даже видеть не желал меня последние недели! — морок спал с ведьмы, ее голос налился обидой и злобой. — Притащил цветы этой дряни! Не взял меня на бал! Не удостоил и словом! И после этого говоришь, что любишь?
— Прости меня, Геора, я ошибся. Мы, мужчины, порой ведем себя так глупо, сами не ведает, что творим. Прости, — лорд Камант встал на колени и сложил руки в молитвенном жесте.
— Я ведь мстила тебе, ты же знаешь? Я подняла нежить, чтобы разорить твои шахты и тебя. И я не жалею об этом!
— Милые капризы обиженной дамы, — улыбнулся Айро. — Пустяки, я же не разорился.
Ведьма нахмурилась. Она задумалась, и лорд решил давить до конца:
— Я приглядел тебе новый домик, прямо в центре города. О, и новую лавку купим, но не подержанных вещей, а ювелирную. Только прости меня, любимая.
— Предлагаешь, мне так и быть твоей содержанкой? — зазвенел обиженный голос. — Хочешь, чтоб я вернулась — женись!
Краем глаза я заметила движение в кустах. Повернула слегка голову, чтобы ведьма не заметила. Взгляд выхватил кусок промелькнувшего черного плаща. Эйрон, нет сомнения. Я осторожно повернулась обратно и мой взгляд упал на речную раковину возле моих ног. В темноте ее не было видно, но солнце уже начало золотить все своим светом, открывая все больше деталей вокруг. Я протянула ноги вперед, стараясь подтащить к себе раковину. Ее конец выглядел довольно острым, и мог с легкостью перерезать веревку.
— О боги милостивые, — прошептал Камант.
— Что ты сказал?
— Я просил у богов благословения, чтобы сделать тебе предложение, — лорд Камант подполз на коленях ближе и взял порезанную руку ведьмы в свои ладони. — Нам пора возвращаться в город.
— Я развяжу тебя, — раздался за спиной еле слышный шепот. — Только не отвечай ничего и не поворачивайся.
Я услышала, как тихонько лязгнул клинок, когда Эйрон вытащил его из ножен. Но он не успел даже поднести его к веревкам.
— Конечно, дорогой, — произнесла ведьма. — Только прикончу твоего друга.
Геора перевернула чашу с кровью, и алая струя коснулась глины. Воздух завибрировал, земля задрожала. Она повернулась и посмотрела мне за спину. Туда, где с клинком в руках замер Эйрон. Ведьма усмехнулась.
— Именем короля, я приказываю тебе сдаться, — сказал инквизитор.
Ведьма рассмеялась. Разряды энергии пробежали по глине, и она начала менять форму, подниматься все выше, формируя из комков огромное тело голема. Лорд Камант вскочил с колен, и кинулся было в сторону, но чернокнижница выставила руки, и поток магии ударил Айро в грудь. Без сознания он рухнул на землю.
Я почувствовала, как лезвие клинка скользнула по веревкам, освобождая мне руки. Я хотела поднести их ко рту и вытащить гадкую тряпку, но они совершенно не слушались. Встать сразу я тоже не смогла. Ноги и руки затекли за ночь, по коже побежали иголки.
В этот миг Эйрон кинулся вперед. Ведьма швырнула в него очередным сгустком магии, но он разбился о его грудь, не принеся ни мальшего вреда. Геора была права: инквизиторов защищали хорошие амулеты. И тут я вспомнила о ловушке.
— Эйрон! — непослушными руками я освободила рот, но уже было поздно. Инквизитор кинулся на голема, но не успел сделать и пары шагов. Пентаграмма вспыхнула под его ногами. Раздался треск, и алые всполохи пробежали по телу инквизитора, разрушая защиту. Он вскрикнул и упал на одно колено.
— Эйрон, — одними губами прошептала я и встала на непослушные ноги.
Эйрон поднялся. Голем, успевший в два шага преодолеть расстояние между ними, взмахнул рукой и нанес удар. Под жуткий смех ведьмы, неподвижное тело инквизитора отлетело на несколько метров и с плеском упало в озеро.
