– То есть мы идём дальше?
– Да, а что? Страшно?
– Немного.
– Хочешь остаться? Я могу вернуться и забрать тебя потом, после того как доберусь и вылечусь. Конечно, если доберусь.
– Нет, я с тобой, – поспешно воскликнула певица.
– Почему же? – поинтересовалась воительница.
– Я… я…
– Ты боишься остаться? – рассмеялась Белит.
– Да.
– Кошмар, куда катится мир? – наигранно удивилась призрачная ведьма и добавила, – Ты предпочитаешь идти со мной, с той кто так долго домогался и продолжает тебя домогаться?
– Ну, да… – тихо ответила Ариада.
Воительница хмыкнула, немного помолчала, потом всё же произнесла:
– Не думай о них так плохо, пусть они и выглядят грубыми – гостя они никогда не обидят.
Певица хотела ответить, но так и не нашлась что именно. Путешественницы вышли из деревни. За то время пока они находились на этом обжитом островке жизни, небо всё обложило чёрными тучами и из них, тяжёлыми хлопьями, валил снег, казалось, его было ещё больше чем прежде.
– Повезло, что мы попали сюда в тёплый сезон, – буркнула призрачная ведьма и решительно двинулась по заснеженной равнине.
– Я не понимаю, по каким критериям определяется живой мир или нет? На мой взгляд, тот мёртвый город, в котором мы встретились, был гораздо более миролюбивым, чем этот, – нагоняя спутницу призналась певица.
– А кого живого в нём ты видела? – ехидно так поинтересовалась воительница.
– Фантомов.
– Они не живые, это души, которые обретают физическую оболочку. Они не способны совершать ничего сверх того, что ты видела. Они попали в петлю времени.
– В петлю времени, а что это значит?
– Они всегда появляются в одно и то же время. Они обыскивают город, а потом уходят и пропадают, это их проклятье. Их наделяют телами, но лишают собственной воли. Существует легенда, что это перенесённый из проклятого мира городок времён дикого запада, а девять фантомов это души бандитов, что вырезали этот городок, за что и были проклятые. Теперь они обречены, обыскивать дом за домом, каждый день из века в век до тех пор пока не кончится время.
– И это правда?
– Это всего-навсего легенда, – отмахнулась ведьма.
– И ты в неё веришь?
– Я никогда не задумывалась об этом, но единственное в чём я уверена наверняка, так это в том, что на этих фантомах можно заработать.
– А в том мире есть что-нибудь кроме города?
– Конечно, есть. Это не такой уж и маленький мирок.
– И что же там?
– Ну, могу вспомнить колодец с ядовитой водой, виселицу-лес, где раскачиваются на ветвях сотни повешенных, потом пирамиду-жертвенник, посвящённую какому-то забытому богу, яму в бездну…
– Ты меня разыгрываешь? – со смешком спросила Ариада.
– Зачем мне? – Белит обернулась через плечо, она была вполне серьёзна, – Мир номер семнадцать более известный как Мёртвый город отнюдь не дружелюбен, скорее наоборот. Тебе повезло натолкнуться на меня в противном случае, я думаю, тебя ждала бы смерть.
– Но лес повещенных, – с неким сомнением пробормотала певица.
– Я как-нибудь отведу тебя туда на экскурсию. Своеобразное место. Скелеты, кстати, иногда разговаривают.
– Как?
– Чёрт их знает, как. Но вот когда я там гуляла, они приводили мне события из моей жизни, реально происходившие события, за которые меня, по их мнению, надо было повесить рядом с ними.
– Но как они узнали об этом? – ещё больше удивилась девушка.
– О том, что меня надо повесить? – с усмешкой спросила призрачная ведьма.
– Нет, о твоей жизни?
– Я не знаю, может быть, они могут подсматривать воспоминания или что-то типа того, – безразлично пожала плечами воительница и добавила, – Хорошо, что ветер стих.
– Да, – кивнула Ариада и тут же поинтересовалась, – А откуда ты столько знаешь обо всех этих мирах?
– Я живу в них уже десять лет и всё это время путешествую. Есть ходящие, которые предпочитают обосноваться в одном мире и жить, но я не такая. Я не могу долго сидеть на одном месте. Я люблю перемены, как ты, наверное, уже успела заметить.
– Да, похоже на то…
– Что-то я сегодня чересчур разговорчивая, не знаешь почему?
– Нет, – покачала головой певица.
– Я тоже не знаю и это мне, почему-то, совсем не нравится.
– Почему?
– Потому что я становлюсь другой. Я становлюсь добрей.
– Извини, но что в этом плохого? – осторожно спросила Ариада. Белит как-то странно смерила свою спутницу взглядом, но ничего не произнесла, – Я что-то не так сказала?
– Вот именно. Дня четыре назад я бы, не задумываясь, дала бы тебе затрещину, а сейчас… – ведьма сокрушённо покачало головой.
– А мне это нравится.
– Ещё бы. Я бы сочла тебя мазохисткой, если бы тебе не понравилось, что я прекратила тебя бить. Только вот не пойму, почему тебе не нравится кое-что другое?
– Ты о чём? – краснея, спросила певица.
– Брось прикидываться.
– Это странно. Это не естественно, – Ариада попробовала найти слова, чтобы описать то, что за чувства она испытывала, но не смогла и сменила тему, – Ты словно состоишь из двух разных людей.
Воительница, заинтересовано ждущая того, как её спутница будет выкручиваться из подстроенной словесной западни, удивлённо обернулась, вопросительно приподняв бровь:
– Интересно из каких?
“ И что я? Буду говорить? Откровенность, откровенностью, но мне может достаться ” – грустно осознала певица и всё же решила продолжить.
– Первая половина – жестокая ведьма. Эта половина рассудительная и с ней я могу поговорить. Эта половина тебя огрызается, может ударить…
– Могу, – кивнула Белит, поблескивая глазами и демонстративно разминая руку для удара, но Ариада не отреагировала, лишь с лёгкой укоризной заметила:
– Я же пытаюсь тебе объяснить.
– А я пока тебя и не бью, – парировала воительница, – А теперь что там про вторую половину?
– Вторая половина – охотница… как бы это высказать получше…
– Охотница за наслажденьями, – подсказала Белит.
– Да, именно так. Она может быть жестокой, но чаще представляет собой смесь быстро меняющихся чувств, она действует, не опираясь на логику…
– Каких чувств, – перебила призрачная ведьма.
– Да всяких, – беззаботно пожала плечами девушка, будто не замечая серьёзного взгляда спутницы, – Начиная с нежности, ласки, теплоты и заканчивая злобой, садизмом.
– Хм… ты достаточно точно охарактеризовала меня, – неожиданно для девушки согласилась Белит и, заметив удивление, всколыхнувшееся в глазах своей пленницы, спросила, – Удивленна?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
