образом, из привлеченных выше лиц прямых показаний о причастности Тодорского к военному заговору никто по существу не дал.
Ткачев М.Л. и Ланда М.М. в своих показаниях от 18 июня и 11 ноября 1937 г. называют Тодорского в числе ряда других участников заговора. Однако никто из них о непосредственной связи с Тодорским по антисоветской деятельности не показывает и каких-либо данных, обосновывающих его причастность к заговору, не приводит (л.д. 22–26).
Помимо указанных материалов к делу приобщены также и выписки из показаний Булина А.С. и Хорошилова И.Я. от 3 января и 3 июля 1938 г., в которых они заявляли, что от Гамарника и Фельдмана им известно о причастности Тодорского к заговору. Хорошилов назвал при этом Тодорского в числе других, известных ему 116 заговорщиков (л.д. 19–20, 27).
В приобщенной к делу выписке из показаний Егорова А.И. от 28 января 1939 г. указывается, что Левичев, со слов Сатина и Ефимова, сообщил ему о принадлежности Тодорского к заговору (л. д. 28).
Помимо приобщения к делу Тодорского отдельных выписок из показаний о нем ряда лиц, арестованных по другим делам, а также акта, составленного работниками УВВУЗ о служебной деятельности Тодорского, непосредственно в процессе расследования самого дела, за исключением двух работников дома отдыха «Сосны», по существу обвинения, предъявленного Тодорскому, не было допрошено ни одного свидетеля. Не было проведено с Тодорским и очных ставок с лицами, изобличавшими его, несмотря на его категорическое отрицание всех их показаний (л. д. 15–29, 55–59).
В целях всесторонней проверки выдвинутых против Тодорского обвинений было изучено 50 различных архивно-следственных дел на отдельных участников военного заговора 1937 г. и лиц, осужденных за вредительскую и троцкистскую деятельность.
В результате ознакомления с этими делами, дополнительно к изложенным выше обстоятельствам по материалам архивно-следственного дела Тодорского и приобщенным выпискам из показаний ряда лиц, получены следующие данные.
По делу САТИНА А.И. (АСД № 269135).
По материалам архивно-следственного дела Сатина установлено, что помимо своего заявления о причастности Тодорского к заговору, он тогда же дал показания и на 100 других лиц, как участников заговора. В последнем же слове в суде Сатин показал, что о терроре ему ничего не известно и он в этом не виновен, что с Тухачевским он не был связан, и что он только вел контрреволюционные разговоры, не имея в виду тех целей, которые ставил Тухачевский.
По делу КАЗАНСКОГО Е.С. (АСД № 269849).
К делу Тодорского была приобщена выписка из показаний Казанского от 27 июня 1937 г., однако при осмотре всех материалов дела Казанского установлено, что на последующем допросе в августе 1937 г. он отказался от подписи протокола в связи с отказом от всех ранее данных им показаний (л. д. 43–50).
В протоколе судебного заседания Военной коллегии Верховного Суда СССР по делу Казанского указано, что он «…виновным себя признает в том, что вел контрреволюционные разговоры с Роговским и Сатиным, критиковал ЦК, но он тогда не сознавал, что входит в контрреволюционную группу» (л. д. 81).
По делу ЕФИМОВА Н.А. (АСД № 269154).
Дополнительно к приведенным в выписке из показаний Ефимова от 22 мая 1937 г. им же на этом допросе указано, что о причастности к заговору Тодорского он узнал в 1933 г. от Тухачевского.
По делу СЕДЯКИНА А.И. (АСД № 967419).
Помимо данных, указанных в выписке из показаний Седякина от 2–5 декабря 1937 г., последний в этом же протоколе допроса указывал, что о причастности Тодорского к заговору ему было известно от Тухачевск Якира.
Кроме основного (№ 1) тома по делу Седякина, при проверке был обнаружен и 3-й том, где находились собственноручные показания Седякина. На стр. 626 (об) – 631 этого тома Седякин, в противоположность ранее данным показаниям, указывал, что «…с Тодорским мои отношения всегда были натянутыми. Встречи были только служебные. Политического контакта или антисоветского сговора ни с кем из них у меня не было (перед перечисляются Г.И. Кулик, А.В. Хрулев, А.И. Тодорский и другие). До дня своего ареста я ни от кого не слышал о причастности этих лиц к военно-фашистскому заговору. Подозревал Тодорского, поскольку его имя фигурировало в печати, но от других заговорщиков о Тодорском ничего компрометирующего не слышал».
По делу ЛАНДА М.М. (АСД № 967468).
В своих показаниях от 11 и 25 ноября 1937 г. Ланда указывает, что об участии Тодорского в заговоре он знает со слов Булина, Осепяна, Троянкера и других. При проверке же дел Осепяна и Троянкера последние о причастности Тодорского к заговору ничего не показывают.
По делам БУЛИНА А.С. и ХОРОШИЛОВА И.Я.
В суде Булин и Хорошилов от данных ими показаний в процессе следствия отказались и заявили, что они оклеветали себя и других.
В связи с этим показания этих лиц, приобщенных к делу Тодорского, не могут уже служить доказательством причастности Тодорского А.И. к заговору.
По делу ЕГОРОВА А.И. (АСД № 962187).
При проверке архивно-следственного дела Егорова А.И. показаний его от 28.1.39 г. о Тодорском в деле не оказалось.
К делу Тодорского была приобщена выписка из указанных показаний, однако никаких данных о самом подлиннике протокола допроса Егорова от 28 января 1939 г. установить не представилось возможным. Не были эти показания обнаружены по запросам Главной военной прокуратуры и в учетно-архивном отделе КГБ, где дело Егорова находилось на хранении.
При проверке всех материалов дела Егорова каких-либо показаний последнего о Тодорском не установлено.
Помимо этого, при проверке дела Левичева, на которого ссылался Егоров, выяснилось, что никаких показаний о причастности Тодорского к заговору Левичев не давал и по своему делу о нем вообще ничего не показывает.
Кроме указанных материалов в ходе проверки было установлено ряд новых, ранее не проходящих по делу Тодорского показаний о нем со стороны отдельных лиц.
Так, в надзорном производстве по делу Тодорского, хранящемся в учетно-архивном отделе КГБ, обнаружены две выписки из показаний Хрипина В.В. от 9 декабря 1937 г. и 3 марта 1938 г. о Тодорском, в которых он заявляет, что стал подозревать Тодорского в участии в заговоре после возвращения его из Италии. Близкая же связь Тодорского с Фельдманом укрепила меня, говорит Хрипин, в убеждении, что Тодорский входит в антисоветский заговор.
При изучении дела ПЕТУХОВА И.П. (АСД № 620112) установлено, что последний в своих показаниях первоначально указывал Тодорского, как участника военного заговора, однако затем он от всех своих показаний отказался, заявив, что оклеветал себя и других. 11 декабря 1954 г. по протесту Генерального прокурора дело Петухова И.П. прекращено Военной коллегией за отсутствием состава преступления.
ШИШКОВСКИЙ В.М., осужденный по своему делу за контрреволюционную деятельность и шпионаж, будучи допрошен, показал, что через месяц после прибытия его в Военно-воздушную академию в качестве преподавателя,
