Сахара. Она даже забыла рассмеяться, хотя с ней явно только что пошутили. Так и стояла, хлопая ресницами, не в силах отвести взгляда от его губ.
«Да ему через суд нужно запретить улыбаться! Разве так можно с людьми поступать?»
— Катрин! — позвал Максим, приподнимая бровь; вокруг его глаз разбежались тонкие лучики морщинок.
— Да, — выпалила она первое, что пришло в голову, — точно нужно запретить!
— Что-о-о?! — теперь пришла очередь удивляться Максиму.
— Ой! Это я о своём, так сказать, мысли вслух, — пробормотала, чувствуя, что покраснела до корней волос. — Подумала, что всем скульпторам нужно запретить делать свои обувницы, то есть скульптуры. — А про себя возопила: «Ой, ду-у-ура!»
— А у вас сегодня ещё есть дела? — быстро поинтересовался Максим, подозрительно посматривая на девушку: только что ему почудилась фальшь в её словах.
— Да, — ответила она, качая головой. И тут же сама себе посоветовала провалиться сквозь все этажи. «Да что со мной такое?»
— Катрин, пообедайте со мной.
— Согласна! — она зачем-то по-деловому перекинула лямку сумки через голову, немного подумала и вернула на прежнее место. «Кто-нибудь, засуньте меня под холодную воду! А лучше утопите. И сотрите уже эту улыбку с его лица!» От стеснения и сильнейшего смущения прикусила нижнюю губу. А Максим отчего-то крепко зажмурился.
— Что-то случилось? — тут же забеспокоилась Катрин, с тревогой заглядывая ему в лицо.
— Всё в порядке, просто что-то попало, — он демонстративно потёр себе правый глаз, стараясь не смотреть на неё. — Но уже всё хорошо. — Подал руку: — Вы позволите? — Девушка с сомнением взглянула на его открытую ладонь. — Что-то не так?
— Мсьё Бигар, а можно я выйду одна из здания, а вы чуть позже? — выпалила она на одном дыхании, не замечая, как резко меняется выражение лица Максима при этих словах. Ей не давали покоя сегодняшние разговоры о том, кто же та таинственная незнакомка, что была рядом с гендиректором на мероприятии. «А сейчас ещё возьмём и выпремся вместе под руку из здания». Очень не хотелось становиться объектом для обсуждения: ей ещё здесь работать. И уж тем более она не желала как-то скомпрометировать Максима. «Ведь он наверняка ещё не видел этих газет, где на всех снимках мы вместе. Кстати, нужно будет себе тоже купить — на память». Открыто посмотрела ему в лицо: — Думаю, так будет лучше для всех. А я вас на улице подожду.
— Это ещё для чего? — Максим убрал руку и уже больше не улыбался. Догадка пришла моментально. Перед внутренним взором всплыла недавняя сцена: Катрин в объятиях мужчины. В его глазах полыхнул мимолётный гнев, а губы побледнели и сжались в тонкую линию. Хорошо, что девушка не видела этого. Он тут же взял себя в руки и ровным тоном произнёс: — А-а-а, понятно. Если вы настаиваете, давайте так и сделаем. Назовите улицу, где я вас найду, что нужно сказать при встрече и какой будет отзыв. Я буду в этом костюме. Вы меня узнаете по зелёному галстуку, — он гордился собой, потому что сумел даже беззаботно пошутить.
— Это ни к чему. — Она вошла в лифт и, не дав ему зайти следом, сразу нажала на кнопку. Повернулась и быстро проговорила в закрывающиеся двери: — Я буду ждать вас на противоположной стороне улицы.
Максим не стал дожидаться, пока кабина вернётся обратно, ринулся по ступеням вниз, набирая голосовым набором телефон друга.
— Арно, тебе в ближайшее время не понадобится машина? Очень хорошо. Я забираю её. Да, с водителем. Куда свою дел? — усмехнулся. — Маман отдал. Ну да, это теперь надолго. Ну, её же надо было как-то отправить домой. Что? У меня нет номера твоего водителя. Слушай, позвони, пожалуйста, сам ему. Скажи, что это срочно. Я уже спускаюсь. Всё. Верну машину через два часа.
Как только лифт остановился на первом этаже, Катрин буквально вылетела из него и быстрым шагом направилась к выходу. Старший охранник проводил молодого дизайнера недовольным взглядом. Из-за своей излишней отзывчивости и доброты он сегодня чуть не потерял работу. А потом вдруг оказалось, что вся шумиха была напрасной: девушку снова приняли на работу, и для неё теперь постоянно зелёный свет. И об этом ему сообщила сама Надия, долго извиняясь за неправомерные обвинения в его адрес. Охранник записал распоряжение в журнал для следующей смены. Мимо прошёл Максим.
— Мсьё Бигар… — охранник попытался остановить гендиректора, чтобы сообщить, что его машина до сих пор не вернулась, но тот уже вышел на улицу, даже не оглянувшись.
— Куда это он так помчался? — Фабио отложил журнал и поднялся со своего места.
— Нас это не касается. — Тео собрал журналы в стопку и уселся напротив мониторов.
Катрин перешла на противоположную сторону улицы и принялась наблюдать за зданием. Сейчас, когда она осталась одна, её вдруг одолели сомнения: а правильно ли она поступила, согласившись на этот совместный обед?
Рядом остановился чёрный «мерседес». Из него вышел Максим и открыл перед ней дверь, дождался, пока она устроится на заднем сиденье, быстро обошёл машину и сел рядом.
— Катрин, я никак не могу выбрать ресторан, где мы будем обедать. Вы едите свинину? Тайскую кухню? Суши? Что вы вообще едите?
— Я всеядна, — радостно выпалила Катрин
— Да? — Максим выглядел обескураженным, вспоминая вечер на выставке, когда девушка даже не прикоснулась к еде. — Даже устрицы?
— Даже устрицы, — она приложила руку к животу, который забурчал в предвкушении, и внезапно вспомнила о своей мнимой аллергии на морепродукты. Но поздно. Слово не воробей. Ей придётся как-то выкручиваться, только как?
Максим назвал адрес, и машина наконец-то тронулась с места. Как вовремя! Иначе Катрин сгорела бы от стыда за голодное бурчание своей утробы, а так его заглушил звук мотора. В пути они были минут двадцать. За это время никто из них не проронил ни слова. Максим иногда бросал взгляды на девушку, которая отчего-то была излишне напряжённой и молчаливой, но заговорить так и не решился.
Глава 33. Необычное предложение
Машина притормозила, не доезжая до перекрестка, и Максим вышел, предупредительно распахнув дверцу для Катрин.
— Где мы? — спросила она, с любопытством разглядывая незнакомое место.
— В волшебном месте, где подают самые лучшие в Париже дары моря, — скучным голосом ответил Максим, подхватывая девушку под локоть. — Не благодарите!
— Лангуста, — прочитала Катрин на вывеске, едва поспевая за ним. — Устричный бар. Ой! Мама…
— Что такое? — усмехнулся Максим. — У вас аллергия на устрицы?
Катрин покраснела до корней волос и вдруг рассмеялась:
— Простите, это было глупо… — Она готова была провалиться сквозь землю. — Но в тот момент мне показалось,
