я знал, чем закончится этот поход… Впрочем, отменил ли я его? Я не знал ответ на этот вопрос.
К Императору я долетел за считанные минуты. Не смотря на поздний час, мне удалось зайти во Дворец. Фурманов попытался меня остановить, сказав, что он спит, но меня это не остановило. Дело чрезвычайной важности. Думаю, Император простит мне его испорченный сон.
Его Величество встретил меня не в парадном, едва успев накинуть халат.
— Что случилось? — спросил, понимая, что просто так я вряд ли бы вломился к нему в спальню.
Я не сразу смог совладать с эмоциями и лишь протянул Его Величеству одну часть Кристалла и выдохнул:
— Вот.
Реакция Императора была смешанной. В первые секунды глаза его загорелись радостью, едва он увидел дорогой артефакт. Но вот то, что это была только часть, его сильно смутило.
— Он расколот… — только и смог вымолвить Император.
Я быстро и сбивчиво рассказал ему о том, где только что побывал и что видел. Поведал про Буреслава и иной мир, про замысел противника и про отважный подвиг Клана Огненных Василисков. Император слушал молча и с каждой минутой вид у него был все суровей и суровей.
— Кристалл работает, — после того как я замолчал, произнес Алексей Иванович. — Это хорошо. Пустим поток прямо сейчас, чтобы одаренные и остальные люди успокоились. А вот то, что готовиться против нас — это очень плохо.
— Нужно действовать прямо сейчас, — сказал я.
Император вопросительно глянул на меня.
— Буреслав увидел меня, а значит понимает, что ждать больше нельзя — его раскрыли. Значит он начнет наступление в ближайшее время.
— Верно, — кивнул Император.
— Нам нужно ударить первыми.
— Придворные Читающие предоставили мне карты с местами наиболее вероятных точек прорыва, — произнес Император, подходя к письменному столу. — Я распорядился стянуть во все эти точки войска.
— Это хорошо, — кивнул я.
— Мало хорошего, — угрюмо заметил Император. — Как мы ударим, если ничего не видим? Защита у него хитрая.
— Кажется, у меня есть идея…
— Какая? — оживился собеседник.
— Мне удалось раздобыть часть укрывающего конструкта, которым враг закрыл охрану. Я могу попытаться сделать что-то вроде проявителя, тогда защита будет видимой.
— Ай да Пушкин! — просиял Император.
И хлопнул меня по плечу своей могучей рукой. Спросил:
— Что для этого нужно?
— Помощь госпожи Смит и возможно других одаренных, кто хорошо разбирается в конструктостроении. Одному мне будет сложно.
— Любые запросы! — воскликнул Император, бросившись к телефону. — Диспетчер! Связи меня с Министром Яковенко… Яковенко, спишь? Значит так, слушай сюда. Прямо сейчас организуй рабочую группу из самых отборных людей, кто у тебя с конструктами дружит. Знаю, есть у тебя такие. Даю на все про все тридцать минут. Да, дело чрезвычайной важности. Также прибудет к тебе мой адъютант Пушкин. Так вот, его пожелания и приказы исполнять как мои. Как понял? Вот и хорошо.
Император положил трубку, глянул на меня.
— Знаешь, где Красный Дворец?
Я кивнул.
— Там будет весь резерв научных умов. Они помогут. Приказать, чтобы и Смит туда доставили?
— Нет, я сам ей позвоню, — сказал я, не желая, чтобы пожилую главу Школы поспешно выдергивали из кровать.
— Хорошо, — кивнул Алексей Иванович. — Значит так, Пушкин. Назначаю тебя главным на дело по созданию проявителя. Как быстро ты его сделаешь, так мы начнем атаку.
Император пристально посмотрел на меня, добавил:
— Ты прекрасно понимаешь и без меня, что создать необходимый конструкт нужно как можно скорей.
Я кивнул.
— Хорошо, тогда выполняй. А я отдам необходимые распоряжения.
Я устал, валился с ног, но ослушаться приказа Императора не мог. Да и не имел права. Поэтому тут же рванул в Красный Дворец, где меня уже ждали всполошенная кучка одаренных. Было видно, что их подняли с теплых постелей и толком ничего не объяснив, согнали сюда. Но видимо одно все же успели сказать — дело чрезвычайной важности. Поэтому завидев меня, одаренные еще больше испугались.
— Нужна ваша помощь, — коротко кинул я, заходя в просторный зал, который организовали специально для нас.
Даже воду принесли и кофемашину приволокли. Оперативно.
— Да что мы можем⁈ — произнес один, толстоватый мужичок с плешью на голове. — Сила пропала, мы со своим Даром…
— Сила есть, — перебил его я.
— Как это? — растеряно произнес тот.
— Давно проверяли?
— По первой еще проверяли, а потом… чего толку? Все равно не появляется. К тому же…
— Есть! — радостно вдруг выдохнул другой гость, седой уже старик. — Есть Дар!
И создал в воздухе иллюзию фейерверка.
Остальные одаренные принялись проверять свои Дары, обращаясь к силам и потокам. И сила привычно отвечала им.
— Как раньше! — только и смог вымолвить толстяк. — Работает!
«Работает, — хмуро подумал я. — Но только в пол-силы. Потому что удалось принести только часть Кристалла. Второй — у врага. А значит он по-прежнему силен. Интересно, Император ограничил зону действия Кристалла, или же снизил выход, силы чтобы компенсировать только часть рабочего артефакта? По ощущениям именно что как раньше».
— Итак, с силами разобрались, — успокоил все я. — Теперь приступаем к делу. Это, — я осторожно извлек из памяти элемент добытого конструкта у белых волков и кинул его проекцию в воздух. — Часть формулы, позволяющей проходить определенную защиту. Нам нужно в сжатые сроки разработать полноценный конструкт, который сможет снять блок.
— А что за блок? — спросил толстяк.
Было видно, что он уже заинтересовался заданием.
— Невидимая блокирующая оболочка. Очень мощная и плотная. Огненными конструктами не берущаяся, воздушными тоже. Преодолеть ее удалось только с помощью этого элемента, который я добыл… у одного стража.
Одаренные — не боевые солдаты, а больше похожие на завсегдатаев библиотек и кондитерских ребята в очках, — заинтересовано принялись разглядывать обрывки формул.
— Маловат кусок, — почесав подбородок, произнес толстяк. — Сложно будет.
— Для этого вас здесь и собрали. Задание лично от Его Величества Императора Алексея Ивановича. Дело государственной важности. Поэтому такая спешка.
— Чего же мы тогда ждем? — хлопнув в ладоши, сказал толстячок. — Приступаем немедленно!
И закипела работа.
Команда довольно быстро познакомилась друг с другом, тут же выяснили кто в чем дока, и кто в каких сферах более компетентен. Некоторое время увлеченно обсуждали возможности, так что пришлось возвращать дело в нужное русло. Потом принялись осторожно, словно на столе хирурга препарировать добытый мой конструкт, изучая каждый завиток и формулу.
Слушая очень точные замечания, я с радостью отмечал, что собрались здесь действительно мастера своего дела. Одаренные же, почувствовавшие силу, приободрились и к делу подошли с воодушевлением. В какой-то момент я даже перестал их направлять, он сами подхватили кураж и начали расписывать доску маркерами, высчитывая необходимые диагонали и вертикали касания лучей потоков.
Чувствуя, что голова идет кругом, я решил
