– Если бы я не предупредил короля, последствия могли оказаться самыми плачевными, и не только для нас, но и для всего нашего народа, – продолжал Винсент. Дрю оглянулся по сторонам. Он еще мог бежать отсюда, один быстрый прыжок через балкон – и все.
– Вы явились сюда, обнажили свои мечи, напали на моих слуг, – прогремел барон Хат, вновь поворачиваясь к капитану Брутусу, – и вы еще ожидаете, что я подчинюсь вам?
Лицо барона стало менять свои очертания, а спина выгнулась дугой.
– Сохраняйте контроль над собой, милорд, – сказал Винсент. – Ради всего святого, держите себя в руках!
Но старый барон уже ничего не слышал. Он отбросил в сторону свою трость, на которую обычно опирался, разодрал застегнутый на груди камзол. Грудная клетка Борлорда выпятилась вперед, вытянулись вперед и челюсти, на которых появились острые клыки.
Дрю взглянул на капитана Брутуса, который, казалось, был ничуть не напуган превращением барона. «Почему он его не боится?» – подумал Дрю. Барон Хат был несокрушимым, неуязвимым для людей и их оружия. Затем Дрю взглянул на меч Лайоншед. Солнечные лучи играли на врезанных в лезвие серебряных рунах.
– Барон Хат, – крикнул Дрю, предупреждающе вскидывая руку, но было слишком поздно. Брутус сделал два шага вперед и глубоко вонзил меч в живот не успевшего до конца трансформироваться барона. Борлорд замолчал сразу же, как только капитан королевской гвардии дважды повернул лезвие своего меча, прежде чем выдернуть его. Барон Хат упал на пол, из глубокой раны ручьем хлынула кровь.
– Нет! – закричал Гектор, бросаясь к отцу, но Дрю схватил его свободной рукой и оттолкнул в сторону. Барон Хат упал на пол. Мертвый. Леди Гретхен в ужасе закричала. Вскочила из-за стола и забилась в дальний угол балкона.
– Отец! – завопил Винсент, в отчаянии падая на колени, в лужу крови – отцовской крови. Тем временем тело умершего барона постепенно стало принимать свой обычный облик.
– Зачем? – всхлипнул Винсент, глядя на Брутуса. – Как ты мог, скотина?
– Не забывайтесь, Винсент, – сказал Брутус, вытирая лезвие меча о свои красные бриджи. – Я пощажу вас только по милости нашего короля. Он благодарен вам за все, что вы сообщили ему об изменниках в вашей семье, и заверяет, что вы немедленно займете освободившееся после вашего отца место.
– Я никогда не соглашусь на это! – крикнул Винсент. – Вы должны были арестовать Волка, и больше ничего. Ничего! Мой отец был старым человеком, сбившимся с толка и запутавшимся. Но какую опасность он мог представлять для короля?
– Мне что-то не хочется прирезать еще одну свинью сегодня, – предупреждающе погрозил пальцем Брутус, а затем повернулся к Дрю. – Слышишь, парень, отстегивай свой собачий меч, который висит у тебя на поясе, и давай его сюда. Пойдешь с нами. И без всяких фокусов.
Дрю нужно было что-то придумывать, причем как можно быстрее. Он прекрасно понимал, что если сдастся, его ждет неминуемая смерть – либо по дороге, либо сразу же, как только его привезут в Хайклифф. Стоявший рядом с Дрю Гектор находился в трансе. Дрю знал, что его друга тоже казнят за то, что тот помог ему бежать, а затем предоставил убежище. Что же касается Винсента, то он получил по заслугам, предав свою семью и став виновником смерти своего отца только потому, что ему очень хотелось занять место при дворе короля. Так ему теперь и жить до самой смерти, постоянно вспоминая об убитом им отце. Любой сын, совершивший такое, не заслуживает жалости.
Дрю оглянулся, пятясь к краю балюстрады и поглядывая на привязанные у причала лодки. Сможет он сделать это? И сумеет ли привести в чувство Гектора?
– Даже не думай об этом, парень, – предупредил Брутус и направился в обход стола к Дрю, держа перед собой выставленный вперед меч. Запрещенные законом магические серебряные руны на мече капитана не оставляли ему никаких шансов. Удар этого меча будет смертельным, и то, что Дрю – оборотень, его не спасет. Леди Гретхен стояла всего в паре шагов от Дрю с широко распахнутыми от ужаса глазами.
– Прошу прощения, – шепнул ей Дрю, а затем перешел к стремительным действиям.
Он схватил девушку за руку и притянул Гретхен к себе. Она развернулась, как если бы танцевала на балу, и оказалась в объятиях Дрю. Он поднял руку – когтистую руку – к ее горлу, и Гретхен пискнула от страха. «Если им нужен монстр, они его получат», – подумал Дрю.
– Назад! – крикнул он. – Назад, или я разорву горло вашей драгоценной принцессе!
Разумеется, это была всего лишь угроза, чтобы Брутус и его люди отступили, но Гектор неожиданно встрепенулся, выведенный из транса голосом своего друга и представшей его глазам картиной.
– Отпусти леди, парень, – сказал Брутус и поднял руку, подавая знак своим людям отойти назад. – Ты не сделаешь этого.
– Отпусти меня, пес! – крикнула Гретхен, извиваясь в руках Дрю. Он сомкнул свою ладонь на ее хрупком, горячем горле.
– Боюсь, что смогу сделать, – возразил Дрю. – Гектор, ты умеешь прыгать?
Гектор непонимающе посмотрел на Дрю, так, словно тот говорил на каком-то незнакомом языке.
– Прыгать, – повторил Дрю, кивком головы указывая на балюстраду. – Отвяжи для нас лодку, дружище, и поскорей.
Некоторые из гвардейцев потянули с плеч свои арбалеты и принялись натягивать тетиву. Гектор подхватил свою сумку и перекинул ее через плечо. Оглянулся на брата, гладившего руками мертвое тело отца, затем перевел взгляд на Брутуса. Указывая пальцем на капитана, он пытался найти нужные слова, чтобы выплюнуть их ему в лицо, но не нашел. Тетивы арбалетов зазвенели тоньше, они уже были натянуты почти до конца, и, так и не сказав ни слова, Гектор перевалился через балюстраду, с громким хрустом приземлившись на гальку под окнами.
– Далеко не уйдете, – сказал Брутус, обращаясь к Дрю. – Куда вы надеетесь сбежать? Мы будем следовать за вами по берегу реки и рано или поздно поймаем.
– Река широкая, – возразил Дрю. – И быстрая. Мы не упустим свой шанс.
Он поднял Гретхен на руки, не снимая одной своей ладони с ее горла. Затем пнул ногой стул, придвигая его ближе к балюстраде, взобрался на него и перевалился наружу. Приземлился Дрю неуклюже, запутавшись в красном платье Гретхен и едва не подвернув ногу, но сумел подняться. Взглянул вверх, на два десятка солдат, направивших на него свои арбалеты. Спрятался за спину рыжей Лисицы, выставив ее перед собой, как щит.
Да, он рисковал. Сам Дрю никогда не тронул бы Гретхен, но ему оставалось лишь надеяться на то, что и Брутусу строго-настрого запрещено подвергать будущую королеву малейшей опасности. Расчет оказался верным. Дрю без происшествий добрался со своей пленницей до лодки, которую Гектор уже держал наготове. Конечно, гвардейцы прибыли сюда верхом, но Редвайн – очень быстрая река, и это давало пусть небольшую, но надежду на спасение. Рядом были привязаны еще две лодки. Взмахнув мечом, Дрю перерубил веревки, и лодки отправились в свободное плавание вниз по реке. Продолжая удерживать извивающуюся в его руках Гретхен, Дрю забрался в лодку, и Гектор оттолкнул ее от причала.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
