Собрался. Так хотелось позвонить Насте! Посмотреть ей в глаза, хотя бы по камере. Мне кажется, рядом с ней у меня все получится. Но звонить сейчас нельзя, писать тоже — она в школе, на уроках. Не хочу отвлекать.
И вместо того, чтобы позвонить Насте, я взял документы и отправился к ней в кабинет.
У лифта заметил смутно знакомую спину в дорогом твидовом пиджаке. Хотел было пройти мимо, но и тут интуиция что-то шепнула, да так громко, что я не мог не остановиться. Слова вылетели изо рта прежде, чем я успел о чем-то подумать.
— Сергей Михайлович!
Он медленно обернулся. Точно. Это он! Колобок из министерства. Что он тут делает?
— Вы не меня ищете?
Его перекосило кривоватой улыбкой. Мне показалось даже, что он смущен.
— Да нет…я… — он замялся, — к Маргарите Андреевне заходил. По личному дело, — добавил он многозначительно, чем еще больше меня озадачил. Какое еще личное дело? Что она там мутит за моей спиной?
— Понятно, — как ни в чем ни бывало, сказал я. — А может, и ко мне заглянете? По личному делу? У меня и коньяк припасен, как вы любите? — Надо, надо выяснить у него, о чем они договорились с Марго.
— Нет, нет, извините, Олег Сергеевич, надо бежать, сами знаете, в министерстве дел по горло, а я ненадолго вырвался, — суетливо пробормотал он и юркнул в подъехавший лифт.
Я почувствовал, что зверею. Не люблю это состояние, но справиться с собой не получалось. Ненавижу, когда меня хотят выставить идиотом, а тут, похоже, именно этим пахнет. Марго хочет заручиться поддержкой влиятельных сил. Но для чего? Какую она задумала каверзу?
К ее кабинету я подходил уже почти в бешенстве. Как мне это надоело все! Хочу уже спокойной жизни с нормальной женщиной, а не эти игры.
Секретарша в приемной успела только пискнуть, когда я яростным торнадо пронесся мимо нее и открыл дверь в Маргошин кабинет. Влетел без стука. Она сидела за столом и читала каки-то документы. Гневно подняла голову — типа, кто тут меня беспокоит? Увидев меня, нацепила маску Снежной королевы. Губы в ниточку, глаза льдом покрылись.
— Привет! — сказал я, чтобы хоть что-то сказать.
— Здравствуй, — ответила она сухо.
— Извини, что не перезвонил, я уезжал, — эх, плохо начал, не надо было извиняться, теперь она почувствует свою силу.
— Ничего. — Ее односложные ответы просто выбешивали.
— Как ты?
— Нормально.
Тут я почувствовал, что вот-вот взорвусь и заору.
— Вот документы, ознакомься, жду ответа через час, — так же сухо сказал я, бросил папку на стол, развернулся и пошел к выходу. Если она меня остановит, значит, есть шанс решить все полюбовно. Если нет, значит, война.
— Ок, — сказала она равнодушно.
Все понятно.
Я хлопнул дверью и пошел к себе. Что я упустил? Почему она так спокойна? Зачем прикатывался Колобок? Или подкатывался? Ахаха, неужели он Марго окучивает? И снова вопрос — зачем это ему? Он себе и помоложе и покрасивее найдет.
После обеда Марго зашла ко мне.
— Вот документы, я все подписала, — сказала она, глядя куда-то в стену сквозь меня.
— Хорошо.
Я посмотрел.
— Никаких претензий, дополнений?
— Нет, все отлично. — Она по-прежнему смотрела на меня как на пустое место. Черт, она выводит меня этим!
— А зачем Сергей Михайлович приходил? — я впился глазами в ее лицо, и оно дернулось, выдало себя. Марго даже слегка покраснела.
— Это тебя не касается, личное дело, — наконец, выдавила она из себя.
— Понятно. Надеюсь, вы с ним никакие финансовые махинации не спланировали? — Я решил надавить. — Второй раз я этих штучек не прощу.
Она усмехнулась и вышла из кабинета.
Хреново-то как. Точно у нее есть какой-то джокер. Уж больно она невозмутима. И так легко подписала договор. Отказалась от желания иметь детей? Испугалась ответственности за подлог документов? Что происходит, что? Где я прокололся?!
Ладно, поживем-увидим.
Надо доработать этот день и ехать скорее к Насте. Обнять ее, повалить на кровать, и всю ярость сегодняшнего дня превратить в огонь страсти, сбросить все напряжение, чтобы лежа с ней, оказаться в ореоле нежности.
Пусть так и будет.
А завтра поедем знакомиться с детьми.
Глава 55. Встреча с семьей
Все получилось даже лучше. Я ровно в 18–00 выехал из офиса и погнал к Насте. По дороге остановился у знакомой кондитерской, купил коробку эклеров со сливочной и шоколадной начинкой. Надеюсь, ей понравится. Не знаю пока ее вкусов, но ничего. Станем жить вместе, все быстро узнаю.
Она меня ждала. Когда позвонил в дверь, у меня сердце билось как в двадцать лет, когда я только начал встречаться с Алей. Тогда казалось, что моя женщина такая космическая, такая недоступная, и мне нужно приложить много усилий, чтобы удержать ее, чтобы стать для нее единственным.
И хотя у нас с Настей уже все было, но я все равно чувствовал, что мне еще нужно побороться за нее. Хочу, чтобы она стала моей и телом и душой, чтобы никогда не предала и не пожалела о своем решении. Хочу, чтобы родила мне еще детей, сына хочу.
Когда наши губы слились в поцелуе, я забыл все. Ушли тревоги дня, исчезли все люди. Мы с Настей были одно, никогда я не забуду эту всепоглощающую нежность, которая медовой волной разливалась в сердце.
Мы занимались любовью до ужина, во время ужина и после него. Не могли оторваться друг от друга, как будто встретились после бесконечно долгой разлуки, а ведь прошел всего один день.
Вечером, когда Настя пошла в душ, я позвонил маме:
— Мам… — я немного смущался, как подросток. — Я не приду домой сегодня.
— Вот как? — я слышал в мамином изумлении волнение, тревогу, недоверие, надежду, и все одновременно. Что она думает, интересно?
— Да. А завтра я приеду с девушкой, — я решил долго не тянуть.
— Хорошо, — в голосе мамы чувствовалось облегчение. Она немного помолчала. Потом решилась:
— Хорошая девушка, сынок?
— Да.
— Тогда будем ждать вас. Пирог испеку!
— Мам, — я вдруг испугался, — только вы там…ну…не очень. Давайте по-простому, без церемоний. И девчонок предупреди! Хотя…
Я задумался.
Что лучше? Рассказать им о Насте или пусть сначала познакомятся?
— Пока ничего не говори, ладно?
— Хорошо, хорошо, не волнуйся! — мама меня успокаивала, а у самой голос дрожал.
— Ладно, все, пока! — Настя вышла из душа, и я положил трубку.
Когда мы лежали в кровати, обнявшись, я подумал: «Неужели это происходит со мной? И можно расслабиться и не думать ни о чем, просто жить и плавать в этой нежности. Уверен, что Настя меня не предаст».
На следующее утро солнце, пробиваясь сквозь занавески, нежно коснулось моего лица. Я потянулся, стараясь избавиться от остаточных следов ночи, и вспомнил: сегодня тот самый день. Моя голова была полна мыслей о Насте и о том, как пройдет встреча с дочерями. Тае она наверняка понравится, ведь они так похожи — обе беленькие, тоненькие, нежные. А вот Мия… Она совсем другая. Мне кажется, она меня ревнует ко всем. Как бы она чего не выкинула.
Мысли, как она воспримет Настю, немного тревожили. Обе мои принцессы были очень чувствительными к изменениям. Я понимал, что им будет нелегко принять новую женщину в нашем доме. Ведь до этого момента не было никакой. Они были полноправными владелицами моего сердца.
Настя безмятежно спала, повернувшись ко мне лицом и держа меня за руку. Я немного отодвинулся, чтобы посмотреть на ее лицо. Расслабленное и счастливое, с легким румянцем на щеках, оно казалось лицом ангела. Блин, я с ней становлюсь таким сентиментальным! Мне казалось, что только сейчас, только с ней я начинаю что-то понимать в этой жизни, что жизнь наконец-то приобретает глубокий смысл. Ее искренность, особенно на фоне Марго, которая вечно что-то затевала за моей спиной, меня невероятно подкупала. Я вдруг четко осознал, как же я устал от лжи.
Я нежно провел рукой по Настиным волосам, и она тихо застонала. Я почувствовал, что безумно хочу ее, такую разомлевшую, полусонную, такую домашнюю… Я вошел в нее мягко, но она, конечно, все равно проснулась. Наша близость была полна упоения и легкости, и какой-то невероятной нежности, которой я, наверное, никогда не испытывал до этого.
