ноги широко расставлены, перебирает в руке свой галстук, который снял с шеи…
Внутренний голос кричит бежать, но ноги не слушаются.
— Мероприятие так быстро закончилось? — Я первая подаю голос, потому что мужчина молчит. Просто прожигает меня своим взглядом и не собирается начинать диалог первым.
— Я не стал дожидаться конца, — он встает с кровати, а я трусливо делаю шаг назад.
— Я думала невоспитанно уходить раньше, — задираю подбородок и смотрю в его глаза. В них нет ярости или злости. А я ожидала это увидеть. Теряюсь. Не знаю как себя вести.
— Беру с тебя плохой пример, — криво усмехается и подходит ближе.
— Я тебя не приглашала в свою комнату.
Отступаю назад еще на шаг и упираюсь спиной в стену.
— В свою я тебя тоже ночью не приглашал, но ты пришла.
— Значит ты помнишь что нужно сделать дальше? — Усмехаюсь, — показать, где выход?
— Я не уйду, — его руки упираются по обе стороны от моего лица, мужчина нависает сверху огромной скалой.
— Я не хочу тебя видеть, — упираюсь ладонями в его грудь, но сдвинуть с места эту скалу не получается, — уйди!
Начинаю бить его ладонями, слезы снова катятся по щекам, а мне казалось, что я успокоилась.
— Лиза, — закрываю глаза и продолжаю пытать высвободиться, но он не сдвигается ни на миллиметр.
— Нет. Не после того, что ты сделал! Не после того как ты…
Он хватает мои руки, притягивает к себе, его запах вбивается в ноздри. Тело начинает дрожать.
— Я долбаеб, слышишь? — хрипит мне на ухо, — не хотел говорить херню, даже не думал обижать.
— Но обидел, — всхлипываю, сил вырываться больше нет.
Он отпускает мои руки. А я продолжаю все так же стоять и не двигаться. Его пальцы скользят по рукам, поднимаются выше, сжимают мой подбородок и заставляют поднять голову так, чтобы наши взгляды встретились.
— Не смог совладать с эмоциями. Еще никто и никогда меня не выводил из себя как ты. У тебя это мастерски получается.
Его голос хриплый, у меня на коже появляются мурашки. Его пальцы спускаются ниже, к моей шее, шиплю, когда он задевает свежие царапины.
— Это что?! — Откидывает волосы назад и впивается взглядом в шею.
— Ничего, — пытаюсь скинуть его руку, оттолкнуть. Не хочу жаловаться. Но Айдаров снова притягивает к себе.
— Кто это сделал?! — Рычит, за секунду приходит в бешенство.
— Я не устраивала ревнивых сцен, как ты сказал, я просто защищалась, — выпаливаю ему в лицо и снова пытаюсь отвернуться.
— Она пожалеет об этом, — от тона его голоса страшно становится даже мне.
Глава 24
В комнате царит полумрак. Мое дыхание сбивается, потому что я здесь не одна. ОН в комнате. Я слышу его дыхание. Чувствую запах… Оборачиваюсь по сторонам, но не могу его найти. Как будто мое зрение меня обманывает.
На коже появляются мурашки и не знаю от того ли это, что на мне только небольшое полотенце, которое с трудом прикрывает мое обнаженное тело или от того, что я чувствую на себе взгляд Айдарова.
Ступаю босыми ступнями по полу. С каждым новым шагом чувствую все острее на себе его взгляд. Кожу обжигает. Как будто оставляя после себя ожоги.
Резко разворачиваюсь и тихонько взвизгиваю. Теперь я его вижу. Смотрю прямо в его глаза. Они темные. Затянутые похотью и желанием.
— Это моя спальня, зачем ты сюда пришел? — Голос срывается на хрип. Я ужасно волнуюсь. Четко знаю, что не буду сопротивляться. Бедное сердце замирает в ожидании лишь от одного его взгляда.
— Теперь ты моя, — взгляд мужа заставляет сделать еще один шаг назад и вжаться в стену. Он пришел требовать исполнение супружеского долга. Я точно знаю.
— Ты обещал мне дать время, — прижимаю к груди полотенце, голос предательски дрожит.
Воздух вкруг становится горячим. Мне ужасно жарко. Дышать вообще кажется невозможным.
— Моему терпению пришел конец, — секунда и его горячее дыхание опаляет лицо. Коленки подгибаются, если бы не стена, я бы, наверное, упала.
— Я еще не готова, — хриплю в ответ. Вру. Потому что готова. Возбуждение накрывает с головой, между ног становится непозволительно влажно. И вот все… его слова. Обстановка. Его наглый взгляд. Все возбуждает еще больше. Я откуда-то четко знаю, что дверь закрыта на замок. Нам никто не сможет помешать.
— Ты моя жена и родишь мне наследника. — рычит в мои губы, — начнем прямо сейчас.
Резкий рывок и он срывает с меня полотенце. Прохладный воздух касается обнаженной кожи, его пальцы скользят выше, тело дрожит…
— Боже, — выдаю вместе со стоном и открываю глаза.
Часто дышу. Не понимаю что произошло. Все пропало. Стоило открыть глаза, как все пропало. Айдаров, наши поцелуи… Я смотрю в полнейшую темноту.
Только спустя несколько секунд до меня доходит, что мне все приснилось. Вот только кое-что из этого сна все-таки оказалось реальностью… Я ужасно возбуждена. Часто дышу, сжимаю сильнее колени, потому что нижнее белье полностью влажное.
Тяжелая рука на моей талии тонко намекает мне на причину такого сна.
Позади меня лежит Айдаров. Он не ушел из моей комнаты, как и обещал. Наотрез отказался, а после в наглую завалился на мою кровать и мне ничего не оставалось, как лечь рядом. С краешку. Но судя по всему когда я заснула кто-то обнаглел и подмял меня под себя.
Горячее дыхание Айдарова на моей шее, а я тихонько стону, потому что это все походит на самую настоящую пытку. Между ног самый настоящий потоп. Я чуть не получила оргазм ото сна с участием мужа, а открыв глаза оказалась в западне…
Стоит мне пошевелиться, попытаться принять другую позу, как Айдаров притягивает меня к себе еще ближе. Его горячее тело обжигает даже через ткань одежды.
Его рука оказывается внизу живота, практически там, где у меня сейчас происходит самый настоящий пожар. Грудь вздымается от частого дыхания, чувствую как твердеют соски. Сжимаю сильнее колени и ерзаю на кровати. Так как я плотно прижата к мужчине, я ерзаю пятой точкой по его ширинке.
Мои глаза широко распахиваются, когда рука Рустама сжимает в кулак ткань моей футболки, а после он подается бедрами вперед, дает почувствовать насколько сильно он возбужден.
— Еще несколько таких движений и я за себя не отвечаю, — хрипит мне на ухо, закатываю глаза от того насколько его голос сейчас сексуальный. Господи, я возбуждаюсь от любого его прикосновения все сильнее и сильнее, — что тебе снилось? Ты стонала.
Продолжает хрипеть, а я понимаю, что все это время он лишь притворялся спящим. Щеки
