– Не сомневаюсь, – тихо ответила она.
– И мне нравится, что ты такая рукодельница! – продолжил он и нежно погладил девушку по щеке. – Значит, в нашем доме всегда будет чисто и уютно!
– За это можешь не беспокоиться! – уверенно ответила Василиса. – Меня с малолетства приучили к порядку!
– Вот и славно!
И Анвар обнял ее и начал целовать. Девушка на этот раз отвечала охотно. Ее настроение переменилось, мрачные мысли ушли, в своей деревне она снова почувствовала себя уверенно. Анвар казался заботливым, рассудительным, он точно был готов к семейной жизни. И Василиса уже с удовольствием думала о том, как они поселятся в его роскошной квартире, она будет там полноправной хозяйкой, и все в ее жизни устроится просто замечательно.
– Жду-не дождусь, когда заявление подадим! – тихо произнес он, оторвавшись от губ девушки. – Жаль, что сегодня не вышло.
– Я тоже этого жду! – призналась она.
– Милая! Любовь моя единственная! – жарко зашептал он и снова начал целовать ее губы.
– Совсем стыд потеряли! – раздался рядом скрипучий голос. – Средь белого дня!
– Ой! – испуганно вскрикнула Василиса и отодвинулась от парня. Возле них остановилась Матрена Савелишна. – Добрый денечек, баба Мотя!
– А, это ты, Василисушка! – подобрела старушка. – С женихом, значит, милуешься. Ну ладно, ладно!
– А вы куда это? На родник? – спросил Анвар.
– А то ж! В колодце-то вода не такая вкусная! – закивала Матрена Савелишна.
– Так пятилитровая же бутыль у вас! Тяжело! – сказал он. – Давайте я вам наберу и сюда принесу.
– Какой ты любезный! Уважительный к старости! – одобрительно проговорила она и отдала бутыль.
Анвар начал спускаться с пригорка. Матрена Савелишна повернулась к девушке, которая не сводила глаз с удаляющейся стройной фигуры.
– Жалко мне тебя, Васена! – вдруг сказала она. – Как ты с басурманами-то жить будешь?
– Что? – удивилась Василиса и повернулась к старушке.
– Что, что! Не слышишь? Басурмане они, говорю тебе! А ты наша, крещеная! Тот-то паренек все ж больше тебе подходил. Видно было по наружности, что русский.
– О ком речь-то? – раздраженно спросила Василиса.
– Ну, на базе который был, московский жених, Алексей, кажись.
– Вспомнили! – натянуто улыбнулась девушка. – Уехал он давным-давно и обо мне забыл.
– Такие они мужчины! – закивала Матрена Савелишна. – Все ветреники! Но уж лучше одной, чем с басурманином!
– Предрассудки все это! – хмуро ответила Василиса.
– Матери-то у тебя нет, вот и подсказать некому, – не слушая ее, продолжила старушка. – Только в толк не возьму, куда наш батюшка-то смотрит! Неужто промолчал на эту тему?
– Говорил, – тихо ответила Василиса. – Только что в этом такого? Не в старые времена живем!
– Времена для этих дел всегда одинаковы! – со вздохом сказала Матрена Савелишна. – Не положено и все тут! Ты ведь еще не замужем за ним! Парень Анвар видный, хороший, что уж тут говорить! Был бы крещен, так лучшего мужа тебе не найти!
– Спасибо за заботу, баба Мотя, – резко ответила девушка. – Но мы уж сами как-нибудь разберемся!
Она скрестила руки и поджала губы. Тема разного верования постоянно возникала в последнее время, и Василиса никак не могла понять, что уж такого плохого в браке православной и мусульманина. Она считала, что не за «веру» выходит замуж, а за определенного человека.
Анвар быстро принес воду из родника и отдал бутыль старушке. Она вежливо поблагодарила и потащила ее домой.
– Ты чего такая мрачная? – удивился Анвар, глядя в лицо любимой.
– Не обращай внимания! – отмахнулась она.
– Пошли погуляем? – заулыбался он. – А то все на этом пригорке! Вид, конечно, на степь фантастический, но и пройтись охота.
Девушка кивнула и взяла его под руку. Молодые люди направились к близлежащему лесочку.
Выходные прошли замечательно. Анвар все время проводил с девушкой, и она уже оставила всякие сомнения и была готова ехать в понедельник с ним в ЗАГС. В воскресенье вечером, когда Анвар ушел к родителям, Василиса сидела во дворе с Нюрой. Они жарко обсуждали самую волнующую для девушек тему – свадебный наряд. Василиса была сильно стеснена в средствах. Анвар предлагал ей дать денег на покупку платья, но так в их деревне было не принято. Платье, нижнее и постельное белье, подушки и одеяла являлись как бы негласным приданым невесты, и она должна была принести их из своего дома. Иначе счастья молодым не видать, такая уж это традиция. И Василиса не намерена была ее нарушать. Нюра предлагала съездить в Курган и купить платье в комиссионном. Но Василисе казалось неправильным в самый важный день ее жизни надевать уже ношеное кем-то платье.
– Не нужно мне навороченным фасонов, – говорила она подруге. – Давай купим какое-нибудь дешевое кружево, белую ткань, я сама сошью. А из капрона и фату можно соорудить и веночек из искусственных цветочков сделать. Будет ничуть не хуже!
– Можно! – воодушевилась Нюра. – Или готовый обруч купить, украшенный цветами. Сейчас же это модно, их полно в магазинах. А на этот обруч капрон прикрепить. Вот тебе и фата!
– Хорошая идея! – заулыбалась Василиса.
– Тогда на днях я возьму отгул и мы с тобой съездим в магазины, – сказала Нюра. – Мне, как твоей свидетельнице, тоже хотелось бы в новом платье покрасоваться. Вот и приглядим мне обновку за одним. Заявление-то когда подадите?
– Завтра с Анваром поеду, – сообщила девушка. – Он перед работой хочет.
– И все же не пойму, как вам разрешат регистрироваться! Тебе же нет восемнадцати, а по закону…
– Анвар предварительно договорился в администрации, – перебила ее Василиса. – Я тоже спрашивала, но он сказал, что это меня не должно волновать ни разу, он мужчина и сам все решает.
– Денег, наверное, дал, чтобы разрешение получить, – предположила Нюра.
– Знаешь, меня это и правда не волнует! – отрезала Василиса. – У меня своих забот полон рот!
– Ну и правильно! – закивала Нюра. – Пусть Анвар обо всем думает, а ты развлекайся, да получай удовольствие. И так уже горя хлебнула! Сколько можно! Так какой план на завтра?
– Подадим заявление, он потом на работу, а я на рейсовый автобус и сюда вернусь.
– Так ты и не спеши!.. Слушай, а может, мне завтра с вами махнуть сразу? – оживилась Нюра. – После ЗАГСа мы с тобой по магазинам рванем!
