было на самом деле, – предложил я.
– С удовольствием послушаю. Обожаю сказочки.
– Поражаюсь, как тебе не стыдно. За один только вечер ты многое успела. Я думал, здешний холод тебя научит чему-нибудь, но воз и ныне там. Ты из зависти увела жениха у своей бывшей подруги и унизила ее, – забавно наблюдать, как Лиза меняется в лице по ходу повествования. – Не прошло и часа, как ты накинулась на группу подвыпивших парней, с которыми поехала кататься. Банально купилась на тачку и тупые понты. Но что-то пошло не так. Ты потеряла сознание прямо в машине, а твои богатыри тебя бросили.
– Маньячина! Ты что, следил за мной?! Да я заявлю на тебя.
– Валяй. Столько уже заяв от тебя на столе у ментов – они и за 300 лет не разберутся. А я расскажу все, что знаю. Разыщу тех, кто пострадал от твоих рук. Так что лучше пиши заявление на того, кто тебя ударил. И мы оба знаем, что это не я.
– Ты. Это был ты, – пыталась ткнуть в меня пальцем обманщица.
– Гаишники твое суждение тут же опровергнут.
– Гад, – прошипела Лиза.
– Вывод из всего сказанного прост и прозаичен. Ты, дорогая моя, первоклассная интриганка. Но в первую очередь ты шалава.
Елизавета хищно усмехнулась.
– Сначала я подумала, что ты прыщавый задрот и лузер. Но ты прямо-таки застал меня врасплох.
– У тебя на мордашке все написано. И такое клеймо не сотрешь, если даже ты примешь облик самой невинной девушки на свете. Раскусить тебя умному и наблюдательному человеку труда не ставит. Поэтому твое наглое и многократное вранье совершенно не к месту.
– Ты достаточно осведомлен для первого встречного.
– Теперь по существу: что ты хотела от парней, которые тебя подцепили в клубе?
– Будто от таких хотят чего-то еще кроме… Ты же у нас все знаешь?
– Помоги, забыл.
– Ребятки сами ко мне цеплялись весь вечер.
– Скажи еще, что они домогались тебя?
– Да.
– И изнасиловали тебя? Все семеро?
– Их было шестеро.
– Не врешь хоть здесь – уже хорошо.
– Откуда тебе известно, что их было шестеро? Они тебе знакомы? Хотя-я чего я спрашиваю?
– Правильно мыслишь.
– Скажи: ты когда-нибудь спал с бабами?
Я решил отнестись к вопросу с юмором:
– Во время секса я обычно снизу… Этажом ниже.
– Да, видно невооруженным глазом. Я могла бы… помочь тебе.
Елизавета бесцеремонно поцеловала меня, оставив жирный след от помады на моей щеке. Только она положила свои когти на мои штаны, я подскочил как на углях и оттолкнул ее:
– Отстань от меня! – ее неискреннее прикосновение ничего, кроме омерзения, не вызвало (мурашки прилагаются). Встретились бы мы в несколько иных обстоятельствах, я б еще подумал.
Элитная проститутка облизнула пышные губы, изобразив некое подобие удовлетворения. Уверена, что сбила меня с толку.
– А ты хорошо себя чувствуешь для девушки, которую избили и бросили.
– Ты первый мужчина за долгое время, кто мне отказал. Даже обидно.
– Так тебе и надо, коза похотливая.
– Но тебе должно быть известно, – принялась рассказывать она, – чего обычно хотят от мужчин такие стервы, как я. Особенно когда мужики выпьют и сами на тебя бросаются, движимые собственным якобы достоинством… длиной в десять сантиметров. Подсаживаются и начинают рассказывать, какие они классные.
– Можешь не продолжать, – почерк 16-летних хоккеистов читается мгновенно.
– Банально контору заделать хотела: обаять, напоить, обокрасть. Но дальше что-то… – про флешку засранцу знать необязательно, решила Елизавета.
– Что-то пошло не по плану, да? И проснулась ты одна в их машине. И где в этой истории таксист?
– Разве теперь имеет значение? – Лизе не нравилось, что чужак знает о ней непозволительно много. – Хотела одно, а получила другое. Недооценила я парней.
– Я тоже.
Я мельком взглянул на дамочку и обомлел. Как же я не заметил безделушки раньше? Вещь точь-в-точь такая же, которую я неоднократно видел у Бречкина. Не просто цепочка с крестом, а целый медальон. Не из-за него ли Леша набросился на Митяева, когда я проводил дознание на кухне? Опять вертихвостка врет.
– Они что-то подмешали мне в выпивку, – предположила Лиза.
– Что? – опомнился я.
– Я бы все отдала, лишь бы с ними разделаться. Только попадитесь мне.
– У тебя ненависть к каждому клиенту, из кого ты не все соки высосала? Или… – я тоже решил поразмышлять, – дело не только в банальной краже?
Она ничего не ответила. Я же взглянул на Лешин медальон.
– Во что еще они вляпались? Не хочешь мне рассказать?
– Я все уже рассказала. Больше у меня ничего нет.
Эх, даже когда ее зажали в угол, она не теряет надежды и мутит воду еще сильнее, что не может не раздражать.
Перед броском в ее сторону я принял умиротворенное выражение лица, чтобы попутчица ничего не заподозрила. Остановив «BMW» на светофоре, я решил, что лучшего момента не наступит. Она отвлеклась на мерцающего зеленого человечка, который куда-то семенил все быстрее и быстрее. В этот момент я совершил выпад и со всей силы дернул за медальон на Лизиной шее. Цепочка, конечно же, оборвалась. Нельзя не отметить и недюжинную реакцию Елизаветы: деваха успела цапнуть меня за руку так, что я с размаху чуть не выкинул медальон в приоткрытое окно.
Она ощетинилась как кошка, но я остудил ее порыв:
– Ничего у тебя нет, говоришь?! А это что?! Как сорока на блестящее! Воровка!!!
– Отдай, говнюк! Это не твое! – пыталась дотянуться до медальона она, царапаясь ногтями.
– И не твое! Внутри что, фото твоей матери?
– Да!
– Не льсти себе, тварь! Богородица уж точно не твоя мать!
Прекратив попытки, Лиза разрыдалась.
– Поплачь мне еще, – я не уставал удивляться ее ухищрениям. Сунул медальон к себе. В моих карманах не протолкнуться – прям как в московском метро в час-пик.
Загорелся зеленый.
– Во вранье тебе равных нет, – начал я. – Я сам тоже не прочь пофантазировать. Но я все же предпочитаю истину. Правдой насчет тебя и всей заварушки я обладаю в достаточной степени.
– На твоем месте я бы не спешила с выводами.
– Мне вполне достаточно увиденного и услышанного, чтобы понимать…
– Да кто ты такой?!
– Скажем так: я представляю интересы одной из сторон конфликта.
– Интересно, это что-то новенькое. И кто же ты? Мент? ФСБшник? Наркоконтроль? Выскочка из администрации? Еще один тайный агент Олега?
«Да уж, в чем она только не замешана», – мысленно изумился я.
– С этими людьми разбирайся сама.
– А-а-а, поняла. «Вперед, «Магнитка»! «Магнитка» – чемпион!» Как я сразу не догнала? Ты что, их адвокат?
– Что-то типа ангела-хранителя.
– На вид ты безобидный.
– Некоторым такое мнение дорогого стоило.
