безболезненно прекратить его страдания, – предложил Громф.
У Джарлакса возникло желание согласиться.
* * *
– Я никогда не видела тебя таким… вялым, – с легкой насмешкой произнесла Тазмикелла, сидевшая на кушетке рядом с Джарлаксом. Необыкновенно прекрасная и соблазнительная в обличье женщины, она нарядилась в полупрозрачные одежды, обшитые кружевом, но наемник сейчас просто не мог думать об этих вещах. – Это опять из-за следопыта, верно? – спросила медная драконица Тазмикелла.
Джарлакс провел рукой по лысой макушке:
– Ужасно смотреть на то, как твой друг погружается в безумие.
– Будучи совершенно беспомощным, – добавила Тазмикелла, и дроу кивнул.
– Если ты ничего не можешь с этим поделать, – драконица пожала плечами, – зачем тратить свое время и нервы на бесполезные изматывающие размышления? Ведь тебе осталось жить на этой земле совсем недолго… в отличие от меня.
Джарлакс отстранился от драконицы и окинул ее суровым взглядом.
Ты бы то же самое сказала, если бы заболела твоя сестра?
– Разумеется, – донесся с порога женский голос, и вошла Ильнезара, не менее соблазнительная и не более одетая, чем Тазмикелла.
– О, ты думаешь о нас как о животных! – сказала Тазмикелла. – Это правда, сестра!
– Нам следует воспринимать это как оскорбление? – прошептала Ильнезара. – А я думала, Джарлакс не настолько глуп, чтобы оскорблять драконов.
– Прошу вас! – Дроу примирительно поднял руки. – Я не в состоянии веселиться, слушая ваши шуточки. Только не сейчас.
– Твой друг, который водится с проницателями сознания, ничего не может сделать? – спросила Тазмикелла, и в голосе ее прозвучал легкий намек на озабоченность.
– Здесь дело в магии, и это выше его сил, ведь он псионик.
– А жена Дзирта? – продолжала Тазмикелла.
– Верно, – согласилась ее сестра. – Она довольно могущественна и владеет магией, земной и божественной.
Но Джарлакс покачал головой.
– Конечно, она пыталась что-то сделать, и Громф тоже. Но безуспешно. Думаю, если Громф не сумеет найти нужный двеомер, чтобы устранить действие адской магии, то все пропало.
– Действительно, на свете мало смертных, более могущественных, чем архимаг, – заметила Ильнезара.
– Может быть, обратиться к Миликки? – предложила Тазмикелла. – Разве Дзирт не Избранный?
– Кэтти-бри молилась ей… – пробормотал Джарлакс и покачал головой.
– По правде говоря, это к лучшему, – заметила Ильнезара.
Тазмикелла улыбнулась. Джарлакс выпрямился, и на лице его отразились недоумение и гнев.
– Чем меньше боги вмешиваются в дела смертных, тем лучше для всех нас, – объяснила Ильнезара.
– Они смотрят на смертных как на свои игрушки, – презрительно бросила Тазмикелла. – Я терпеть их не могу, мне противно называть их богами. Они скорее похожи на ученых магов, которые играют в богов ради удовлетворения собственного тщеславия.
– Ты права, сестра.
– Кроме Бахамута, – быстро добавила Тазмикелла.
– Разумеется, – подхватила Ильнезара.
– Значит, обратимся к Бахамуту! – закричал Джарлакс.
Драконы уставились на него, не веря своим ушам, затем расхохотались.
– Ну а что же тогда? – в отчаянии воскликнул дроу. – Что мне теперь делать?
– Убить его быстро, не причиняя страданий, – предложила Тазмикелла. – Я могу…
– Прекрати! – рявкнул Джарлакс. – Ты считаешь, это единственное решение всех проблем? Сначала Громф, теперь ты…
Он спрыгнул с кушетки и принялся расхаживать по комнате.
– Если ни земная, ни божественная магия не могут исцелить его, если псионики бессильны и даже боятся этой болезни, что тогда? – простонал он. – Как мне найти ответ на мой вопрос?
– Что вам удалось узнать? – осведомилась Тазмикелла. – Ты сказал, что Киммуриэль заглядывал в его сознание, но что именно он там увидел?
– Киммуриэль сказал, что Дзирт сам должен найти выход из этого лабиринта, что исцеление может прийти только изнутри, – объяснил Джарлакс. – Но, мне кажется, это маловероятно, скорее даже невозможно.
– Дзирт – один из лучших воинов, он обладает железной самодисциплиной, – сказала Тазмикелла.
– Да, сестра, – согласилась Ильнезара, и что-то в ее тоне заставило Джарлакса и Тазмикеллу посмотреть на нее с интересом.
Ильнезара улыбалась.
– В чем дело?! – нетерпеливо воскликнул Джарлакс.
– Возможно, этой самодисциплины недостаточно, – с многозначительной усмешкой заметила Ильнезара.
– Тебе вряд ли удастся найти другого такого, как он, – возразил Джарлакс. – Он каждый день тренируется и почти достиг совершенства в боевом искусстве…
– Почти достиг, – перебила дроу Тазмикелла; судя по ее тону и взгляду, она начинала догадываться, о чем говорит сестра.
– Что? – переспросил Джарлакс.
– Но он не добрался до вершины, – объяснила Ильнезара.
– Если уж на то пошло, добирался ли когда-нибудь какой-нибудь дроу до вершины мастерства?
– Если человек смог…
– О чем вы говорите?! – вскричал Джарлакс.
Но загадочные сестры-драконы лишь усмехнулись.
Часть 2
Земли Бладстоуна
Я не могу смыть с рук кровь.
Рана оказалась несерьезной; это была едва заметная царапина. Но мой меч коснулся шеи Кэтти-бри, ранил ее, я собирался зарубить ее Видринатом, рассечь ее горло, совершить жестокое убийство, искупаться в крови, хлещущей из раны! Я хотел отомстить!
О, как мне хотелось отомстить!
Потому что она – демон в обличье женщины, я знал это, и теперь знаю, и одновременно не знаю… В одном я уверен: она причиняет мне страдания, терзает меня, приняв физический облик моей утраченной возлюбленной.
Когда же она намеревалась открыть мне обман? Может быть, в постели? Я представляю себе: вот мы занимаемся любовью, и внезапно передо мной возникает мерзко ухмыляющаяся чудовищная морда; гротескная, уродливая демоница обнимает меня, чтобы зачать от меня ребенка, кошмарного полукровку!
Или нет? Или все это неправда?
Может быть, я ранил саму Кэтти-бри – настоящую Кэтти-бри – и едва не убил ее. Выходит, лишь чудо спасло ее?
Если бы я сейчас плыл на лодке вдоль Побережья Мечей и опустил руку в воду, тогда все море стало бы красным от крови! На самом деле я пролил ее так мало, но мне кажется, что вся кровь, какая есть в мире, готова захлестнуть меня, оставить у меня на лбу позорное алое клеймо.
Убийца!
Потому что я действительно убил ее в своем воображении. Я не верил ей, считал, что она лжет. Моя рука дрогнула. Сила духа изменила мне.
Потому что демон должен умереть!
Лживое существо, надевшее чужую личину, должно умереть, и убийство этой твари дало бы мне возможность в последний раз продемонстрировать, что я не сдался Ллос. Один последний взмах клинка, одна смерть, и я в конце концов показал бы Паучьей Королеве, что победа ускользнула от нее. Я ничем не сумею помешать ей, если она пожелает убить меня, она может испепелить меня в одно мгновение, но сломать меня ей не удастся. Нет!
Я не игрушка в ее руках!
Если только это не была на самом деле Кэтти-бри, если я не оцарапал ее нежную кожу своим мечом… Но как мне
