— Есть хочу, — нагло заявляет рыжая. — Пока не поем, говорить ни о чем не буду.
— Угощайтесь, — генерал гостеприимно кивает на ломящийся едой стол.
Довольная девица накидывается на еду, не забывая то и дело кокетливо стрелять глазами в моего мужа.
В дальнейшем ужин проходит достаточно мирно. На вопросы генерала рыжая отвечает достаточно лояльно, иногда и вовсе походя сдавая своих товарищей. Мне показалось, что ей льстит, то, что ее посадили за стол и разговаривают, как с равной. Ее зовут Легиль. Внебрачная дочь рабыни и зажиточного горожанина.
Да, генерал, конечно, сейчас прямо показывает отличный урок подчиненным, как надо правильно проводить допрос.
Огляделась. Ага, а вон, военный со свечкой в стороне стоит. Свеча горит темным пламенем и наверняка работает на слова Легиль. Еще один в военный в другом углу что-то активно записывает. Не иначе, слова девушки.
Мужчины за столом с интересом и восхищением следят за ходом разговора генерала и его пленницы. А мне теперь как-то обидно, все же очень легко Соул добивается побед, и я тут не исключение.
И вот, вопрос генерал задает уже прямо, причем очень серьезный, не про ближайших соратников Легиль, а тех, кто покрывал ее деятельность. Девушка уже обмолвилась, что это кто-то из верхушки города. Да, и, как я поняла, все эти погромы под знаменами повстанческой деятельности, часто просто красивое прикрытие для грязных дел заинтересованных лиц у власти, но зато на идею хорошо идут несведущий в делах молодняк.
— Пф-ф. Я не могу о таком говорить при всех, — эта лиса фыркнула и практически прилегла Соулу на руку. — Серьезную информацию только наедине и за определенные гарантии моей безопасности, свободы и материальной награды.
Так. Минуточка. А что там такое под столом делает рука Легиль?
Сделала вид, будто уронила вилку, посмотрела. Поразилась. Шустрая девица. Уже вовсю изучает одно из главных генеральских орудий. А Сул и не против, похоже. Судя по тому, что увидела, даже вполне себе рад.
Фу-фу. Сейчас наверняка еще пойдет с ней уединяться, и как мне после этого мне с ним в одну постель ложится? Только подумаю, и подташнивать начинает.
— Конечно, требуемые вами условия будут вам обеспечены… в пределах разумного. А пока можете пройти в соседнюю комнату с моим офицером и все ему рассказать. Мне же уже пора. Эль, — генерал накрывает мою руку своей и кивает в сторону выхода. — Идем.
Глаза Легиль широко возмущенно распахнулись, а в следующее мгновение в меня уже прицельно полетела метко запущенная вилка. Прямо в глаз.
Я не успела среагировать.
В изумлении и шоки смотрю на острия вилки. А еще на руку Соула, пальцами перехватившую и зажавшую эту вилку в каких-то милиметрах от моего лица.
За столом раздались аплодисменты мужчины и похвалы генералу за его быструю реакцию.
— Я случайно, — нагло заявила Легиль. — Не хотела никак обидеть вашу рабыню, извините.
Угу, конечно.
Схватила тарелку и запульнула в рыжую салатом. Ее никто не прикрыл, но она шустрая, успела немного увернуться, я попала только частично. Вдогонку водой из бокала уже прицельно по лицу попала. Пусть освежиться. И вообще, так ей, двуличной за преданных соратников, которые действительно верили, что действуют во благо.
— Ничего страшного. Извини, я тоже случайно, — ласково отвечаю я.
За столом раздался дружный мужской хохот.
— Я больше не буду ничего говорить, — зло произносит Легиль, снимая с себя капустный лист из салата и быстро вытирая салфеткой лицо. — Если только вам лично, — рыжая показала пальцем на генерала.
Возле горла Легиль оказывается сабля.
— Ваше высокопревосходительство, позвольте мне лично допросить, а затем наказать преступницу за нападение на вашу жену? — сурово спрашивает Оугуст. Это его сабля сейчас находится у горла девушки.
— Позволяю, — холодно отвечает Соул, бросив на Легиль равнодушный взгляд. — Но учтите, что мне нужен конкретный результат.
— Будет, — кивнул Оугуст.
Легись побледнела и удивительно робко уточнила:
— Жена? Разве может жена высокопоставленного господина находиться одна в мужском обществе? Пусть и вместе с мужем. Где сопровождение? Ее служанки? Украшения, в конце концов, показывающие ее статус?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Соул оглядел меня с ног до головы, словно сверяя, похожа я на его жену или нет.
Как-то тихо стало. Чего все молчат?
— Мы вообще-то в походе. Какие украшения и служанки? — не выдержала напряженной тишины я, и тишина эта сразу пропала. Мужчины стали подниматься со своих мест, говорить о чем-то своем. Легиль, опять ругающуюся последними словами и вырывающуюся, увели. Соул ненадолго отошел переговорить с подчиненными, после взял меня под локоток, и попрощавшись со всеми, увел меня в большую спальню мэра. Что-то мрачный какой-то генерал.
Глава 46
Соул усадил меня на кровать и вновь внимательно меня оглядел.
— Это моя ошибка и невнимательность, то, что тебя сразу не принимают за мою жену, — сообщил мне супруг серьезно.
О, да ладно. Риган заявляет, что в чем-то ошибся.
Пожала плечами.
— Ну и что? Не принимают и ладно, меня это не расстраивает.
— Зато меня это совершенно не устраивает.
В двери спальни постучали, Соул разрешил зайти. Ого! В комнату заносят огромный, и судя по лицам носильщиков, тяжелый сундук. И вот уже все выходят, остаемся в комнате мы с генералом и сундук.
Генерал небрежно распахивает крышку сундука и приказывает:
— Выбирай. Столько, сколько понадобится на ближайшие пару недель.
Смотрю на доверху наполненный драгоценностями и украшениями сундук, и теряюсь.
— Я не знаю, сколько украшений нужно на пару недель. И какие выбирать тоже не знаю. Наверняка же тут есть какие-то правила.
— Ты разве не носила украшения у себя дома?
— Совсем немного, и часто это были простые безделушки. В моей жизни не было мамы, которая могла бы научить подобному, да и не это было не особо интересно.
Соул тяжко вздыхает, знаком руки велит подойти мне к сундуку.
— Старайся выбирать комплекты. А так бери все, что понравится. Завтра надо будет еще вызвать модистку, чтобы подготовили тебе гардероб для дворца. Придется задержаться немного дольше в этом городе.
Присаживаюсь на ковер возле сундука и начинаю осторожно перебирать драгоценные украшения.
— Это все награбленное? — решаюсь я уточнить.
— Ты хотела сказать экспроприированное? — хмыкнул Соул. — Что-то да, что-то нет. У драгоценностей вообще может быть очень богатая история.
Генерал тоже садится на ковер прямо позади меня. Я оказываюсь зажатой между его рук и ног. В меня сзади утыкается то, что так тщательно изучала Легиль под столом. Она, значит, изучала, а последствия у меня.
— Помогу тебе с выбором, а то тут могут быть спящие небезопасные артефакты. Я эти вещи лично не разбирал, а проверяющий маг мог и пропустить что-то. Смотри, я думаю, вот это тебе подойдет.
Риган достает и демонстрирует мне красивое колье, усыпанное черными мелкими блестящими камнями и подвеской с огромным багровым камнем, переливающимся на свету сотнями оттенков красного. Переливается прямо так завораживающе, таинственно, немного мрачно. Трудно оторвать взгляд.
— Примерь, — приказывает генерал.
Приподнимаю волосы, а Соул сам застегивает на мне колье.
— Думаю, оно не подойдет, — говорит мне Соул, едва уловимо касаясь губами моего уха. По телу пробежала волна дрожи.
— Почему? — спрашиваю почему-то шепотом. Не понимаю, что со мной творится.
— Это колье не для выхода в свет, а скорее для домашнего использования, но все равно возьми его.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Зачем создавать такое наверняка дорогое украшение только для дома?
— Хм. Можно, конечно, и на выход использовать, но это для любителей. Центральный камень в этой композиции. Тот что большой и багровый, имеет особые свойства. При соприкосновении с кожей, он повышает ее чувствительность. Чем больше камень, тем острее ощущения. Здесь большой камень, могу предположить, что это украшение создавалось именно для постельных утех. Ощущаешь что-нибудь необычное.
