предпосылок на саму возможность биологической жизни.
В моей базовой памяти огромное количество звёзд и планет, но сведений, которые из них в настоящее время являются Резервацией, к сожалению, нет. Извините, — закончила Образ лекцию, от которой мне нисколечко не полегчало.
— Жаль, конечно. А астралом их найти можно? Хотя, не уверен, что обучен такому.
— Во время таких путешествий вы простой сторонний наблюдатель. Поэтому не можете узнать что-либо или спросить. Как вы понимаете, даже если отыщете данное место, понятнее от этого не станет. Никто из таких объектов с табличками на груди не ходит.
— С какими ещё табличками? — недопонял я.
— «Я Дарующая Жизнь, которую вы ищете». И потом, никому не известно, в каком виде, или в каком образе они пребывают в спячке при таком бесконечном ожидании.
— Значит, как ни крути, придётся вернуться на планету, — пришёл я к печальному умозаключению.
— С вашего разрешения, я могу рассказать легенду о Головастике. По-моему, именно ею руководствуются миры, играя с вами в обман с памятью.
— Тогда я окажусь вооружённым таким знанием. Но мне, всё одно же, придётся выходить в свет. Так что, спасибо.
…Там же всё хорошо заканчивается?
— Если считать, что необъяснимое исчезновение – это хорошо, тогда, да. Он убывает в неизвестном направлении, оставив после себя великие начинания по полному переустройству уже существующих миров, а, возможно, и начала зарождения второго круга младших планет-близнецов.
— Легче не стало. Ну, да, спасибо вам на добром слове. Если других новостей нет, тогда пойду в Семалию, — решил я закругляться и не откладывать неизбежного визита «вежливости».
— Особых нет. Но ваш куратор, контактёр номер восемь, интересовался планетой Ревелия, которая спутник астры Венерия-Вардакия. Я проинформировала о требуемом пропуске для посещения этой планеты и сообщила координаты самой звезды.
— Мне это не интересно, — отмахнулся я от каких-то Ревелий и их мамок с труднопроизносимыми именами.
— Возможно, я вас заинтересую, когда озвучу требуемый для её посещения уровень допуска.
— Восемнадцатый? — вздрогнул я всем телом, угадав, к чему клонит ЭВМ.
— Да. А теперь, с вашего разрешения, активирую символ выхода и отключусь. До свидания, — попрощалась Образ и затемнила пещеру.
— Влип, очкарик? Или так всё и задумывалось? Терять-то, всё одно, нечего, — начал я невесёлые рассуждения. — Собирался поговорить с Семалией? Получи и распишись. А на то что без пропусков останусь – наплевать и забыть. Не больно-то интересно по ним шастать... Так что? В путь? Символ долго гореть не будет. В путь.
* * *
Прибыв в земную пещеру на закате, я целеустремлённо пошагал вниз по тропке. Собрался от самого Фортштадта добираться к Семалийскому Павлу своими силами. Ну, в крайнем случае, во второй части предлинного пути воспользоваться троллейбусом.
Старался ни о чём не думать, даже остатки рублёвого капитала переложил в нагрудный карман, чтобы монетки поменьше звякали друг о дружку, но и это не помогло.
«Всё уже знаешь?» — прозвучало в голове тем же, коварным женским голосом.
— Разумеется, — проворчал я и продолжил турпоход.
«Злишься?»
— Сама-то как думаешь?
«Я хочу перед тобой извиниться», — начала оправдываться мир.
— Для чего? Завтра всё с самого начала обстряпаешь, пропуски последние выцыганишь, а потом извиняйся. Обманули дурачка на шесть рубликов. Ха-ха-ха.
«Понимаю, как это выглядит со стороны, но тому были веские причины…»
— Плевать. Всё правильно сделала. Поделом. В вашу космическую школу Угодников восемнадцатый уровень нужен? Завтра же его получишь. Так что, нечего оправдываться, — не захотел я выслушивать унижения огромного мира, тем более что сам собирался обвести её вокруг пальца.
«О чём ты? Какая школа? Кто заплёл, как ты говоришь? Давай уже пообщаемся. Не вредничай. Может, ты всё неправильно понял?» — прицепилась ко мне Семалия, как тот клещ.
— Неправильно? Каждый день хожу марионеткой к Калике, а отыскиваю родного дядьку, и ничего не понимаю? Я же предупреждал, что мои мозги по-другому устроены? Предупреждал. Теперь не обижайтесь. А в ваши Венерические Бардаки дядька не попадёт, так и знайте, — выпалил я правду-матку, явно погорячившись, но сдерживаться и полировать мысли помехами терпение кончилось.
«Чудак. И как ты этому помешать собрался?.. Если снова потеряешь память и отдашь последнюю пару пропусков? Ха-ха-ха!.. Гипотетически? А никак.
Понимаю, что с твоей стороны всё выглядит крайне оскорбительно, но это совершенно не так. Потом… Когда узнаешь правду о мирах Кармальдии, устыдишься своих мыслей. Помяни моё слово», — каким-то уж больно странным способом, то ли извинилась Семалия, то ли попыталась меня успокоить.
— Если честно, я с самого первого… Вернее, со второго дня всё понял и принял меры. Все остальные разы добровольно отдавал допуски вашему Петру Калике, видя в нём дядьку Николая Угодника. Я и в первый раз, и во второй, так же добровольно отдавал. А о своём умственном затмении сам попросил Образ, и она мне стёрла краткосрочную память какими-то бегающими узорами.
Кстати, она тебя боится. Ну, что ты пожалуешься мамке, а та вызовет ремонтников, и те сотрут все её творческие художества, — раскрыл я все карты и, наконец-то, вздохнул с облегчением.
«Не понимаю, о чём ты? Мы всё сделали по пророчеству. Всё согласно легенде. И в ней сказано, что всё происходящее с тобой – твой экзамен на зрелость. Твой, а не наш.
Думаешь, я с лёгким сердцем следовала мамкиным наставлениям? Ошибаешься. Всё, что с тобой было и есть, твоё и для тебя.
Мы прекрасно жили до твоего появления. Но ты прибыл, а стало быть, и мы обязаны нести за тебя ответственность.
А там, доберётся твой дядька к Ватарии-Изарсии, не доберётся, вызовет её, не вызовет… Значения большого не имеет. Обходились до сегодняшнего дня без Дарующей Жизнь, и дальше обойдёмся. Извиняться и оправдываться, зато, не нужно будет. Но и ты вместе с этим свой экзамен провалишь».
— Какая ещё Ватария? Стихия ваша? Он что, не в школу Угодников поедет? Должен поехать? — ужаснулся я, что своей заумностью натворил ещё большей беды.
«Какая школа? Он по твоей подсказке должен добраться в ближайшую Резервацию. Туда, где обитают изгнанные Дарующие, обвинённые в вампиризме и прочих грехах. Лично я не верю, что они ни в чём не виноваты, но это ты всем должен доказывать, а не мы!» — возмутилась Семалия и ненадолго умолкла.
