Лита нахмурилась. Крон что-то недоговаривал, но она не спешила узнавать подробности. Ее задача заключалась в пилотировании корабля, а уж все остальные проблемы пусть решает капитан. Если ей надо что-то знать, то ее поставят в известность.
В любом случае решение Крона ее устраивало. Теперь можно двигаться почти по прямой и на максимальной скорости.
Лита запустила программу диагностики основной пары двигателей, которые должны были обеспечить эту максимальную скорость. Результаты были превосходными. Пребывание в гиперпространстве никак не повлияло на их работу. Теперь оставалось только наслаждаться видами незнакомой звездной системы, впрочем, отслеживать мелкие метеороиды и более крупные астероиды все же пришлось поручить бортовому искину. Само же пилотирование кораблем Лита взяла на себя. Видимо на нее так хорошо подействовали инъекции, раз она совсем не чувствовала усталости. Ни есть, ни пить также не хотелось.
Двенадцать стандартных часов пролетели для Литы, как один миг. Она была всем довольна, хоть особо рассматривать было нечего, так как двигался корабль в полумраке. Свет звезды был очень слаб, а периферийные прожекторы освещали пространство еще хуже. Однако Литу занимал сам процесс пилотирования. Последние часы никаких космических объектов не наблюдалось, словно они попали в зону пустоты, оттого появлялись провокационные мысли совершить какой-нибудь замысловатый вираж. Раньше бы Лита легко пошла на поводу своих желаний, но дисциплина и ответственность, которые им привили за период долгой учебы, сделали свое дело.
Понемногу усталость давала о себе знать. В какой-то момент Лите захотелось просто встать и пройтись. Например, до своей личной каюты.
— Рид, ты на связи? Можешь заменить меня?
Второй пилот ответил не сразу. Голос его был хриплым, словно он только что проснулся.
— О, Дар, всего то половина суток прошла… Устала все-таки?
Это было обычным состоянием Рида. Он не упускал ни единой возможности для подтрунивания над ней.
— Угу, — согласилась Лита, — ты сегодня какой-то вялый.
Рид в ответ что-то неразборчиво пробурчал.
— Так, сменишь меня или нет? — переспросила она, попутно освобождаясь от поясов безопасности. — Или Рамуса попросить?
Между вторым и третьим пилотами всегда была негласная конкуренция, поэтому Лита ожидала, что после такого выпада, Рид уж точно оживится.
Однако вместо этого в разговор неожиданно вмешался Крон:
— Лита, не торопись. И не покидай кабины пилота.
В этот раз она не удержалась от встречного вопроса.
— Почему это? Капитан, что произошло, может введешь, наконец, в курс дела?
Крон выдержал паузу, словно испытывая терпение Литы.
— Корабль получил повреждения. Заметили не сразу. Сейчас устраняют.
Он, как всегда, был немногословен.
— Так, это что-то серьезное? — уточнила Лита. — Мои системы не показывают никакого сбоя.
— В кабинах пилотов все в норме. Затронуты другие отсеки.
— Крон, — Лита повысила тон голоса. — говори уже, как есть. А то я сама выйду и посмотрю.
— Не советую. В отсеке, который прилегает к кабине пилотов, отключена подача кислородной смеси. Не трать зря запасы своего бронекостюма.
— Разгерметизация? Но когда? Столкновений не было зафиксировано.
— Тебя не в чем упрекнуть. Возможно повреждение было получено еще до входа в пространственную дыру. Ты помнишь, что произошло в момент перехода?
Лита напрягла память, однако безрезультатно.
— Нет, не помню.
Последние отчетливые воспоминания принадлежали времени перед самым отбытием корабля с орбитальной верфи. Дальше она ничего не помнила. Но теперь хотя бы стало понятно, откуда эта боль в руке. Что-то ведь должно было произойти, раз она получила эту травму, находясь на своем рабочем месте.
Спрашивать не пришлось, так как Крон все любезно объяснил сам.
— Мы проходили по заранее определенному маршруту и уже вышли за пределы своей планетарной системы, когда вдруг получили повторяющийся сигнал с совершенно неожиданного направления. Эта область была мало исследована, и все же совет принял решение отклониться от первоначального плана и найти источник сигнала. Мы уже почти достигли места, откуда он был направлен. Ничего потенциально опасного не было отмечено. По нашим расчетам сигнал поступал с небольшой планеты, которая принадлежала системе Тариуса и двигалась по сильно вытянутой орбите. Оставалось преодолеть некую темную область, отделявшую нас от этой планеты.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Пылевое облако, — задумчиво произнесла Лита.
— Именно, — подтвердил капитан.
— Что было дальше? — спросила она, так как ничего в голове не прояснилось.
— Самому интересно, — усмехнулся Крон. — Внезапно словно бездна открылась перед нами. Корабль втянуло в эту пространственную дыру, да с такой силой, что он потерял управление и устойчивость. Но выправить ситуацию удалось. Мы двигались довольно продолжительное время, не зная, чего еще ожидать. Ты отключилась почти сразу же. Опять нарушала правила безопасности?
Лита промолчала, чтобы не сболтнуть чего-нибудь лишнего, да и не помнила она ничего толком.
На краю сознания мелькнула мысль о том, что было по меньшей мере странным не заметить аномалию гравитационных волн, которая всегда сопутствует появлению межпространственного туннеля. Где-то в глубине души родилось неприятное чувство брезгливости, смешанное с чувством собственного превосходства над соплеменниками. Но на самом ли деле она причисляла себя к ним, этим странным существам?
Лита затаила дыхание. Она не была уверена, что эти мимолетные мысли и ощущения принадлежали ей. Совсем наоборот. Нарастающая головная боль отвлекла ее внимание от анализа ситуации. Ей захотелось освободиться от защитного шлема и потереть виски, чтобы утихомирить эту внезапную боль, причиняющую дискомфорт. Но был и положительный момент. Все посторонние мысли выветрились из головы, а Лита с облегчением подумала, что возможно их появление явилось следствием травмы или побочного действия препаратов, которые ей вкололи.
Лита попыталась переключиться на разговор с капитаном и спросила:
— И что теперь? Повреждения критичны?
— Справимся. Все системы корабля работают в штатном режиме, однако есть проблемы с генератором кислорода. Весь экипаж, который не задействован в ремонте и обслуживании, погружен в гибернацию.
— И как долго это будет продолжаться? Рид и Рамус остаются на связи.
Второй пилот, как будто услышав разговор, проговорил хриплым голосом:
— Лита, может вколешь себе тоже порцию, э, из первого блока, под номером… 15. Очень расслабляет. А какие сны снятся… даже не хочется просыпаться. Но ради тебя, я готов.
Послышалось шуршание, и канал связи оборвался.
— Основным пилотам придется дежурить. Если устала, то тебя заменит Рид. Слышу, он уже проснулся.
Теперь стало понятно, отчего второй пилот был таким заторможенным. Для снижения потребления кислорода, он принял препарат, позволяющий погрузится в некое подобие гибернации, но на более короткий срок. И как только вообще услышал ее вызов? Впрочем, соображал он еще плохо, поэтому Лита не могла позволить ему следить за полетом корабля.
— Не надо, — проговорила она. — Я чувствую себя хорошо. Еще продержусь несколько часов. И все же, капитан, что мы будем делать?
— Надеюсь, что техники во главе с искином придумают, как решить эту проблему. А пока летим дальше и ищем подходящую планету для посадки. На крайний случай.
Лита отключилась, выставила автономный режим пилотирования и встала. Да, похоже, что именно так она и получила травму. Расхаживать по кабине пилотов было запрещено, но Лита была уверена, что часто нарушала это правило. Особо места не было для прогулки, буквально несколько шагов, и упрешься в створки шлюза. Однако это помогало ей сбросить напряжение и усталость, накопившуюся в мышцах. Таким образом, Лита увеличивала свою работоспособность. А еще лучше было снять с себя этот защитный костюм и размять косточки. Тогда и целые сутки можно продержаться. Теперь, правда, она не была уверена, что это сильно поможет ей.
