все доказательства указывают на их связь с колдовским культом, существовавшим в Средние века в виде некой тайной религии угнетаемых масс. Социальная история этого культа была утеряна, ибо это была религия в основном людей неграмотных, которая жестоко преследовалась и загонялась в подполье. Отчасти это являлось пережитком дохристианского поклонения природе, отчасти – прямым отрицанием христианства. Люди, которые считали, что церковь и государство сплотились против них, обратились за помощью к старому врагу христианской мифологии – дьяволу. Французский историк Мишле заявляет, что «средневековый крестьянин лопнул бы от своих тягот, если бы не его надежда на дьявола».
Этот культ был сильнее всего там, где крестьянство прозябало в бедности и убожестве – очень сильным, например, во Франции и Германии и более сильным в Шотландии, чем в процветающей Англии. Отрывочные свидетельства указывают на то, что он зачастую был связан с политическими волнениями и заговорами. Такая местная культовая организация или сборище странным образом напоминали нелегальную партию.
Похоже, что именно сила такой природы была направлена Жанной или кем бы то ни было, кто руководил ее действиями, против англичан. Глядя на нее, измученное французское крестьянство уверовало в то, что изгнание англичан послужило первым шагом к облегчению их страданий. Связь Жанны с этой силой объясняет стремление французских властей избавиться от нее как можно скорее после того, как она сыграла свою роль, их отказ предпринять какие-либо попытки спасти ее от англичан, а также ее тесная связь с Жилем де Рэ и герцогом Аланским, которые оба, как выяснилось, были связаны с культом.
Продолжавшиеся и после смерти Жанны успехи французов обусловливались не только энтузиазмом, который она пробудила в их сердцах, но и другими факторами. Раздор между англичанами и бургундцами объединил против захватчиков обе враждующие группы и послужил главной причиной их поражения. Французы, кроме всего прочего, стали применять в своих армиях важное техническое усовершенствование: артиллерию, как при осаде, так и в бою. В битве при Шатильоне в 1454 г. выявились все слабые стороны традиционных методов англичан, которыми они пользовались при атаке на приготовившиеся к отпору укрепления неприятеля, защищенные даже примитивными пушками того времени.
Однако еще задолго до битвы при Шатильоне война была фактически проиграна. Неудачи английской армии во Франции усугублялись еще и неурядицами в самой Англии, которые начались после смерти в 1435 г. герцога Бедфорда, единственного по-настоящему талантливого командира и политика.
Коррупция и бесхозяйственность знати, правящей страной от имени Генриха VI, вступившего на престол еще ребенком и оказавшегося впоследствии слабоумным, привели к тому, что армия страдала из-за недостатка провианта и пополнений. После битвы при Шатильоне война была наконец заброшена и в руках англичан остался один только город Кале.
4. Война Белой и Алой розы
Едва минуло два года после окончания войны с Францией, как непрекращавшиеся анархия и беззакония знати вылились в открытую гражданскую войну. Война роз, которая продолжалась в течение тридцати лет, с 1455 по 1485 г., привела к кровавому концу и завершила самоуничтожение феодальной аристократии как правящего класса Англии. После поражения во Франции наиболее воинственно настроенные феодалы, еще сильнее, чем когда-либо, испытывавшие неудовлетворенность и жажду возместить потерянное, вернулись в Англию с отрядами своих наемников, непригодных для работы в мирных условиях. При таком положении в стране неминуемо должна была разразиться гражданская война.
По форме, однако, эта война была династической борьбой между потомками Эдуарда III, оспаривавшими право на трон. В этом смысле война явилась результатом политики Эдуарда III, который пожелал, чтобы дети его вступили в брак с наследниками наиболее могущественных знатных семей, в надежде укрепить свой род. Таким образом, колоссальные земельные владения и богатства сосредоточились в руках небольшой группы людей, которые все были связаны с королевским домом кровными узами и все питали непомерные политические амбиции. В конечном счете, вместо того чтобы усилить власть короны, это привело к сплочению оппозиции и сделало ее вдвое опаснее, чем прежде.
Ранний период правления Генриха VI изобилует непрекращающейся борьбой между этими группами, которая велась путем интриг, убийств и судебного террора.
К 1445 г. король попал под влияние группы, возглавляемой графом Суффолком, тогда как оппозицией руководил Ричард Мортимер, герцог Йоркский, наиболее близкий претендент на престол. В течение этого длительного периода коррупция министров короля достигла наивысших размеров. В 1433 г. доходы с королевских поместий равнялись приблизительно 9 тысячам фунтов стерлингов в год, что было лишь жалкой частицей того, что утекало в карманы правящей клики. Таким образом, бремя государственных расходов упало на плечи налогоплательщиков с небывалой тяжестью.
Еще до окончания Столетней войны общее недовольство, вызванное злоупотреблениями властью, привело к мятежу в графстве Кент, во главе которого стал Джек Кейд. Мятеж этот носил двоякий характер. Отчасти это был воздушный змей, запущенный герцогом Йоркским, с целью испытать настроение народа и силу правительства. В этом смысле восстание можно рассматривать как первую фазу Войны роз. Однако это было также и настоящее народное восстание среднего класса – торговцев, сельских джентри и йоменов, направленное против недобросовестного правления могущественных вельмож.
Это движение было совсем иного рода, чем в 1381 г. Крепостничество уже почти исчезло, тем более в Кенте. Требования восставших, изложенные в «Манифесте жалоб и требований общин Кента», целиком носили политический характер, а состав армии Кейда, в которую наряду с крестьянами и наемными рабочими входило и большое число сквайров и зажиточных людей, был гораздо шире и разнообразнее, чем при прежнем восстании.
Основными из перечисленных поводов для недовольства были включение «лиц низшего происхождения» в состав королевского совета, из рук вон плохое ведение войны во Франции, что являлось особенно наболевшим вопросом в Кенте, который находился прямо на жизненно важных путях и обычно процветал во время войн, а также подтасовка голосов во время выборов. Восставшие требовали, чтобы в совет были призваны герцог Йоркский и его партия, а Суффолк и его приспешники были отстранены от управления страной и понесли наказание.
В начале 1450 г. собрался парламент, состоящий в значительной степени из сторонников Йорков, которые обвинили Суффолка в измене и изгнали из Лондона. На пути в Кале он был захвачен на корабле матросами и обезглавлен, а тело его было выброшено на берег в Дувре. Это убийство послужило сигналом к восстанию, и 1 июня армия в 50 тысяч человек со всех концов Кента двинулась к Блэкхиту, чтобы изложить свои требования перед советом.
Совет отказался их выслушать, и королевская армия направилась к Гринвичу навстречу им. Армия повстанцев дружно отступила к лесистой местности около Севенокса. Вскоре правительство, чья армия таяла, охватила паника,
