ты можешь присмотреть для нас дом. Мне будет хорошо там, где тебе хорошо.
А дальше все закрутилось на полной скорости. Я занялся продажей квартиры матери, документами, а когда матери стало лучше, уехал в столицу и выставил на продажу свою квартиру и машину. Алла вошла в мое положение и выделила немного времени для решения семейных проблем. Месяц прошел, а от Синеглазки ни слова… Это все?! Она не смогла принять мое прошлое… Со временем пустоту заполняла очередная порция резкой взрывающейся боли. Можно было найти Анну, вновь попытаться поговорить… Но… Я эгоистично хотел ее безоговорочной любви и принятия меня таким, какой есть. Хотя и сам не понимал, кто я теперь и как долго продлится моя агония. Время ни хрена не лечит, оно приносит больше невыносимой тоски.
Трудно было прощаться с квартирой, в которой недолго, но все же я был счастлив с моей девочкой. А машину я так и не смог продать, в ней я впервые попробовал Нюту на вкус и уже никогда не забуду, как это вкусно и сладко.
Все было готово, дом я почти купил, остались формальности. И я вновь на вокзале с небольшой сумкой еду за матерью. До поезда осталось всего двадцать минут, и я, по уже сложившейся привычке, строчу очередное письмо Анне, письмо, которое не отправлю…
«Я по-прежнему безумно скучаю, моя хорошая. Нет, я тоскую… Так хочется почувствовать тебя, прикоснуться, провести губами по виску щекам, шее. Еще больше хочется твои сладкие губы, хотя бы совсем чуть-чуть. Хотя я лгу, хочется тебя всю. Но больше всего хочется заключить тебя в объятья, поцеловать за ушком, как ты любишь, и просто наконец-то спокойно уснуть и проснуться вместе с тобой…»
До поезда десять минут, не успеваю спрятать телефон в карман, как мне звонит Алла.
– Алла Александровна, – усмехаюсь я. – Скоро я вернусь покорять вашу компанию, примерно через неделю. Что совсем не справляетесь без меня? Неквалифицированные кадры?
– Макс! – обрывает она меня. – Когда прибудет твой поезд?
– Через десять минут.
– Поменяй билеты, лучше на завтра! – почти приказывает она.
– А что случилось?
– Ты очень пожалеешь, если уедешь прямо сейчас. Поменяй билеты и жди на перроне минут тридцать сорок и все поймешь.
– Да чего, бл*дь, ждать то?! – не понимаю я.
– Просто жди, я сказала! Я тебя когда-нибудь подводила? Я всегда выполняла твои просьбы. Теперь ты исполни мою!
– Прям заинтриговала. Похоже на шантаж. Но, хорошо, я жду сорок минут.
– Хороший мальчик, жди на перроне…
Глава 18
Анна
– Ань, ну так нельзя! – возмущается Ирка, буквально крича мне в ухо.
– Что нельзя? – отворачиваюсь к окну, обхватываю чашку кофе и смотрю на проезжающие машины.
– Нельзя так себя вести! – а я не могу понять, что ей от меня нужно.
– А как я себя веду?
– В том-то и дело, что никак, – фыркает она. – Ты ничего не делаешь, только постоянно рисуешь, смотришь в окно и вообще со мной не разговариваешь. Давай сходим к кино, устроим шопинг, или закажем много вредных пирожных, которые ты любишь, – а я ничего не хочу. Последний месяц я живу словно на дне океана, под толстым слоем воды.
– Хорошо, я была достаточно терпеливой и не лезла тебе в душу. Давай просто поговорим, иногда, если выплеснуть все из себя, становится легче. Расскажи, что у вас произошло, – отрицательно качаю головой, потому что это только моя боль, и я не хочу ни с кем делиться.
– Да что же такое там произошло?! – уже с раздражением спрашивает Ирка. – Он тебя как-то обидел?
– Нет.
– Изменил тебе?
– Наверное, нет.
– Вел себя как-то неподобающее?
– Нет, он самый лучший.
– Он не захотел больше ваших отношений, просто попользовался?
– Нет, он не хотел меня отпускать.
– Тогда в чем ваша проблема?! Что такого трагичного произошло, что ты ходишь, словно не живая?!
– Ничего, – отрицательно качаю головой, продолжая считать проезжающие мимо машины.
Вот уже месяц где-то внутри невыносимо ноет. Каждую ночь мне снится ОН, и каждый раз с новой женщиной, их множество, самых разных. Я словно наблюдаю за ними со стороны – подглядываю. Он всех их ласкает, целует и занимается с ним сексом, все они стонут, выгибаются в его руках и кричат его имя. Наверное, это самые страшные сны в моей жизни, они изматывают меня и не дают спокойно дышать. Иногда я вижу сцены из наших с ним ночей, я помню каждое касание, шепот, ласку или грубость, только на моем месте очередная женщина. Мне очень хочется потерять память и ничего не помнить, кроме того, что я его люблю. Все забыть и бежать к нему. Но я не могу себя пересилить, возможно, в этом виновата моя мать, которая гадко, в подробностях, рассказала мне о специфике его работы. Я зажимала уши и кричала ей, чтобы замолчала. Как я ненавидела ее в эти моменты, а Елена все оправдывала тем, что хочет наконец разрушить крупицы моих иллюзий, убить во мне Максима, как любимого мужчину, и заставить посмотреть на него другими глазами.
Я сходила с ума, но несколько раз во сне я четко видела его с моей матерью, это было больно и гадко до тошноты. Одно дело знать, что они были в месте, и совсем другое видеть все словно наяву. Эти картинки меня убивали и не позволяли бежать к нему сломя голову. Сколько женских тел через него прошло? Скольких женщин он имел?! Противно ли мне? Нет. Но что-то не отпускает… И без него я тоже не могу нормально жить. Мне всегда хочется плакать и кричать от тоски. Я не хотела уходить навсегда, я не представляла, как жить без него, я хотела переболеть, принять его прошлое, если, конечно, все в прошлом, потому что Елена твердила, что бывших шлюх не бывает и что у Максима это в крови. Она впивалась этими мучительными словами в мою душу, и я ненавидела ее за это. Я хотела все переосмыслить, принять и вернуться, потому что не представляла кого-то другого на его месте. Я не понимала, что со мной творится, я медленно сходила с ума. Одна часть меня, которая всегда будет принадлежать Максиму, рвалась к нему, требуя вернуться, а другая – приносила боль и не могла с этим смириться. Я себя знала, и понимала, что не смогу спокойно жить с Максимом, наслаждаясь каждым мгновением без этих грязных отвратительных картинок. Я превращусь в параноика и задушу ревностью себя и его. А это путь к концу…
– Ира, со мной все хорошо, мы зачем сюда пришли? – указываю на кипу газет на столе. – Поискать винтажную мебель для оформления. Так давай займемся делом.
– Давай, – недовольно бурчит Ирка, открывая первую газету с объявлениями. Я беру еще одну, просматриваю объявления, пытаясь сосредоточиться на работе.
