воспринимают мир крайне поверхностно, сопоставляя своё видение с навязанными ещё в младенчестве образами. Именно эти образы заслоняют собою реальность, экономя тем самым человеческие ресурсы, но мешая увидеть истинное положение дел.
— Я понимаю, вам сложно поверить мне на слово. Вы часто повторяете: но я же вижу это своими глазами! Я чувствую твёрдую землю на ощупь. Я слышу, я вдыхаю — как же может всё это быть нереальным? Но я говорю: вы смотрите, а не видите! Чувствуете, но не познаёте! Не слышите, а пропускаете слова мимо ушей, вылавливая лишь подтверждающие вашу точку зрения утверждения! Даже запахи вы часто придумываете, улавливая вонь от непонравившегося вам проходимца, но не замечая миазмов собственных нечистот. Ваше сознание дорисовывает куда больше, чем кажется. Лжебогу достаточно сформировать общий образ, всё остальное человеческий мозг дополнит деталями сам. Если бы только вы знали, как легко управлять людьми, зная принципы работы их восприятия… Воистину, нет более надёжного способа ввести народные массы в заблуждение, как позволить им самим заполнять пустоты, выдумывать оправдания огрехам в картине мира! Вы сами надеваете на себя кандалы, вы сами выбрали быть рабами, слепцами, невеждами! Демиургу нужно лишь слегка направлять народы через так называемое Учение. А всех умных и внимательных граждан объявлять еретиками и безжалостно убивать руками наиболее посредственных личностей!
Ну конечно, во всех бедах мира всегда виновата власть и стражи порядка. Кто бы сомневался! Самых способных и талантливых они угнетают, как же. Дицуда испытывал к личности Рисхарта Сидсуса самое глубокое уважение, но воспринимать за чистую монету его проповеди инквизитор просто не мог.
Дни проходили однообразно. Вставали с рассветом, умывались в текущей неподалёку речушке, после чего Рисхарт начинал читать собравшимся у Древа Незнания беженцам свои лекции. Затем люди обедали, и вот здесь начиналось всё самое интересное.
Прокормиться у Древа Незнания полутысяче голодранцам было особенно нечем. Нейтральная территория вокруг дерева не отличалась большими размерами. Километров пять в длину и примерно столько же в ширину, никаких земледельческих или охотничьих угодий. Мелкой рыбёшкой в речушке смог бы наесться разве что кот. Никто из соседних княжеств кормить беженцев и подавно не собирался, а выход за пределы считавшейся священной земли означал верную смерть. Даже союзная гиликам Рафаирафия не пускала бежавших от войны оборванцев, опасаясь распространения чумы. Никому не нужные жители павшего княжества были обречены погибнуть от голода.
Однако Рисхарт Сидсус вновь сотворил чудо, причём, по мнению Дицуды, многократно превосходившее остальные. Антипророк спокойно срывал запретные плоды с Древа Незнания, короткое время держал каждый из напоминающих красное яблоко фруктов в ладонях, после чего передавал одному из выстроившихся длинной цепочкой людей. Одарённый антипророком человек низко кланялся, отходил в сторону и ел плод без каких бы то ни было вредных последствий. Более того, одним таким «яблоком» любой мужчина или женщина наедались на целый день, что точно не укладывалось ни в какие рамки разумного.
— Не кашей единой живёт человек, но всяким словом, что несёт в себе истину! — просто «объяснял» чудо Рисхарт. — Но не срывайте и не подбирайте плоды древа сего без меня! Ибо в устах заблудшего станет ядом любое лекарство, и наоборот, очищенный от скверны яд легко заменит вам пищу.
В первые два дня Дицуда отказывался принимать из рук Рисхарта запретный плод, боясь проклятья и сумасшествия. Однако, когда голод взял над ним вверх, отчаявшийся юноша решил попробовать предлагаемое антипророком кушанье. Фрукт оказался довольно безвкусным, но сытость давал потрясающую. Желудок словно заполнялся губчатым веществом, до следующего полудня есть не хотелось.
После загадочного обеда начиналась не менее странная процедура, которую Рисхарт Сидсус называл медитацией. Её суть сводилась к отрешению от всех мыслей и чувств с целью увидеть те самые огрехи в ткани реальности, о которых всё время талдычил антипророк. Люди садились на землю и, легонько покачиваясь, часами смотрели на стоявшего напротив них Рисхарта, который плавными движениями рук выписывал по воздуху фигуры попутно что-то бубня про их смыслы.
— Это треугольник — три соединённые между собой точки. Базовая фигура. Если присмотреться, то именно из мельчайших треугольников соткано всё иллюзорное мироздание. Вы спросите, почему же Вадабаоф выбрал в качестве строительного кирпичика такую странную фигуру, а не, скажем, прямоугольник, квадрат, круг или нечто объёмное? Да просто потому, что имея достаточное количество треугольников, можно слепить внешний каркас практически любой формы. Да, будут небольшие шероховатости, но если треугольники маленькие, то это легко можно списать на фактуру материи. Треугольник — универсальная фигура, которую вам нужно научиться замечать в окружающем мире в первую очередь.
В эту ересь Дицуда тоже, естественно, сперва не поверил. Однако, когда от нечего делать он целый час пристально разглядывал невзрачный полевой цветок, то в какой-то момент ему и в самом деле почудилось, что растение буквально соткано из десятков тысяч маленьких треугольников!
В тот раз пылкий юноша отбросил цветок, решив, что перегрелся на пусть и зимнем, но всё-таки тёплом солнышке. На следующий день повторить эксперимент не удалось, чему Дицуда страшно обрадовался. Зато в последующие дни, когда он научился отрешаться от забот достаточно быстро, все предметы каждый раз превращались в конгломерацию огромного числа треугольников. Хуже того, если Дицуда начинал всматриваться в собственные руки или другие части тела, он видел всё те же вездесущие треугольники! Настоящий кошмар…
На закате Рисхарт Сидсус играл всем на флейте. В отличие от приснопамятной ночки на площади Ортосурба, теперь обходилось без бешеных плясок — люди просто ложились на землю, всматривались в «фальшивый небесный купол» и медленно засыпали.
Во сне приключения души продолжались, но с утра воспоминания о них были смутными. Впрочем, сам Рисхарт советовал своим последователям по этому поводу не расстраиваться.
— Душа не сознание. Не жизненный опыт, не ваши переживания или чувства. Она гораздо глубже всего сиюминутного и поверхностного. Душа — это самая смутная и неуловимая сущность. Но только душа является единственной реальной субстанцией в этом мире. Всё остальное всего лишь мираж, а вот душа настоящая. Во сне она ненадолго освобождается от тюрьмы плоти и своей мелодией я указую ей путь, открываю истину, очищаю.
Не переживайте, если с утра вы всё забываете. Память людей ненадёжна, на неё не следует полагаться. Главное — ваша душа медленно, но верно трансформируется. После смерти бренного тела она станет для Вадабаофа одним из тех кусков в горле, подавившись которым Лжебог, в конце концов, задохнётся!
Вы учитесь днём и совершенствуете себя ночью. Совсем скоро вы пожнёте плоды этих усилий. Скоро каждый из
