Читаем без скачивания Караван к Наташке - Илья Бриз

Они поочерёдно придумывали, и компьютер тут же рисовал надписи на экране. Получилось что‑то вроде глобуса.

Подполковник приблизил северную часть Америки и показал долину, где по проекту должно быть первое поселение модификантов. Затем вывел изображение почти точно такой же долины в Европе.

— Практически один к одному, — прокомментировал Павел. — Я понимаю, что инженеры и учёные умники, планировавшие развитие людей на Наташке двумя совершенно независимыми анклавами, хотели дать обеим группам модификантов равные возможности. Но зачем же доводить до абсурда? — у Затонова опять появилось какое‑то подсознательное неприятие географии Наташки.

Сюзанна, приблизив картинку ещё больше, стала внимательно рассматривать её — из растительности там был только какой‑то специальный протомох, равномерно покрывавший с его же помощью образованный за полмиллиона лет толстый плодородный слой почвы. В условиях высокого радиоактивного фона, угнетавшего любые мутации, собственной флоры на Наташке образоваться не могло. Девушка, уже успевшая изучить разработки генетиков специально для таких условий, быстро пририсовала деревья — сады и хвойный лес (высоченные сосны и разлапистые ели), на краю долины — поля и дороги. Около чуть парившего озера — вероятно на дне были горячие источники — накидала десяток–другой домиков под красными черепичными крышами. Полюбовалась получившейся картиной, совсем расшалилась и, в том месте, где из озера вытекала небольшая, но довольно бурная река, пристроила на берегу величественный средневековый замок, вытянувший высоко вверх стройные башни.

— Пашка, ты бы захотел жить в таком месте?

Затонов, с интересом следивший за рисованием, сначала высказал своё мнение об авторе картины:

— Сюзи, да ты у меня ещё и художник!

Затем поцеловал девушку и только потом признался:

— В этой райской долине вместе с тобой… — безо всяких сомнений!

— Райская долина? Так и назовём! — немедленно согласилась она. — А озеро? Только, пожалуйста, Пашенька, тоже как‑нибудь по романтичнее!

Задумался он совсем ненадолго, рассуждая вслух:

— Дымка… Духи? Озеро духов подойдёт?

Сюзанна от радости захлопала в ладоши.

А Затонов… Он вдруг прикинул площадь маленькой долины, просчитал на глазок, сколько народу она сможет прокормить, уменьшив масштаб, проследил возможный путь модификантов на юг после наступления запланированного специалистами «Генетик компани» похолодания с последующим через сотню–другую лет возвращением. Вообще уменьшив картинку так, чтобы была видна вся Европа, определился с самыми плодородными местами континента, мысленно наложив месторождения полезных ископаемых, попытался представить торговые пути и, наконец‑то понял, чем ему так не понравилась география Наташки. Она буквально сталкивала модификантов лбами. Раньше или позже, но люди на планете просто вынуждены будут воевать друг с другом! Северяне с плодородным центром за продукты питания — при ускоренном метаболизме их требуется довольно много. Народ центральных плодородных земель с севером за ресурсы — какое к чертям развитие может быть без железа, олова, меди, свинца и, в конце концов, золота и серебра? И все вместе они будут драться с югом за нефть — кровью промышленности. Совсем маленьких северных месторождений жидких углеводородов хватит только на остро необходимую промышленности химию, но никак не на горючее.

Поражаясь иезуитской человеконенавистнической извращённости учёных, запланировавших братоубийственные войны, подполковник так и сяк прикидывал варианты предотвращения неминуемого кровопролития, но выхода, увы, не видел. А ведь, когда на Наташке начнётся атомная эра, наверняка Европа и Америка сцепятся между собой за уран, который есть только в Австралии. И что с этим делать?

Затонов до мозга костей был профессиональным солдатом. Может быть, именно поэтому он не желал воевать с другими людьми? Защитить свой народ от инопланетного врага — святое дело! Но драться с таким же, как ты сам, человеком из‑за распрей политиков? Это ведь только генералы обожают воевать, а настоящие бойцы, видевшие кровь и не раз поминавшие погибших друзей, вероятно и есть самые большие пацифисты.

— Паша, Пашенька! Ты чего?! — потрясла за руку подполковника Сюзанна. — У тебя такое лицо…

Затонов мгновенно взял себя в руки — ну зачем же ещё любимой во время отдыха настроение портить? Напряжённой работы впереди — выше крыши.

— Да так, — он махнул рукой, уже улыбаясь, — просто задумался… А как мы назовём такую же уютную долину в Америке?

— Ваше высочество, не соизволите ли вы сообщить хотя бы ближайшие ваши планы? — тон сэра Стоджера был весьма уважительным, если не сказать подобострастным.

Кирилл, сам глубоко погрузившийся в думы именно на эту животрепещущую тему, поднял голову, невидящим взглядом посмотрел на барона, встряхнул головой, приходя в себя, и вдруг со всего размаха ударил кулаком по столу.

— Хватит!

Взметнувшийся Зверюга прыгнул, оказавшись между герцогом и бароном, оскалил пасть и угрожающе зарычал. Вскочивший Кирилл, схватив двумя руками гепарда за ошейник и хвост, отшвырнул пятидесятикилограммовую тушу в сторону, приказав:

— Место! — и секунду спустя уже тише раздражённо добавил: — Ты ещё тут будешь выступать.

Пардус недовольно рыкнул, успокаиваясь, и разлёгся поперёк прохода у двери, обиженно отвернувшись от грубого, но все равно любимого хозяина.

Герцог сам устроился обратно в кресле и молча указал на другое барону. Просидев минуту в тишине, поднял голову и посмотрел сэру Стоджеру в глаза.

— Говорил ведь уже, что я обычный человек? Неужели так сложно понять, что сейчас мне помощь нужна, твои знания и умения воина, полководца, огромный опыт, дружба, наконец, но никак не подобострастие фанатика? И так ведь тяжело, а ты… — и опять опустил голову, уставившись в стол.

Барон… Барону вдруг стало стыдно. Перед ним сидел обычный четырнадцатилетний мальчишка, внезапно лишившийся родителей и почти всей семьи. Гордый мальчишка, который с самого известия о постигшей его трагедии молча просил о помощи, а Стоджер этого не понял, пока парень сам прямо не признался. Мальчишка, который не сломался, взвалив тяжёлую ответственность на свои худые плечи. Мальчишка, доверивший ему самую большую тайну Наташки, а он, сильнейший мечник герцогства, которому Владислав Сангарский поручил заботу о сыне, этого доверия не оправдал. И что теперь делать?

Они оба сидели и молчали. И ни один из них не решался поднять опущенную голову.

Внезапно открылась дверь, и в келью влетел чем‑то взбудораженный Сашка. Он привычно перешагнул через Зверюгу, хотел что‑то сказать, но, почувствовав буквально сгустившееся напряжение, остановился.

— Не стой столбом, вино достань! — приказал герцог.

Слуга было дёрнулся, но тут же замер, увидев запрещающий жест барона.

— Не стоит тебе сейчас пить, твоё высочество, — тихо сказал сэр Стоджер. Посмотрел на Сашку и все‑таки добавил в присутствии слуги, опять повернувшись к герцогу: — Если сможешь, прости.

Кирилл поднял голову, тяжело вздохнул и отдал другое распоряжение:

— Сань, притащи чего‑нибудь пожрать, а потом кофе покрепче завари.

Сашка, чувствуя, что здесь произошло нечто не для его ушей и ума, крикнул «Я мигом» и умчался.

Герцог впервые после своей тирады посмотрел на барона:

— Планами интересуешься? Планы для начала простые — уйти в Чёрный лес.

И Кирилл начал рассказывать задуманное. Сэр Стоджер слушал со все большим интересом, только один раз удивлённо перебил:

— Через Верхний зимой?! Но как? Это же невозможно!

— Почему? — хмыкнул герцог и сам же ответил: — Если нельзя, но очень хочется, то очень даже можно! — и стал объяснять.

Когда в келью ввалился Сашка, нагруженный парящими глиняными горшками и железным котелком с обмотанной тряпкой ручкой, они оба уже увлечённо спорили, размахивая руками. Стараясь не отвлекать благородных спорщиков, слуга начал расставлять блюда.

Герцог принюхался, с удовольствием облизнулся, посмотрел на горшки и удивился:

— Куда столько? На десяток человек хватит.

— Но вы же не обедали, ваше высочество, — попытался объяснить парень и удручённо признался: — Сейчас ещё свежие пироги от тётки Джулианы должны принести.

Кирилл хмыкнул, задумался и тут же принял решение:

— Вот что, зови Михаила, графа Кристиана, барона Караваева… в общем всех, кто был здесь вчера. Устроим военный совет. Заодно и пожуём. Не пропадать же добру.

Собрались достаточно быстро, и пятнадцати минут не прошло. Каждый появившийся, услышав предложения герцога, немедленно начинал спорить.

— Не было никогда такого, — протянул барон Микула Быстров, — дать простым крестьянам оружие и послать на закованных в железо рыцарей. Толку‑то со смердов, даже если мечи у всех хорошие будут…