завоеванными территориями, и фактическим подчинением.
В последнем случае необходимо обнаружить и выжечь все гнезда возможного сопротивления.
Гордые народы никогда не смирятся с завоеванием, если власть наплюет на их обычаи и порядки.
Поэтому-то нам и нужна баронесса Д’Аста.
Пусть даже и ее клон.
Если у власти в секторе будет находиться она, то проблем будет гораздо меньше.
И тогда у меня будет возможность вывести отсюда регулярные войска, оставив лишь Силы обороны при поддержке оперативников контрразведки Доминиона.
Справятся ли призывники с пиратами и сепаратистами?
Справятся.
Потому что даже в Силах обороны на ключевых командных постах находятся клоны проверенных и опытных разумных.
Призывники и добровольцы не более чем необходимая «мышечная масса», необходимая в том числе и для управления боевыми кораблями Доминиона.
Мало-помалу, но Силы обороны будут представлять из себя необходимую военную мощь, которую внутри Доминиона будут уважать так же, как и регулярный флот за его пределами.
А сейчас же…
— Три секунды.
Нет необходимости напоминать команды экипажам «Стража», «Верности» и «Химеры».
Все согласовано заранее.
Исполнители — надежны, как мандалорское железо.
В противном случае их бы и не было здесь.
— Две секунды…
Словно по незримому приказу, турболазеры, ионные пушки и пусковые установки всех трех боевых кораблей — звездного суперразрушителя, линейного крейсера и моего флагманского звездного разрушителя, прекратили вести огонь.
Три гиганта неподвижно замерли на орбите планеты, позволяя нижнему дефлектору Караннии начать истончаться в самом центре своего купола, одновременно с этим формируя над местом распада клочок энергии.
Элемент верхнего щита только еще начал образовываться, когда на тактическом экране появились отметки двенадцати малых летательных аппаратов, чьи транспондеры сигналили об их принадлежности к регулярному флоту Доминиона.
— Это как вообще возможно?! — услышали мы чуть сонный голос баронессы Д’Аста.
Обернувшись, мы посмотрели на аристократку, которая, кутаясь в плед, неотрывно смотрела на тактический экран.
— Эскадрилья наших МЛА только что проникла под верхний дефлектор, — пояснил Пеллеон.
— Это же невозможно! — вскричала баронесса, на чей разум обрушилось то, что она не в состоянии принять и осознать. — Никто и ничто не в состоянии совершить гиперпространственный прыжок в атмосферу планеты. Гравитация никогда не позволит нарушить законы физики и…
Фина Д’Аста посмотрела на меня недоверчивым, но заинтересованным взглядом.
— Для Доминиона нет ничего невозможного, баронесса, — расслабленно произнес я, не собираясь раскрывать подробности. — Запомните это, когда мы поставим вас править сектором Д’Астан. Церемониться с противником никто не будет. Возникнет необходимость — мы придем туда, где нас не ждут и сделаем то, чего от нас не ожидают.
В полной тишине раздался звук шумного сглатывания кома в горле от аристократки.
— Наглядно…
Ее шепот был едва различим.
А вот интонации выдавали в девушке страх перед неизвестным.
Что ж.
Программа «минимум» завершена.
Переходим к выполнению основной боевой задачи.
— Вице-адмирал, — обратился я к Пеллеону, — проследите, чтобы наши артиллеристы получили телеметрию от кораблей под щитом, и взяли на прицел вражескую артиллерию. Все, что не будет уничтожено МЛА, должно быть подавлено турболазерами до того, как наши штурмовики попадут в зону действия вражеской артиллерии.
— Будет исполнено, сэр!
* * *
— Рывок завершен! — донесся голос Алекса, но Брен уже и сам это прекрасно знал.
Системы «Скимитара-01» истерично верещали, предупреждая командира экипажа, в побелевших руках которого крепко сжались органы управления скоростным кораблем.
Ровно в ту секунду, когда противник начал ротацию дефлекторных щитов, двенадцать машин эскадрильи «Ятаган» рванули со своих позиций, устремившись вперед.
Секция дефлекторного щита, прикрывающего город, стандартна, и ее размеры прекрасно известны.
Геометрически правильный шестиугольник, с гранями в один стандартный километр.
Расстояние между двумя дефлекторами — десять метров, и оно опасно само по себе.
Статические разряды интерференции двух энергетических экранов еще ни один физик не сумел перебороть.
От этого страдают даже на Корусанте.
Скорость «Скимитара» при использовании досветового ускорителя ДСУД — запредельная.
Секунда — и они уже завершили прыжок, оказавшись под «зонтиком» разворачивающегося дефлектора, но над разверзнувшейся бездной схлопывающегося центрального сегмента нижнего дефлектора.
Справа мелькает ветвистый разряд молний.
Полярности щитов противника разряжаются друг об друга, формируя зону турбулентности.
Эскадрилья для них, все равно что для положительного отрицательно заряженный электрод.
Край разряда бьет по щитам и они утрачивают свою мощность на добрую треть.
Системы верещат от перегрузок.
Слышен богатый и насыщенный эпитетами мат борт-механика: отказал левый маневровый.
Алекс начинает процедуру перезапуска — другой разряд молнии повредил двигатель, но аппаратура упорно сообщает о том, что цепи в норме и рабочем состоянии.
Выжгло предохранительную «грядку».
Неприятно, но не смертельно.
Перезапуск по второстепенным системам.
«Скимитар» выдержит!
Обязан выдержать!
Никто, кроме них не в состоянии этого сделать!
Задача есть, и она будет выполнена!
Любой ценой!
Даже если ценой всего!
Ни один военный Доминиона не согласится принять поражение от машины, пусть и созданной быть лучше них.
Ни один здравомыслящий разумный не согласится оставить под контролем противника миллионы жителей Доминиона, потому что оказался недостаточно хорош, чтобы их спасти!
Каждый пилот «Ятагана» знает что такое воинская честь.
Знает, потому что все они клоны Брена.
А Томакс, как никто другой в подразделении знает, что такое воинская честь.
Он рожден с ней.
Он воспитан так, чтобы ее сохранить.
Он сделает то, что должен сделать!
Иначе — никак!
Машина должна управляться, иначе им крышка.
Организм работает на пределе своих сил.
Словно дроид, делающий то, на что не способен ни один искусственно созданный объект.
Ручка ДСУД возвращена в исходное положение, и юркий корабль, заложив вираж, камнем падает вниз.
До поверхности — километры.
Десять.
Это пустяк для его машины.
Но в него, а так же в одиннадцать других «Скимитаров» уже летят потоки лазерного огня зенитной артиллерии противника.
Именно так и погибает большинство пилотов — когда сближаются со своей целью.
Именно так Империя потеряла практически всех своих лучших асов во время Гражданской войны.
Именно поэтому бомбардировщики считаются самой уязвимой и легкой целью для истребителей и перехватчиков.
Именно для этого Томакс создавал и модернизировал скоростной бомбардировщик «Скимитар».
Прошла секунда после выхода на рубеж атаки.
«Скимитар-12» пропадает с экранов, а краем глаза Томакс замечает расцветающее по правому борту огненное зарево.
Нет, зенитчики противника не поразили цель.
С «Двенадцатым» произошло ровно то, чего опасался Алекс.
Корабль размазало о дефлекторный щит.
Он не успел всего на мгновение.
Времени горевать о потерянном боевом товарище просто нет.
Руки сами собой направляют машину отвесно вниз.
«Скимитар-01» кометой несется к поверхности столичного города планеты Серенно.
Мощный заградительный огонь навстречу.
Алекс орет, сообщая о захвате целей.
Машина трясется, преодолевая атмосферное сопротивление Серенно,
