Учился Имхотеп прилежно, на самом деле мы узнали друг о друге много нового. Нам представился шанс лучше изучить вампиров, ведь бог-самозванец здесь был не один. Мы стали вхожи в вампирскую общину. Весьма своеобразную, стоит отметить.
Как выяснилось, у Имхотепа страдала лекарственная база, а вот хирургом он был отменным. Причем, дабы залечить и обеззаразить разрез использовал свою кровь. В тех количествах она не вызывала перерождения.
Мы учили его распознавать травы и подбирать смеси для зелий. В этом деле не обойтись без хорошего нюха, но вампирское обоняние ненамного уступало нашему, так что проблем не возникло.
Через неделю мы и правда сделали все, что могли. К тому же посоветовали всерьез начать обучать жрецов, чтобы впоследствии скинуть на них основной груз обязанностей, а самому вмешиваться лишь в крайних случаях. Это уменьшит шанс разоблачения и обезопасит народ, когда Имхотеп решит уйти. Мы все понимали, что рано или поздно это случится.
А спустя неделю мы вернулись к Баст.
Глава 28.
В этот раз я сознательно показала всем свое воспоминание. И, сдается мне, это возымело нужный эффект. Кажется, юная вампирша потеряла дар речи, у Алексы на лице отражалось что-то близкое к ошеломлению, Лазель тоже казалась впечатленной. Что ж, неплохо. Нужный эффект достигнут. Теперь со мной будут считаться.
– Что ж, - нашлась, наконец, Магистр Города. - Думаю, вы полностью подтвердили свою уникальность. И, надеюсь, вы сможете помочь Сергею.
– Сделаю все, что в моих силах, - пообещала я. - А теперь я могу взглянуть на пострадавшего?
– Да-да, конечно. Прошу за мной.
Мы прошли через две комнаты и остановились в третьей. Там на широкой, но неразстеленной кровати лежал вампир, даже сейчас, при всей восковой бледности сохранивший миловидность. Определенно, он был красив, но сейчас все очарование портила жуткая дыра в груди. Рог единорога, определенно. Почти точное совпадение по размерам.
– Я осмотрю? - спросила я.
– Да, конечно. Только осторожнее со свечей.
– На ней держится какое-то заклятье? - я слышала от Андре о такой практике.
– Да, замораживающее время.
– Понятно, я постараюсь его не потревожить.
Я коснулась груди Сергея кончиками пальцев. Какая холодная кожа! Но ведь у вампиров это не показатель смерти. Я приложила всю ладонь, пытаясь нащупать хоть что-нибудь. Там, внутри, что-то слабо пульсировало, но была ли это искра жизни или просто отголосок заклятья - я сказать не могла.
Отняв руку, я посмотрела на Таната, решившись спросить:
– Как думаете, это все-таки жизнь?
Танат подошел ближе, положил ладонь на лоб вампиру и к чему-то прислушался. Это продолжалось буквально пару секунд, потом Смерть сказал:
– В нем еще горит огонь жизни. Очень слабый, но потухнуть пока не собирается. Весьма… любопытный случай.
– Чем же? - насторожилась Алекса, уже не раз слышавшая подобное.
– Рог единорога опасен не столько как колющее оружие, сколько сосредоточение древней природной магии, обладающей разрушительной силой. Но в этот раз что-то пошло не так. Я чувствую эту магию. Лео, думаю, вы тоже сможете, но она не стремится все разрушить. Она проникла в тело этого вампира, опутала сердце, мозг и другие органы, но на большее не пошла, остановилась.
– Значит, это его не убьет? - с надеждой спросила Алекса.
– Нет, но и к обычной жизни ему не вернуться, пока эта магия в его теле.
– А можно как-то ее удалить? - поинтересовалась Лазель.
Танат неопределенно пожал плечами. Я понимаю, что ему и не такое подвластно, но в этот раз он вряд ли захочет, и я не могу его судить, поэтому сказала:
– Я попытаюсь.
– Когда? - решила уточнить Лазель. Весьма… деловая такая вампирша.
– Прямо сейчас. Я не привыкла откладывать дела на потом. Не мой метод.
– Вам что-нибудь для этого нужно? - поинтересовалась Алекса.
– Нет. Все необходимое при мне. Главное - не вмешивайтесь, пока я не скажу. И лучше даже не подходите.
– Хорошо-хорошо.
– Что ж, тогда приступим, - сказала я, хрустнув пальцами и подходя к вампиру, лежащему на кровати без движения.
Я полностью стянула покрывало, которым он был укрыт по грудь, провела ладонью по груди, вздохнула, втягивая в себя этот странный запах, и отпустила свою силу на волю.
Защитные барьеры снимались один за другим, сила искрящимся ветром растеклась по венам, окрашивая глаза серебром, отращивая клыки, пробуждая зверя, заставляя его заинтересованно насторожиться и тоже почуять вампира. Не скажу, что это ему пришлось по душе. Кажется, зверь готов был спросить: зачем мне эта холодная плоть?
Пришлось немного поуговаривать, взывая к любопытству зверя. К тому же, получившая свободу сила жаждала действия. Так что договоренность была получена.
Я отрешилась от обычных средств восприятия, так как они сейчас ничем не могли помочь, и постаралась взглянуть на Сергея глазами Ашаны, сквозь ветер и силу, как через стекло. Пришлось поднапрячься, так как сначала видела лишь искрящийся алым кокон. Пришлось от него абстрагироваться, чтобы увидеть картину в целом, и я увидела.
Сила вампира походила на причудливую кровеносную систему из мириада алых искрящихся нитей разной толщины. Они плотной сетью охватывали сердце, мозг, пищевод, сплетали их в одно целое, а остальные внутренние органы носили скорее второстепенный характер. Вот оно - главное отличие между вампиром и человеком. Только немногие способны это увидеть.
Насколько я поняла, эта система жизнеобеспечения была в норме, только приостановлена. Я видела, где обрывались нити - там, где находилась рана. И вот там-то и начиналось самое интересное!
Вся рана являлась сосредоточением нитей голубовато-белого цвета. Магия единорога. И эти нити расползлись по всему организму Сергея, витиевато переплетаясь с алыми. Это было сильно заметно с одной стороны сердца, в грудине, дальше - меньше, но они были. И, что самое удивительное, между этими двумя силами не было ярого конфликта, уж не знаю почему. Видимо, это и спасло Сергея от моментальной гибели. Хотя почему именно так случилось - сказать не могу.
Закончив с осмотром, я решила идти дальше и запустила свою силу в вампира, прямо через рану, дабы залечить ее. Я так делала с оборотнями и знала принцип. Это как представить руку, погрузить ее в тело и попытаться исправить повреждения.
Как только сила вошла в Сергея, он выгнулся дугой. Свеча затрепетала, но не потухла, и я продолжила, решив не обращать на это внимания. Тут творились дела поважнее.
Я искала поврежденную плоть, сосуды и соединяла их вновь, уговаривала срастись. Это было трудно. Гораздо труднее, чем с оборотнями. Организм воспринимал меня как нечто чужеродное, с ним у меня не было ничего общего.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
