Она увидела, что Джейд Челфонт, продолжая о чем-то беседовать с женщинами-бодибилдерами, погладила одну из них по ноге. Эта леди согнула ногу, чтобы лучше были видны ее накачанные мышцы. Джейд одобрительно кивнула.
– Видишь ту, с черными волосами? – спросила женщина, которая стояла рядом с Женевьевой. – Она занимается восточными единоборствами. Точнее, одним из них. Ну, тем, где нужно уметь размахивать мечом.
– Кендо, – подсказала Женевьева.
Ей показалось, что Джейд слишком уж долго гладит упругие мышцы женского тела.
– Да, что-то вроде этого, – кивнула женщина. – Я не занимаюсь восточными единоборствами. Терпеть не могу эти громкие крики. Мне вполне хватает аэробики и плаванья.
Женевьеве не хотелось, чтобы ее узнали, поэтому она, отойдя от двери зала, улыбнулась на прощание своей собеседнице и быстро пошла по коридору к выходу.
Она постоянно думала о Джейд Челфонт, и это раздражало ее. Женевьева понимала, что в ней есть некий шарм, и поэтому многие мужчины считают ее сексуальной и в то же время недоступной – женщиной, которую довольно трудно завоевать. Глядя на Джейд, было понятно, что она тоже любит завоевывать мужчин и легкие победы ее не интересуют. Неужели она считает Синклера трофеем, который нужно заполучить во что бы то ни стало, как лично для себя, так и для «Лукки»?
До этого момента Женевьева чувствовала себя вполне уверенно. Однако теперь ее начали терзать сомнения. Она подозревала, что Джейд Челфонт такая же честолюбивая и амбициозная, как и она сама. Женевьева не сомневалась в том, что она согласится заключить с Синклером любую сексуальную сделку. Возможно, он уже предложил ей нечто подобное. А может быть, он просто играет с ними обеими, используя их для того, чтобы решить собственные проблемы? Возможно, он хочет добиться того, чтобы «Рендл-Мейн» пришли к нему с повинной головой и сказали, что согласны выполнить все его требования? Контракт с компанией Синклера сулит огромные деньги. Если такое солидное агентство, как «Рендл-Мейн», потеряет такого клиента, как Синклер, то на следующем заседании совета акционеров руководство агентства будет иметь бледный вид.
Может быть, Синклер относится к Джейд Челфонт как к очередному подопытному кролику, который поможет ему выяснить, на что готова пойти женщина ради своей карьеры? Или ему хочется узнать, как трудно будет подчинить своей воле такую, как Джейд? Возможно, Джеймс Синклер всего лишь сексуальный авантюрист, который использует женщин, словно пешек, для реализации своих фантазий. Сдержит ли он обещание, которое дал ей? Женевьева не была в этом уверена.
Однако одно она понимала совершенно ясно: решив разорвать сделку с Синклером, она уже никогда об этом не узнает.
Когда зазвонил телефон, Женевьева смотрела видео. Она записала эту телепрограмму несколько недель назад, и ей очень хотелось ее посмотреть. Это была краткая история развития популярной музыки, которая сопровождалась показом оригинальных клипов. Однако когда на экране начали мелькать пестрые картинки и зазвучал саунд-трек, похожий на песни, которые Женевьева любила в школьные годы, она моментально погрузилась в более интересные фантазии. Она представила, как обнаженный Синклер лежит привязанный к обтянутому зеленой кожей викторианскому дивану, а она крутит рычаги, заставляя его принимать соблазнительные позы. А потом устраивает ему допрос с пристрастием, пытаясь выяснить, какие отношения связывают его с Джейд Челфонт. И если его ответ ей не нравится, заставляет его еще шире раздвигать ноги. «Я, возможно, воспользуюсь вибратором и буду ласкать его до тех пор, пока Синклер не начнет умолять меня облегчить его страдания», – подумала она и сразу же почувствовала, что начинает возбуждаться.
Это была невероятно приятная фантазия, и когда телефонный звонок заставил Женевьеву вернуться к реальности, она разозлилась. Она разозлилась еще больше, услышав в трубке голос брата, ведь в этот момент она видела перед собой загорелое тело Синклера и его огромный возбужденный орган, который (в чем она совершенно не сомневалась) превратится в длинное твердое копье, как только она начнет ласкать его вибратором.
– Привет, большая сестра! – радостно воскликнул Филипп ей в ухо. – Надеюсь, я не оторвал тебя от важных дел?
Женевьева выключила видеомагнитофон.
– Что у тебя там за музыка? – поинтересовался Филипп. – Неужели тебе нравится такое старье?
– Это видео.
– А я уж подумал, что ты, сестрица, решила устроить вечеринку, – сказал он и засмеялся, чтобы она поняла, насколько абсурдной он считает саму мысль о том, что такая затворница, как она, может устроить у себя дома нечто подобное.
Этот смех окончательно вывел Женевьеву из себя. Она, конечно, на десять лет старше Филиппа, но это не означает, что она старая и занудная тетка, которая понятия не имеет о том, что такое отрываться по полной.
– А что, разве я не могу позволить себе немного повеселиться? – спросила она. Ей хотелось скрыть раздражение, но голос все-таки выдал ее.
– Эй, только не надо кусаться! Просто ты никогда не устраивала вечеринок, все время ссылаясь на то, что у тебя слишком много работы.
Женевьеве пришлось признать, что он прав. Работа напрочь лишила ее личной жизни.
– Я позвонил, чтобы сообщить, что воспользовался твоим советом, – сказал Филипп. – И это сработало.
Женевьева далеко не сразу вспомнила о том, что именно она советовала брату.
– В общем, дело было так, – продолжил он. – Мы с Джен (это моя новая девушка) сели, и я во всех подробностях объяснил ей, что именно мне нужно. Мы оба согласились с тем, что если я предлагаю связать партнершу, то это совсем не значит, что у меня извращенные наклонности, ведь я не подвергаю ее насилию и пользуюсь обыкновенными шарфами, а не какими-нибудь цепями. Джен очень понравилась моя идея, но она сказала, что у обоих партнеров должны быть равные права. Если она согласна выполнять мои желания, то и я должен делать то, о чем она меня попросит. Она оказалась очень сговорчивой. Мы решили, что я буду связывать ее два раза в неделю, не больше.
Женевьева довольно долго молчала, переваривая услышанное.
– Что ж, – наконец произнесла она, – это чудесно. Я рада за вас обоих. Надеюсь, вы составили договор в письменной форме и оба его подписали.
На этот раз надолго замолчал Филипп.
– Ты что, издеваешься, большая сестра? Я думал, что тебе это понравится.
– О господи! – пробормотала Женевьева. – Меня просто удивляет то, насколько обстоятельно ты подошел к этому вопросу. В следующий раз ты, возможно, скажешь мне, что начертил диаграмму для того, чтобы твоя девушка уяснила, что и как будет происходить во время полового акта.
