самоуправство вы тут устроили? – перевожу взгляд с Михаила на Сергея. – Кто давал право решать такие вопросы за меня?
– София Егоровна, – произносит Сергей. – Дарья неплохая девушка. А вы бы её сразу уволили. Ничего существенного ведь не произошло, но предупредить было нужно.
Радует, что сразу определили свои косяки.
– И вы решили, что можете сами это сделать?
– Да, – коротко ответил Сергей после небольшой паузы.
– Это тоже нарушение, Серёжа.
– Я знаю. И готов понести наказание.
– Предлагаешь, всыпать тебе ремня? Великоват ты немного! Почему не доложили сразу?
– Решили дать ей ещё один шанс. Честно говоря, не думал, что вы узнаете.
– А надо было думать! Дарья сама написала заявление.
Смотрю на онемевшие лица парней. Ведь явно выгораживали девчонку, зная мой суровый характер, паразиты такие.
– И что вы решили? – спрашивает Михаил.
– У вас первое и единственное предупреждение.
– А Дарья?
– Дарья отстранена от работы, – отрезаю. Вижу потухший взгляд парней, но ни один не смеет противоречить. Ибо нечего!
* * *
Возвращаюсь на своё рабочее место. Работа в команде — это то, что я хотела добиться от коллектива. Чтобы было кому прикрыть спину. И вот сама пожинаю плоды.
Пытаюсь сосредоточиться, но получается плохо. Слышу шум в коридоре и выхожу в приёмную. Бросаю взгляд на пустое место, где в последнее время сидела Даша. Вспоминаю её побитый взгляд. По-другому я поступить не могла. Ладно. Не первый раз. Справлюсь.
– Да, пусти ты! Сам дойду! – слышу мужской голос и в дверях появляется Егоров. Матвей стоит на костылях и отмахивается от Сергея. – Серёга, последний раз предупреждаю: отвали! Иначе костылём схлопочешь.
– Матвей, ты что здесь делаешь?!
– Пытаюсь отвязаться от одного назойливого типа, – ворчит Матвей.
– Ты мог бы позвонить, и я бы спустилась, – хмурюсь. Недели не прошло, как он вылез с того света, а уже ругается!
– София… Егоровна! И ты туда же, – вздыхает Матвей. – Я что, похож на инвалида?
– Матвей, тебе кто разрешил вставать? – игнорирую его вопрос.
– Я. Я сам разрешил себе вставать! Не могу больше лежать!
– А Ирина знает?
– Знает. Она в машине с мелким.
– Заходи уже, раз пришёл. Тебе точно можно ходить?
– А Дашуня где?
– В отпуске. По личным обстоятельствам, – отвечаю уклончиво. Пропускаю коллегу вперёд.
– Забеременела что ли? – спрашивает Матвей.
– Кто?
– Дарья.
– А. Нет. Садись.
Матвей хмурится.
– Ты какая-то не такая. Что случилось?
– Так заметно?
– Ага. Взгляд расфокусирован.
– С вами тут сфокусируешься. Зачем пришёл?
– Работать хочу, – твёрдо отвечает Матвей.
– Серьёзно? – поднимаю одну бровь. Медленно обвожу шейный бандаж, или как там эта штука называется, корсет и гипс на ноге. У Матвея не загипсованы только руки и левая нога. Я даже представить не могу, как он поднялся на второй этаж! Мумия, ходячая на костылях.
– Матвей!
– Соня. Пожалуйста! Не списывай меня! Я не могу больше! Любую работу, хоть проверку документов! Я ведь знаю тебя, сама всё тащишь.
– А вот и не угадал! Разделила по отделам, – хвастаюсь.
– Да, ладно?
– Ага.
– Всё равно! Дай что-нибудь. Сплю плохо. А Ирина к Тёмке не подпускает. Я только в коляске сына катать могу, да и то, когда сижу.
– Матвей, тебе…
– Нет! Мне голову занять надо! Не могу я ничего не делать, – вздыхает Матвей.
– Ладно. Уговорил. На почту скину.
– Спасибо!
– Ты вот как сейчас спускаться будешь, а?
– Так же, как и поднимался.
Качаю головой.
– Как тебя, трудоголика, жена только терпит?
– Терпит, – довольно улыбается Матвей. – А вот когда тебя уже муж терпеть будет? –
– Через месяц, – парирую издёвку коллеги.
Матвей на секунду зависает.
– Да, ладно?!
Не верит.
– Ага, – даже киваю для убедительности.
– Через месяц?!
– Ага. Так что, ты там давай, чтобы гипсы хотя бы половину сняли.
– Снимут! Обалдеть! И я всё пропустил?
– Да ничего ты не пропустил! Не кричи.
– А что, никто не знает?
– Нет.
– ЛЮДИ! – кричит Матвей.
– Матвей! – шикаю на него. Но в кабинет уже врывается Сергей. Такое впечатление, что тот караулил под дверью.
– Что у вас? – хмурится.
– Егоров голосовые связки проверял: дома ребёнок, а на улице стесняется, – пожимаю плечами.
– Серёга! Наша София замуж выходит!
– За Дмитрия? – вываливает Сергей свою версию.
– За какого Дмитрия? – Матвей хмурит брови. – А-а! Я всё пропустил!
И это мои коллеги?!
– Мальчики! Это ничего, что я здесь?
– А мы это. Поздравляем! – находится Сергей, красноречиво жестикулируя Егорову, чтобы вытянуть того из моего кабинета.
– Точно! Я так и подумала. Тема обсуждению не подлежит! Всем ясно?
– Да как же так? – возмущается Матвей. – Я, вообще, ничего не знаю! Ну, Софиечка Егоровна…
– Меньше знаешь, крепче спишь! Серёжа! Я не шучу, – ещё раз предупреждаю.
– Да, понял я! Строжайшая секретность! А Роберт Иосифович знает?
Да что б их! Вот уж точно говорят, что мужчины сплетничают не хуже женщин!
– Нет, не знает.
– Почему?
– Потому, что я ему ещё ничего не говорила. И не дай бог, он узнает раньше.
– Э-э! Я тут не при чём! – Сергей поднимает руки в знак защиты. – Даю голову на отсечение, что Роберт Иосифович уже в курсе, а нам тут потом репрессии устроят.
– Я не шучу! – вздыхаю.
Вот как с ними можно работать? Да, я согласна, что радости, впрочем, как и неприятности, мы переживали вместе, и что такое событие, как свадьба, явно не останется не замеченным.
Дмитрий
Невероятно, как может измениться жизнь. Никогда не думал, что мне будет приятно ждать и встречать любимую женщину. Любимую. Наверное, в этом есть какой-то особенный смысл, когда чьи-то интересы для тебя важнее собственных. И пока в работе был небольшой перерыв, решил, что могу посвятить свободное время решению вопроса как, а точнее, где, мы будем жить. До сего момента я как-то даже и не задумывался о том, что хочу иметь свой дом. Он у меня был. В Антверпене. Но я не чувствовал его домом
