Где–то внутри меня снова всколыхнулась лютая ненависть и начала заполнять сознание. Я могу еще как–то понять, когда разрушения и убийства проходят сопутствующе, стреляли по одним, зацепили и других, но когда вот так, специально расстреливают жилые дома… Я понимаю, что это война, но все равно не могу принять происходящего, это уж слишком на мой взгляд.
— Арти, я могу что–нибудь сделать с этим мехом? — спрашиваю у нейросети, а сам прикидываю разные самоубийственные варианты.
Хотя прикидываю — это слишком громко сказано. В голову не приходит вообще ничего, ну кроме того что пойти и убиться об него, пытаясь отвлечь внимание от гражданских и этим дать им хоть призрачный шанс на побег. Вот только что нужно такого сделать, чтобы привлечь внимание этой махины?
На обычное оружие он вряд ли будет реагировать, да и где мне его достать. Ладно, это возможно не такая уж и проблема, думаю он успел перебить немало солдат, что–то может и удастся найти. Но толку? Тот же пулемет или даже гранатомёт никакого урона ему скорее всего не нанесут и внимания не привлекут. Нужно что–то помощнее. Танк? Смешно, где я сейчас достану его.
Неожиданно в небе пронеслись два военных самолета. Выпустив по несколько ракет, они пошли на петлю, снова заходя на противника. Тот же… турели моментально уставились в небо и открыли шквальный огонь по приближающимся ракетам. Первая, вторая… ракеты одна за другой взрываются, даже и близко не долетая до цели. Напряженно смотрю за последней, которая уже почти добралась до противника.
Еще миг, и произошло сразу несколько событий: самолеты выстрелили еще по паре ракет и открыли огонь из пулеметов, а самая первая ракета все же достигла своей цели, вот только в самый последний момент, закрывая врага, перед ним вспыхнула полусфера энергетического щита и приняла атаку на себя. Турели же в это время уже расстреливали новую порцию приближающихся ракет, а заодно и самолеты.
Парочка отчаянных виражей, таких же попыток что–то сделать с мехом, и оба самолета рухнули огненными обломками на город. Враг, разобравшись с угрозой, снова замер, расстреливая дома из турелей и изредка постреливая из главного калибра. А что он вообще забыл в этом городке?
Неужели персонал базы и комплекса, который сейчас мог оказаться здесь, имеет такое значение? Но тогда почему не новая атака на подземный комплекс? Или там сейчас тоже весело, но я этого просто не знаю? Вопросы, долбанная куча вопросов.
— Я проанализировала доступную информация. — внезапно произнесла Арти. — Обнаружена уязвимость у противника.
— Что за она?
— Если забраться к нему на спину и атаковать определенные участки, то есть шанс пробраться к силовым кабелям и нарушить энергоснабжение, что при идеальном стечении обстоятельств позволит полностью перегрузить реактор на некоторое время.
— И как ты оцениваешь наши шансы?
— Десять процентов.
Даже не знаю, что сказать в ответ, проценты не воодушевляют от слова совсем, но они хотя бы есть.
— Арти, можешь узнать, что на базе происходит сейчас?
— Там все по–прежнему. — моментально ответила она.
— Тогда зачем они атаковали только город?
— У меня нет этой информации.
В городе есть кто–то очень важный, что ради его уничтожения не пожалели такую дорогую штуковину как тяжелый ударный мех? Это единственный вариант, который кажется мне реальным.
Вашу ж… Пока говорил с Арти и думал, противник перешел к более активным действиям, начав во всю применять свой главный калибр и уничтожать все подряд. Вот на хрена посылать такую хреновину для того чтобы убить кого–то, не проще закинуть того же киллера или даже отряд?!
Срываюсь с места. Вот только бегу не прочь, а наоборот к врагу. Свой выбор я сделал.
— Сергей, ты же не собираешься…
— Именно это я и хочу сделать. — перебиваю Арти, не дав ей закончить говорить. — Боевой режим. Просчитай мне оптимальный маршрут и составь план действий.
— Принято. — раздался безэмоциональный ответ. Даже не попыталась отговорить меня.
Реальность дополнилась метками нейросети, а эмоции отошли куда–то на второй план. До врага уже целых два километра, но видно его прекрасно и отсюда благодаря его размерам, он наверно сейчас самый высокий объект в городке и из–за этого он прекрасно простреливает все дороги к нему, уничтожая всех, кто пытается сбежать или прибыть на помощь. Городок–то совсем небольшой и большую его часть составляет частный сектор, а еще как на зло место где расположился мех находится на этаком холме, что дает ему дополнительное преимущество. Где эти военные, когда так нужны, двух самолетов было явно мало?!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Несусь по улице, не скрывая своих возможностей, сейчас каждая секунда промедления стоит кому–то жизни. Альтруизм, глупость — что это такое на меня напало? Не знаю, скорее ненависть какая–то. Резкая смена направления бега, следуя зарождающемуся плану нейросети, и влетаю в подъезд многоэтажки.
Забег на последний этаж, прыжок, выбиваю собой люк на крышу и оказываюсь на ней. Притормаживаю всего лишь на миг, бросая взгляд по сторонам и оценивая обстановку с высоты. Плохо, город стремительно исчезает под выстрелами главного калибра меха: один–два залпа и от обычной многоэтажки ничего не остается, на частый дом хватает и одного выстрела. Все больше город начинает напоминать военную базу после ударной волны от орбитального удара.
На подъездах к городу чадят жирным дымом горящие машины, как гражданские, так и военные. Видно, что солдаты с техникой пытались прорваться и по бездорожью, но это их не спасло, теперь там только горящие машины и кое–где разбросаны тела, которых зацепило краем выстрелов, в эпицентре попадания главного калибра тел не остается.
— На тебя наводится одна из турелей. — раздался голос Арти.
Бросаюсь сломя голову дальше. Край крыши, прыжок, приземление, продолжаю бег. Улучшенное тело, даже на текущем уровне, весьма впечатляет своими возможностями. Очередной прыжок, кувырок в сторону, а рядом проходит очередь турели. Дело швах.
Подскакиваю к краю крыши и не долго раздумывая слетаю на балкон. Перемахиваю через его ограждение и перепрыгиваю на соседний.
— Арти, а я вообще смогу добраться до его спины, у него же щит?
— С высокой вероятностью он не активен постоянно и имеет не изменяемую форму полусферы.
— Хорошо, с этим понятно, но как я доберусь до силовых кабелей?
— Руками.
— Это как?
— В определенных местах оставлены технические люки, вот через них и доберешься. Если не получится, то попробуешь через турели. — разъяснила нейросеть моменты, которые по–хорошему стоило уточнить еще в самом начале.
Ять! Ограждение очередного балкона взяло и начало отваливаться, не давая мне перепрыгнуть дальше. Очереди турели подбираются все ближе и ближе, аж простреливая угол дома насквозь. А хрен с тобой. Разжимаю руки и лечу вниз, притормаживая свое падение, хватаясь за все что попадается под руку. Не думал, что так могу…
Коснувшись ногами земли, бегу вдоль дома, следуя перестроенному под изменившиеся обстоятельства плану действий. Оказавшись под крайним рядом балконов, отталкиваюсь ногами от земли и подпрыгиваю максимально высоко. Допрыгнул, упор ногами, очередной прыжок, схватиться руками за бетонный край следующего балкона и проделать предыдущий порядок действий.
Оказавшись на крыше, упираюсь взглядом в маячащую уже неподалеку спину меха. Его как раз сейчас попытались снова обстрелять откуда–то с окраины города, но ожидаемо неудачно. Вблизи четко видно, что появляющийся щит в форме полусферы.
Очередной разбег, прыжок, и приземляюсь на полуразрушенную крышу дома, стоящего почти впритык к противнику. Странно, но факт — мех практически не тронул дома, находящиеся вплотную к нему. Подбежав к краю, торможу в нерешительности. Кажется, что вот он враг, совсем близко, стоит только прыгнуть и дальше все понесется вскачь, но мне… страшно, я же не какой–нибудь супер коммандос или робот, я, блин, обычный человек, который еще совсем недавно даже не помышлял о военном деле или о том чтобы убить кого–то. И если физически я уже изменился сильно, то вот морально…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
