мы купили подарки для всех и после провели вечер и ночь. Вместе.
***
Ближе к концу следующей недели, в горьком предчувствии, что нам уже пора уходить, детишки собрали нас в просторном холле на втором этаже. Лера и Логос накрыли на стол, Эван принес из города свечи и зажег их в центре стола. Элла баюкала самых младшеньких, поскольку смотритель приюта погиб при атаке, а сиделку от управления города обещали направить к нам только через несколько дней.
В тот вечер Аланта вышла ко мне с двумя шестилетними близняшками на руках. Пока накрывали на стол они цеплялись за подол её белого платья и не желали отпускать Аланту. Потом они сидели с ней за столом, вели себя подчёркнуто послушно, и я впервые услышал, как близняшки назвали её мамой. А после ужина они вместе играли, пытаясь завить косички из длинных белоснежных волос Аланты.
— Держите, вплетите… маме это! — сказал я, протягивая две большие прозрачные чёрные ленты, которые мне помогла найти Элла.
Детки с трудом управились, но сплели две длинные, белые, толстые косы с огромными чёрными бантами на концах.
— Маме… очень идёт, правда ведь? — спросил я близняшек, повисших на шее Аланты, а они радостно ответили, что у них будет самая красивая мама.
Всю ночь Аланта проревела в подушку, хоть я и пообещал ей вернуться за ребятишками, когда всё уляжется.
Ближе к утру в коридоре я столкнулся с Эллой, которая с заплаканными глазами выходила из спальни самых младшеньких.
— Тоже обещали забрать? — спросил я её, а она лишь согласно закивала головой, не в силах ответить мне. — Может быть, тогда просто переедем сюда жить? Потом… вместе с ними со всеми?
— Не знаю Алан, выпадет ли нам такая возможность. Сегодня нас ждёт трудный путь и не факт, что будет, кому вернуться, — ответил мне Эван, шедший следом за Эллой. — Нам пора выдвигаться.
***
Мы собрали наши вещи в дорожные рюкзаки и на прощание обняли детишек.
После наша группа вышла на широкий каменный мост, перекинутый над бездонной пастью пропасти, направляясь к лифту, ведущему на поверхность. Мы медленно уходили, постоянно оборачиваясь назад, сожалея, что своих детей у нас не может быть никогда и покидая тех, кого полюбили. Детишки провожали нас, собравшись на балконах второго этажа, а наши с Алантой близняшки выбежали на ограждённую крышу приюта и махали нам вслед. Эван хлопнул меня по плечу, обратив внимание на заплаканных Аланту, Леру и Эллу, следующих за нами и всё время оглядывающихся назад, и тихо сказал:
— Вот он тот камень, что не поднять ни одному богу. Нам суждено всегда оставаться в одиночестве, Алан, не стареть, но и не иметь детей. Зная всё это, ты пошёл бы на Испытание?
— Конечно, как и ты… Сомневаешься?
— Нет. Я вот всё думаю, имели ли мы с Эллой право на то, чтобы организовывать их проведение?
— Уже не важно. Тем более и ты, и я — мы сами добровольно вышли в Бездну и волей судьбы нашли своих ангелов. Скажи лучше…
— Уже покидаете нас? — донёсся до нас насмешливый злобный окрик Кира со стороны приюта. — А я искал тебя, мечник. Я смотрю, ты убил мою любимую зверушку, и я весьма огорчён этим.
Мы обернулись, увидев Кира, стоящего на крыше приюта, схватив за руки наших близняшек.
— Я вот думаю, чем ты готов заплатить за смерть моего питомца? Смотрю, вы привязались к этим двум деткам, а знаешь что, мечник, моя Карра с удовольствием испьёт их крови до дна, ха-ха! Не дергайся, мелкий, а то твоя сестра будет первой на очереди.
Он крепко схватил за плечо девчонку, приставив остриё копья к её горлу, ударив в живот её брата, пытавшегося вырвать сестру.
— Мерзавец, как ты смеешь трогать детей! — сжав кулаки крикнула ему в гневе Аланта.
— А я могу отпустить их, в обмен на тебя, Слабейшая, — сказал Кир, указав копьём на Аланту. — Не бойся, мечник, ей будет почти не больно, ха-ха! Во всяком случае, не долго. Ну так что, кого ты выбираешь в жертву, бесполезных детишек или своего ангелочка, ха-ха?
— Алан… я пойду, я не смогу жить, если из-за меня погибнут… мои детки, с меня хватит смерти сестрёнки. Прости меня… Алан.
— Алантушка, подожди, — я вспомнил, когда держал в руках то Возмездие тьмы, изрыгающее чёрное пламя, оно принимало форму зерна. — Прикрой меня на минутку, — прошептал я Аланте и вновь освободил тьму Возмездия. Сфера послушно появилась в моей ладони, жаждущая вновь полыхнуть тем чёрным огнём, но готовая пока подождать, насытившись убитым мной монстром.
— Я привязан к зерну, возьми… брось его в Кира, — прошептал я на ухо Аланте, протягивая ей золотистую сферу и крепко обнимая так, чтобы Кир не увидел, как я передал ей своё оружие.
Крепко сжав сферу в кулаке, Аланта с побелевшим лицом решительным шагом направилась в сторону приюта.
— Мамочка, не делай этого! — закричала девчушка, но Кир закрыл ей рот ладонью. — Стой и не дергайся, малявка, а то и ты достанешься моей Карре!
Аланта зашла в приют и взбежала по лестнице на его крышу.
— Чудесно, я ждал этого момента целую вечность! — засмеялся Кир. — Иди же сюда, тварь! — Кир махнул копьём в направлении Аланты.
Сжимая кулаки и закусив губу до крови, Аланта подумала: «Алан, я верю в тебя», а после медленно направилась к Киру:
— Отпусти сначала детей! — крикнула Аланта дрожащим от гнева голосом.
— Пусть идут, мне нужны не они, — прорычал Кир, грубо отталкивая в сторону от себя близняшек и замахиваясь копьём на Аланту.
Но Аланта успела увернуться в последний момент и бросила моё Зерно тьмы Киру в лицо. Я стоял, закрыв глаза и наблюдая, видя мир той злобной сущностью, живущей в зерне. Мысленно я обратился к нему: «Я обещал тебе ещё немного еды, вот этот человек, наполненный тьмой, что так нужна тебе, он перед тобой, поглоти его».
Сфера зависла в воздухе, потемнела и чёрное пламя ударило в Кира, обжигая ему плечо и попадая прямо в лицо. Он дико зарычал от страшной боли и злости и, расправив свои тёмные крылья, полетел в глубину бездны под мостом.
Аланта кинулась к детям, уводя их с крыши. Мы все снова вернулись в приют и ещё на неделю задержались в нём, ища следы присутствия Кира, но так и не обнаружив его более. А вскоре со станции метро нам сообщили, что Кир улетел в глубину тоннеля к пролому, ведущему на поверхность.
Прошла ещё неделя и, после очередного вечернего
