— Полагаю, что да, иррин, — ответил самый старый мэллорн.
— Вот это и есть доказательство, еще одно, что вы обладаете полноценным разумом, а не только сложным набором последовательностей, — заметил Аринэль. — Вы способны изменять способ постижения мира. Вот матки — это сложные, но машины. Чисто машины. Если в них не заложено, что нужно попробовать понять, то они этого делать не будут. И, судя по поведению ваших западных коллег, с ними всё также. А уже это значит, что вас создавали по-другому. И для каких-то других целей, нежели просто поддерживать Полог и управлять юнитами. Как я и утверждал ранее, вы еще одна раса. Скажем так, синтетической жизни. Но жизни, а не просто видом машин.
— Удивительно, иррин, — негромко произнес Иматэёль. — Насколько тебе важно доказать это.
— Иматэёль, надо понимать, с кем ты живешь в одном доме, — ответил Аринэль. — Это формирует способы взаимодействия. Термин «разумные», очевидно, нужно распространять и на подобных вам. И развивая эту мысль, если вы разумные, то у вас и потребности будут, как у разумных. Например, вам будет важно продолжать свой род. А также ценить… свою жизнь. Именно жизнь, а не период функционирования. И помнишь, Иматэёль, мы говорили про чувства? Если вы разумные, то и эта область деятельности должна у вас быть. Пусть и выражаться не в том виде, как у… биологических разумных. У нас-то еще есть такая штука, как влияние тела на мозг всякими вырабатываемыми веществами.
Интерфейс Иматэёль на несколько мгновений замер. Кстати, эту беседу слышали лишь мэллорны и сам Аринэль. Атэёль сделала вокруг себя цилиндрический барьер, непроницаемый для воздуха. Поэтому Ари так свободно сейчас и разбрасывался предположениями.
— Оэтуёль считает, что твоя теория, Аринэль, логична, — заговорил, наконец, Иматэёль. — И просит, чтобы ты, по возможности, уделил ей время и передал знания, которыми обладаешь.
— Да, сразу после Халоэкалона, Эло-Уэль и Крестэйра, — вздохнул Аринэль. — А следом, полагаю, Эйр-Хаерад случится. А еще мне очень хочется взглянуть на Железный Храм. Но…
Ари задумался.
— Выход есть, — произнес он. — Пока мы, например, плывем в Крестэйр, я могу записать то, что я знаю. Да, так и надо будет сделать. И не только насчет Оэтуёль…
Аринэль опять задумался, потом нахмурился.
— Проклятье, а чего я раньше так не сделал? — пробормотал парень.
— Иррин, возможно, я смогу оправдать вас, — заметил Иматэёль. — С того времени, как вы пришли к пониманию того, что обладаете знаниями, которые столь важны, прошло очень мало времени…
… У Тайвары сначала екнуло в груди, когда та эльфийки принесла ёрой. Разумеется, Тайвары подумала, что это её ёрой! А когда она рассмотрела, то также сильно, как забеспокоилась, удивилась! Это был не её ёрой!
Как это Тайвара поняла? Потому что она увидела неактивированный ёрой. Когда он совсем маленький, словно для ребенка. Это что значит, у местных есть ёрои? Вот это открытие! То есть, Аринэль Тайфол прекрасно знал, что такое ёрой, что такое райфуру. Поэтому, неудивительно, что он смог понять, как действует оружие Тайвары, он просто его видел раньше.
«А почему они их в бою тогда не используют?» — подумала девушка.
И к чему были те расспросы, когда они перешли через портал? Что за передатчики? Слово-то Тайвара поняла, что конкретно передается? И ведь Тайфол понял Хогвара. Кстати, они оба какие-то странные.
«Ага, — вдруг озарило Тайвару. — Они же оба… словно у нас жили».
Девушка покосилась на Хогвара, который стоял рядом. Тот был абсолютно спокоен, даже можно сказать… скучал?
И да, когда Тайвара пришла сюда и увидела то самое дерево, которое появилось из перехода в марке, возле матки… И вспомнила, что это же дерево стояло тут и тогда, когда она здесь была… То есть это не какое-то украшение, похоже, это и есть тот самый мэллорн. Но дерево? Серьезно? Или это… Не дерево, а только походит на него?..
… Как и тогда, надев доспех, Аринэль увидел окружающий мир не сразу. Зато когда увидел…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— И вот она, инерция мышления, — заговорил парень. — Ничего не мешало мне надеть доспех и посмотреть на мэллорн ранее.
— Что-то произошло, Аринэль? — голос Атэёль доносился, словно через подушку.
Между тем, Атэёль во взгляде через доспех, была обведена желтым контуром. И имелось какое-то обозначение. Символы были нечитаемые. Но знакомые. Ровно такие же символы Аринэль видел в том проходе, в Эшмаэне.
— Так, — произнес Ари.
И махнул рукой. Вскоре к нему подошли Тайвара и Хогвар.
— Тайвара, — заговорил парень. — Смотри.
Ари присел и начертил те символы, которые он сейчас видел.
— Это древние символы, — с легким удивлением произнесла девушка. — Люди… в смысле, разумные, раньше пользовались ими.
— И ты их понимаешь? — с интересом спросил Аринэль.
— Ну, не так чтобы очень хорошо, — Тайвара наморщила лоб. — Дело в том, что древние обозначали символами не отдельные звуки, а слоги. Иногда даже слова. М-м…
Девушка присела.
— Ну, примерно, тут написано, — произнесла она. — Так это… узел? Наверное, речь идет об узле управления. Вот это слово обозначает неизвестность.
— Неизвестный узел управления? — уточнил Аринэль.
— Да, скорее всего, по смыслу, именно так, — кивнула Тайвара и посмотрела вверх. — Вы это увидели сейчас, да?
— Верно, — ответил Ари.
Девушка некоторое время молчала, осматривая Аринэля.
— Скажите, — нахмурилась Тайвара. — А вы говорили, что мне…
— У нас нет хоуш, Тайвара, — ответил Аринэль. — В этом доспехе сейчас стоит из твоего.
— Вот как, — Тайвара закусила губу.
— И давай напрямую, — произнес Аринэль. — Мы тебе не доверяли. Ты бы доверила мощное оружие и защитное снаряжение воину… не из анклава?
Тайвара сделалась суровой.
— Я понимаю, — кивнула девушка и поднялась.
— Считаю, — вдруг пробасил Хогвар. — Что ей можно отдать её оружие.
Конечно, Тайвара сейчас не видела за забралом лица Аринэля. Но парень чуть повернул голову в сторону соратника.
— Обоснования? — прозвучал сухой голос Тайфола.
— Под мою ответственность, — ответил Хогвар. — И ответственность Юлисы…
… Это был немного спектакль. Это Аринэль, на самом деле, считал, что пора переходить к этапу, когда Тайвара будет сражаться в своем доспехе. Так она ощутит себя нужной и значимой. И уже те ситуации, в которые она попадет, будут ею восприниматься… Как часть ее жизни. Но да, она должна была об этом сама сказать, сама принять решение.
— Тайвара, — произнес Аринэль. — Скажите. Вот мы отдадим тебе твое оружие и доспехи. Ты согласна участвовать в боевых действиях после этого?
— Я привела к вам энсую, — сухо ответила девушка. — Из-за этого к вам пришла еще одна матка.
— Нет, Тайвара, — уверенно ответил Аринэль. — Вторая матка — это исключительно наши действия. Скажу один раз. Ты нам ничего не должна. Ты также вольна отказаться от участия в боевых действиях. Если же ты согласишься, то я тебя задействую… В специальных операциях, где шанс умереть больше, даже гораздо больше, чем в сражении.
Девушка гордо вскинула голову. И мрачно усмехнулась.
— Сурэю не привыкать к такому, — заявила девушка. — И я согласна.
— Я должен спросить, Тайвара, — произнес Аринэль. — Какие мотивы у твоего согласия?
— Я считаю, — тут уверенно заговорила девушка. — Что ваши действия могут принести пользу жителям моего анклава. Возможно, помогая вам, я смогу серьезно помочь и анклаву…
Единение и Атэёль наблюдали за тем, как разумный, принадлежащий одной обособленной группе, работает с разумным другой группы, с резко отличными условиями существования.
Если следовать логике Аринэля Тайфола, но нет разницы, в какой оболочке существует разум. Опять же Аринэль несколько раз повторил, что нельзя строить взаимоотношения на лжи. Даже лжи во благо. Иначе потом разум, выявив места, где ему лгали, посчитает всю информацию недостоверной. Вполне взвешенный подход, источник информации, выдающий даже лишь иногда недостоверные данные, должен быть, либо проверяем перекрестно из других источников, а если это невозможно, то источник информации должен быть заблокирован.
