Читаем без скачивания Практикум реального колдовства. Азбука ведьм - Николай Норд

И вообще, в раю можно вернуть любого и все то, что не было получено в земной жизни, когда что-то помешало стать полководцем ли, мореходом ли, хоть царицей Египетской, даже Соломоном, и прожить новой жизнью, о которой когда-то мечтал. Правда, тогда, сказал мне мой херувим, начинает исполняться главный закон рая: вступая в свою желаемую земную жизнь, обитатель его теряет представление о том, кто он есть на самом деле, и в этом неведении пребывает до конца своей новой жизни тленного человека. И лишь после того, как он счастливо проживает эту повторную жизнь сполна до как бы новой своей смерти, только тогда обитатель райский становится духовной сущностью райской обители. Мир же, созданный им для себя, исчезает навсегда.

Вот что я, Иуда из Кариота, услышал от херувима и узрел в раю.

Такова суть рая. И сим была открыта мне тайна [следующая].

7. И вот мы с херувимом покинули пределы рая и очутились средь мрачных гор, бездонных ущелий и огнедышащих вулканов ада. И были мне показаны ужасные тюрьмы его и блистательные дворцы слуг сатаны. Но не поворачивается язык [мой] описать мерзости ада и славу его, посему опускаю я тему сию, скажу только, что грешники там многократно переживают собственные же грехи. Слуги же дьявола погрязли там в роскоши и истоме. Таковы истинные круги ада.

И обнял меня херувим крылами могучими, и вновь затуманилось в голове моей, и потерял я сознание. А когда очнулся, то оказался на тверди земной, и рядом был мой любимый Господь.

8. И сказал Господь: Иуда, Иуда, все ли ты запомнил, что довелось тебе видеть? И сказал я: все запомнил, мой Господи. И сказал Иисус: видел ли ты висельника самоубийцу в аду, понял ли ты, на какие муки обречен будешь там до Конца Мира, пока Я не вернусь за тобой? И сказал я: я все понял, Господи мой, я готов на страдания за Тебя вечные. И сказал Иисус: хорошо, запиши это потом [все, что видел], и передай свиток центуриону Кассию Лонгину, чтобы заключил он твое Святое Благовествование в золотой тубус для дальних потомков человеческих. Ведь имя твое есть Иуда, что означает «Да будет восславлен Господь», посему тебе и выпала честь славить имя Мое. И сказал я: все сделаю, как наказал Ты мне, мой Господи.

И пошли мы назад в Ефраим и продолжали беседовать с Господом. И сказал я Господу: что надлежит [дальше] делать мне, Господи? И сказал Господь: скоро мы войдем в Иерусалим перед праздником Пасхи. Найди там священника Анну. Он и [первосвященник] Каиафа и другие первосвященники давно ищут погубить Меня. Предашь им Меня за серебро. И [тогда] свершится воля Отца Моего.

И сказал я: тяжко бремя Твоей воли, Господи, плачет душа моя по Тебе, но пусть будет [все] так, как Ты сказал. Но допустят ли ученики Твои отдать Тебя стражникам, не отобьют ли Тебя мечами от погубления? И сказал Господь: Иуда, Иуда, разве ты не разумеешь? Настало время учеников моих. Им надобна смерть Моя, чтобы стать самим учителями. Да и ежели они ввяжутся в схватку со стражею и будут отбивать Меня мечами [своими], то погибнут сами. Но кто тогда продолжит дело Мое и кто прославит Меня и Мое учение? Нет, один буду Я в дни кончины Своей. И сказал я: я буду рядом с тобой, мой Господи.

Уже заря зацвела, когда мы вернулись в дом, где было наше пристанище. Все спали, только Петр бодрствовал и пил вино. Он сказал: здравствуй, равви! Где вы [так рано] ходили с Иудою, по каким делам? И хотел я угостить вином хорошим Иисуса, ибо устал он с дороги, но обнаружил, что Петр выпил его. И сказал я Петру: Петр, зачем ты выпил вино, которое я купил Господу нашему [Иисусу]? И сказал Петр: Иуда, разве у нас мало еще вина в кувшинах? И сказал я: вина много, но ты выпил самое хорошее, которое я купил Господу [нашему]. Петр сказал: я не знал, которое вино предназначалось учителю, и выпил. А вот ты, Иуда, из казны нашей давеча присвоил и истратил деньги неизвестно куда.

Мне было стыдно признаться, куда я истратил несколько монет всего лишь из нашего ящика, и промолчал. Но тут проснулся Фома, и он слышал наш разговор и сказал: Иуда дал три драхмы блуднице, которая три дня не ела и умирала с голода. Не матери ли ты своей старой [блуднице] деньги наши дал? И стыдно мне стало перед Господом, и заплакал я. И сказал Иисус: оставьте, все это пустое, идите спать, а Иуда может денег впредь из казны брать столько, сколько захочет [на свое усмотрение]. И пошел [Иисус] и лег [спать].

И удивились словам Господа Петр и Фома. И сказал Петр: Иуда, ты не любишь меня, а я буду первым около Господа в Царствии Небесном. И сказал я: никто из вас не знает, кто будет первым у Господа, может, я буду. Фома сказал: Господь такой красивый, а ты такой безобразный. Как Он может тебя держать одесную? Ты хвастун, Иуда! И сказал я: хотел бы я быть красивым Иудою, чтобы не стыдно было быть рядом с Господом Моим. Но пусть буду безобразным, тем прекрасней будет казаться Господь мой. И посмеялись надо мной Петр и Фома и ушли спать.

9. Пришло время, и явился Христос с нами в Иерусалим, и народ встречал его хорошо, и все кричали ему: «Осанна!» И пошел я, по наказу Господа, к священнику Анне и другим, которые боялись Иисуса за то, что Он отнимет у них власть над народом [Израилевым]. И сказал я: Анна, дай мне серебра, и я выдам вам Иисуса Назаретянина. Анна дал мне несколько монет, но я сказал ему: так ли низко вы цените Того, Кто займет ваше место? И ушел, не стал брать малые деньги. Но я должен был выполнить волю Господню и пришел в другой раз. И дали Анна и Каиафа мне тридцать монет серебром, и я сказал: выдам [вам я] Иисуса своим целованием, чтобы узнали Его. И заплакал я, и ушел, и спрятал деньги под камень в тайное место, и выбрал себе дерево над скалой для повешения на третий день по смерти Господа, когда душа Его отлетит [и встретит меня]. И подумал я [тогда]: ежели веревка оборвется или сук не выдержит [тела моего] и я упаду, то упаду в ущелье и разобьюсь, и [тогда] все равно произойдет погибель моя.

И пошел я и купил дорогих благовоний и дорогого вина для Иисуса любимого, и позвал Марию Магдалину и других женщин Господа, и вернулся в дом, где были мы на постое. И умащали женщины теми [благовониями] Господа, и пил Он вино дорогое и смотрел на меня нежно, ибо понял все. А когда заснул Господь, пришел я к Его ложу, встал на колени, и всю ночь, пока Господь спал, обнимал главу Его и гладил Его светлые волосы и орошал их своими слезами беззвучными в великом горе.

А на другой день пошел я и купил два меча, ибо имел надежду малую, что заступятся ученики за Господа своего перед стражею, и сказал апостолам: мечи эти нужны нам для защиты Господа. Но только Петр взял меч [себе], остальные сказали: не воины мы, не умеем владеть мечами, да и [мечей] мало. Что мы сделаем [двумя] мечами? И сказал я, что ежели надобно, то куплю мечей еще. Но все промолчали, и я понял, что некому защитить Господа.

И вот, в один день собрал Господь нас, Своих апостолов, на последнюю вечерю. Я же купил цветов разных и трав благоуханных, наплел венков и украсил ими зал. И Иисус мне шепнул на ушко: спасибо тебе, Иуда мой, за венки погребальные, ибо на могилу Мою никто не принесет Мне цветов. И опечалился я и задумался: вот к чему я купил эти цветы. И преломил Господь Наш хлебы и раздал нам и сказал: се есть тело Мое. И налил нам вина в кубки и сказал: се есть кровь Моя. Ешьте, пейте и радуйтесь, ибо кончается время Мое [с вами]. Теперь придет ваше время, вы учить будете [вместо Меня]. И один из вас предаст Меня за вас. И я понял, о котором из нас сказал мой любимый учитель, и встал и ушел выполнять волю Его.

И вот, пошел я к стражникам и ночью привел [их] в Гефсиманский сад, где Иисус отдыхал со Своими апостолами. И сказал я солдатам: кого поцелую я, тот и есть Иисус Христос, того надлежит взять. И подошел я к Иисусу, Господу Моему, и нежно поцеловал Его. И понял Господь, что прощен Он мною, и возгласил громко, чтобы всякий не подумал о тайном сговоре нашем: целованием ли выдаешь Сына Человеческого? И кивнул я и заплакал горько, и Иисус шепнул мне тайное имя Бога и сказал: когда невыносимы будут муки твои в аду, назови имя Отца Моего, и облегчатся муки твои. Прощай, мой любимый Иуда!

И схватили Иисуса стражники, и разбежались ученики Его, только Петр махнул мечом и отрубил одному воину ухо. Но Иисус остановил Петра, и тот скрылся в толпе. И повели Иисуса, и не было никого рядом из учеников Его, кроме меня.

10. И [отныне], где был Иисус, там пребывал и я. Если Его пытали, я стоял невдалеке и говорил Ему: потерпи, Господи, я с Тобой! Когда Пилат не захотел казнить Христа, я приветствовал его прилюдно, но народ иудейский захотел казни Господней, и отступил Пилат. Один раз я только, перед самой смертью Иисуса, оставил Его и пошел к апостолам, которые спрятались, и мне трудно было найти их. И попросил я учеников Господа, чтобы собрались они [все] вместе и собрали уверовавших в Иисуса и освободили Его. Но отказались они [малодушно]. И тогда понял я, никто не спасет Господа моего, и отныне надежд у меня не было.