Глава 19 О вреде воспитательных методов василисков
После разговора с профессором мне захотелось еще раз навестить Потти. Уж очень радостно загорелись его глаза, когда Эфорр объявил, что я – друг. Неожиданное доверие одинокого ребенка и радовало, и ранило. Всей душой желая помочь мальчику, я все же осознавала, что вынуждена буду его покинуть.
Слишком чуждой казалась мне Катана. Я не видела своего будущего в этом странном мире.
Да и собственное шаткое положение очень хорошо осознавала. Профессор давно должен был сдать меня властям, и не делал этого только потому, что сам находился в некоторой оппозиции к сенату. Я надеялась, что спешно избавиться от меня, отправив домой, ему выгодно.
Он сказал, что не доверяет мне. А могу ли я позволить себе роскошь поверить практически незнакомому человеку? Особенно после его таинственных, но весьма саркастических, намеков... Вдруг внимание его ипостаси ко мне чревато большими неприятностями?
Поужинав на кухне, я снова поднялась наверх. Час был поздний, но и не совсем ночь. Может, мальчик еще не спит. Охрана не стала препятствовать мне, когда я осторожно толкнула дверь в комнату Потти.
Навстречу мне сразу же двинулась фигура мисс Рой, смотревшей неприветливо.
– Что вы тут делаете?
– Я хотела немного посидеть с Потти, – миролюбиво ответила я.
– Профессор же объяснил вам, что малышу требуется особый подход.
– А я не буду его баловать, просто расскажу сказку и пожелаю сладких снов. Профессор позволил мне общаться с мальчиком, помните?
Мисс Рой неохотно согласилась, заметив, что будет неподалеку. Я взглянула на видневшийся в полутьме разобранный диван. Значит, она спит здесь, в гостевой части детских покоев.
Потти безумно обрадовался моему появлению. Я уселась рядом с ним на постель и котенок, обняв меня за руку, спросил, будем ли мы еще играть.
– Конечно. Но только совсем по чуть-чуть, чтобы ты привыкал к активным играм понемногу.
– Чтобы я ничего не разрушил? – мальчик опустил глаза.
– Ага.
Я была твердо уверена, что мощнейший выплеск силы Потти был вызван не его темной натурой, а тем, что ребенок постоянно сдерживал свою энергию, копил ее внутри. Странно, что сам Эфорр не понимал этого. Но ладно, что взять с сухаря ученого? Он не разбирается в детском воспитании, старомоден и дремуч. Но мисс Рой?
На прикроватном столике стояла фотография сестры Эфорра, красивой смеющейся девушки с ушками.
– Жалко, что мама уехала, – вздохнул Потти. – С ней наверняка было бы весело играть, а дядя скучный. И очень строгий.
Эх, грустно все это. Я догадывалась, что профессор сам боится мальчика, вернее того, что таится в нем. Пока он маленький милый котенок, но что будет, когда котенок вырастет? Когда осознает свою природу и мощь?
– Твоя мама была кошечкой?
Потти кивнул.
– Ночной кошкой. Это особенная порода.
– И чем она особенная?
Но Потти только нахмурил лобик и не смог мне объяснить. Сам не знал или это было чересчур сложно для него.
Ну что же, еще одна загадка, которую будет интересно разгадать.
И снова мне подумалось, раз сестра профессора ночная кошка, выходит, и сам профессор, простите, кот? Но почему же без ушей?! Какая странная семья...
– Ой, у вас тоже ушки! – вдруг вскрикнул Потти.
Я вздрогнула и прикоснулась к волосам. Но никаких ушек, естественно, не обнаружила.
Наверное, ребенок впечатлителен и скучает по материнскому теплу. У меня даже сердце защемило. Злило, что профессор такой дурак. В том же, что он любил племянника и заботился о нем как мог, я больше не сомневалась.
– Тебе показалось, Потти, – улыбнулась я, и поцеловала его в макушку. – А ты привязан к мисс Рой? Она не обижает тебя?
– Она хорошая, но тоже строгая. Все боевые маги такие, – сообщил мне Потти многозначительно.
Боевой маг. Вовсе не няня и не гувернантка, а телохранитель. Это многое объясняло.
Малыш вздохнул и уютно устроился, уже засыпая.
Вернулась я к себе в подавленном настроении. Надо же было так навредить ребенку! Я уже буквально видела, как выросший в железной дисциплине Потти, по достижении подросческого возраста с радостью переходит на темную сторону. Из протеста и детской обиды хотя бы. И как облегчить ему жизнь? Одного желания явно недостаточно. Необходимо как-то пробиться сквозь закостеневшие представления Эфорра о воспитании.
Еще волновало, что профессор не сможет обеспечить мое возвращение. Если он и заставит Нонна провести ритуал повторно, то нарушит этим закон.
И мысли о ритуале в последнее время пугали. Пожив немного в Катане, я уже не воспринимала магию шутливо, как раньше. А вдруг что-то пойдет не так? Что-то перепутается, и в плену шиншилла окажусь я? Или проснувшаяся здесь магия убьет меня в моем мире? Или по дороге обратно я распылюсь на частицы?
Перед сном я попыталась связаться с Агнес, но она молчала. Неужели окончательно сдалась и подлый грызун полностью захватил мое тело?
