— Между мной и Ташей все кончено, — внезапно признался Гордон.
— Очень жаль, — сказал Грэй и сделал глоток пива.
— Судя по твоему виду, эта новость тебя не очень удивила.
— Совсем не удивила. Этого следовало ожидать.
Подобный разговор происходил всякий раз, когда отец разводился с очередной женой.
— И что случилось? Почему вы решили развестись? — спросил сын.
Отец удивленно поднял брови, а Грэйсон подумал, зачем он задал этот вопрос?
— С какого-то момента что-то в наших отношениях разладилось, и все пошло наперекосяк.
— А что ты ожидал от брака с Ташей?
— Наверное, надеялся, что уж этот брак станет идеальным и мы проживем вместе до конца своих дней, — улыбнулся мистер Мэннинг.
— Что ты называешь идеальным браком?
— В этом-то и проблема, я не знаю. Постоянно ищу идеальную женщину и считаю, что очередной брак наконец будет удачным. Но на поверку все не так. Я не знаю, какими достоинствами должна обладать идеальная жена, и продолжаю упорно искать ее.
— Если ты не понимаешь, что именно тебе нужно, зачем продолжаешь жениться на женщинах, которых фактически не знаешь?
— Не понимаю. Каждый раз, стоит влюбиться, мне начинает казаться, что именно ее я искал всю жизнь.
— Значит, жизнь тебя ничему не учит.
— Все мои жены были разными. Каждый раз я женился на той, которая была полной противоположностью своей предшественнице. Так что кое-чему горький опыт меня все же научил.
Грэй рассмеялся.
Затем разговор перешел на другие, более обыденные темы. Об инвесторах, новых проектах и других деловых вопросах, касающихся фирмы «Мэннинг». Но Грэй постоянно ловил себя на том, что думает о личной жизни отца и пытается понять, почему он ведет себя так и почему, несмотря ни на что, остался неисправимым романтиком.
— Ты любил ее? — неожиданно спросил Грэй, перебив отца на полуслове.
Гордон с удивлением посмотрел на сына:
— Сначала думал, что люблю, теперь понимаю, что ошибался. После развода ощущаю невероятное облегчение. Если бы я действительно любил Ташу, вряд ли бы чувствовал что-то подобное.
После каждого развода в глазах отца появлялось странное выражение. Теперь Грэй понял: это облегчение. По идее, подобное чувство должен испытывать и он, расставшись с Лэни. Но почему-то не испытывал. Напротив, ощущал пустоту. Почему весь этот вечер она не выходит у него из головы? Он не видел ее уже несколько недель, перестал ходить на пляж по утрам. Встречи с ним причинили бы ей душевную боль, напомнили о расставании.
Но, возможно, дело не в Лэни, а в нем самом. Может быть, он не хотел бередить свои душевные раны, наблюдая за тем, как грациозно она плывет по тихой глади океана.
Лэни тяжело вздохнула. У нее никак не получалось развязать узел на фартуке. Наконец ей это удалось, и она повесила фартук на крючок.
Рабочий день был окончен. Они с Бобом закрыли кафе, вышли из зала в небольшой кабинет. Старик подсчитывал выручку.
— Ну как, начинаете привыкать к новой работе? — улыбнувшись, спросил он. — Представляю, как вы устаете, как болят с непривычки ноги!
— Устаю? Да что вы! Я столько лет усиленно тренировалась. Неужели вы думаете, что после таких нагрузок мне тяжело провести на ногах целый день?
— Вам бы открыть кафе на воде. Представляете, вы подплываете к столикам, чтобы принять очередной заказ.
Лэни помолчала с минуту, будто на самом деле обдумывала предложение Боба.
— Над этим стоит поразмыслить, — серьезно проговорила она и отправилась на пляж.
С тех пор как Лэни выкупила кафе Боба, она собиралась изменить расписание. В это время года в пять вечера совсем еще светло и немало желающих выпить чашечку кофе. Но пока не дошли руки.
Народу на пляже было немного. Несколько человек загорали. Собаки, играя, гонялись друг за другом. Дети плескались на отмели. Дул легкий ветерок, и на ровной поверхности воды изредка появлялись небольшие волны с белой пеной. Один серфингист даже пробовал оседлать одну из них, но тщетно. Вдалеке вырисовывался силуэт одинокого грузового судна.
Прищурившись, Лэни посмотрела на солнце, у нее заслезились глаза, она поспешно отвела их. В последнее время ее жизнь стала понемногу налаживаться. Перед ней открывались фантастические возможности. Боб окончательно собирался на пенсию, таким образом, вскоре она должна была стать единоличной владелицей кафе. Оставалось только подписать договор об аренде здания. Правда, пришлось снять со счета все сбережения и взять значительную ссуду. Лэни решила отложить покупку дома и ютилась в двух крошечных комнатках, примыкавших к кафе. Но это временные неудобства. Она пришла к выводу, что не может работать на кого-то, поэтому и решила попробовать себя в бизнесе, хотела полностью контролировать свою жизнь, отвечать за свои взлеты и падения, успехи и неудачи. Словом, кардинально изменить жизнь. Лэни чувствовала, что это кафе принесет ей удачу, и этот новый шаг в ее жизни не окончится провалом. А на пляже вообще ощутила это в полной мере. Вода всегда действовала на нее успокаивающе. Наедине с океаном Лэни казалась себе талантливой. Лишь мысли о Грэйсоне не давали ей покоя.
Лэни решительно поднялась и надела очки для плавания. Необходимо сосредоточиться на движениях и не думать о том, чему не суждено сбыться.
Солнце клонилось к закату, когда Лэни решила повернуть к берегу, а на прощание еще раз нырнуть. Она задержала дыхание и погрузилась в воду. Вдруг послышался плеск и прямо перед ее лицом возник ярко-желтый теннисный мяч. Лэни вынырнула и увидела Лютера, что есть силы плывшего к своему сокровищу. Вот он нырнул, но через несколько секунд уже показался на поверхности с мячом в зубах. Проплыл мимо Лэни, достиг берега, положил мяч на песок и выжидающе посмотрел на нее, прямо-таки дрожа от нетерпения. Ему очень хотелось поиграть с ней.
— Подожди немного, приятель! — прокричала Лэни. — Сейчас я выйду на берег, и мы обязательно поиграем.
Пес улегся на песок и стал терпеливо ждать ее. Казалось, он понял, что она сказала.
Лэни понимала: где-то поблизости Грэй. Разволновалась. Обернулась и увидела Грэйсона в нескольких дюймах от себя.
— Привет, — просто сказал он, словно они расстались только вчера.
— Привет. — Ее голос предательски дрогнул.
Некоторое время оба молчали.
— Боб сказал, что ты выкупила его кафе.
— Да. Целый месяц он учил меня своему ремеслу. И теперь, когда я освоилась, Боб со спокойной душой готов передать мне свое дело.
— Прекрасная идея!
— Да, то, что мне нужно.
И затруднительный разговор перешел в еще более затруднительное молчание.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
