Я моталась у него на плече и, несмотря на колющую боль, которая возникала при каждом шаге от соприкосновения эльфячьего плеча и моего живота, глаза стали закрываться, а мозг уплывал куда-то в страну грёз. Как в тумане я слышала изумлённый скрипучий возглас вахтёра в общежитии, его не менее скрипучие причитания, недолгий полёт на магоподъёмнике и суматошные метания рейка. В конце пришло облегчение от прохлады простыней — меня скинули на кровать.
— А ничего так устроились драконьи подопечные!
Это последнее, что уловил мой затуманенный мозг.
9.1
Просыпаться жутко не хотелось. Только осознание того, что нужно привести себя в порядок перед визитом домой, позволило разлепить опухшие веки. Во рту словно стая кошек нагадила, и эта же стая протопотала по телу, впиваясь когтями в кожу. Мышцы ломило. Нет, надо помимо ОФП либо бегать по утрам, либо заниматься йогой. Всего часа 4 поработала физически, а такое чувство, будто неделю мешки с мукой разгружала.
Я перевернулась на живот, широко открыла рот, несколько раз вдохнула и выдохнула, вентилируя лёгкие. Полегчало. В спальне было тихо и темно. Свет сквозь задернутые шторы пробиться не мог, а светильники я не включила. Было хорошо просто так лежать и балдеть от тишины и покоя.
Дверь тихонько отворилась, пропуская узкую полоску света и высокую стройную мужскую фигуру. Я слегка повернула голову и улыбнулась — Ник.
— Ты как, любимая?
Тёплые ласковые руки мужа осторожно коснулись волос, погладили и заботливо подоткнули тонкое одеяло.
— Как ты? — повторил Ник, нежно целуя меня в лоб, как ребёнка.
— Нормально.
Этот хриплый голос мой? Что вообще происходит?
— Который час? — дёрнулась я. Мне же нужно домой! Разрешение на портал только до 12 ночи действует!
— Лежи, ещё раннее утро.
Ник надавил на плечи, не давая мне подняться.
— Как утро? — опешила я. — Почему не разбудили? Мне к детям надо! Сколько я спала?
— Тьш-ш-ш-ш, — поймал мои губы Ник. — Тихо, любимая, тебе вредно волноваться.
Последние слова подействовали, как ведро ледяной воды.
— Я беременна?
И тут же запустила сканирующее заклинание. Муж устало вздохнул:
— К сожалению — нет. Но я ничего не имею против маленьких комочков жизни! — он игриво запустил руку под одеяло и ласково сжал грудь. Тело радостно откликнулось на ласку и затрепетало.
— Угу, — пробурчал из-под кровати Рерх. — Сначала комочки жизни, а потом кучки проблем!
Он выполз из своего убежища и укоризненно уставился своими золотыми глазами.
— А ты, Ария, самая большая кучка. Даже не кучка, а целая гора!
Николас поморщился. Сканирующее заклинание ничего опасного для жизни и никакой другой жизни внутри не обнаружило. Я немного успокоилась и опять предприняла попытку подняться, несмотря на многообещающий взгляд мужа. И вообще — где Керри? Если Ник здесь, то Керригаррда точно нет. Демон никак не мог найти общий язык с оборотнями, единственное, на что его хватило, так это признать и их права на меня. Но в то время, когда Март или Николас были со мной, у Керри всегда находились «неотложные» дела. Вот и сейчас, — Ник уже по-хозяйски развалился на кровати, стремясь подмять под себя моё тело, — значит, Керригарда нет. А кто же мне откроет портал домой? Разрешение только у него! Мне не дадут.
— Ник! — Я сбросила загребущие, хоть и такие ласковые руки мужа, и выпуталась из его объятий. — Мне в замок нужно. Я детям обещала.
Снежный барс огорчённо вздохнул и откатился.
— Любимая, боюсь, твой визит придётся отложить на пару недель.
— В смысле? — Я взвилась не хуже гейзера. Сила и ловкость вышеупомянутой стаи кошек мне в помощь. Даже мышцы перестали ныть. — Почему?
— Потому, что уже утро понедельника, тебе на занятия сегодня.
Он лежал на постели, заложив руки за голову и смотрел на меня своими потрясающими синими глазами, в которых отражалась такаю любовь, что мне стало стыдно за своё не совсем супружеское поведение. И тут до меня дошло:
— Понедельник? А куда делось воскресенье?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Моя способность трезво мыслить в любых ситуациях в одностороннем порядке нагло со мной развелась и ускакала в неизвестном направлении.
— Ректор отменил, — буркнул Рерх. — Рин, ты проспала больше суток. Вот скажи: когда ты научишься не тащить в рот всякую гадость?
Я судорожно прокручивала последние часы в Академии, но ничего подозрительного не вспоминалось. В безмолвной беспомощности обратилась к мужу.
— Твоё тело так среагировало на какое-то успокаивающее зелье, — объяснил Николас. — Твой эм-м-м … напарник по трудотерапии говорил, что ты пила энергетическое ведьминское зелье. Да только оно, почему-то, дало совсем противоположный результат.
Я вспомнила, как осушила кисленькое варево Дарии. Она что — хотела меня отравить? А как же Лео? Ведь она для него это зелье готовила?
— Э-э-э-э … Бред какой-то.
— Не бред, — авторитетно заявил кот. — Можно сказать, это зелье даже сократило время восстановления после общения с тварями тьмы. Да-да, — горделиво задрал он мохнатый подбородок, — мы всё знаем. Леонэль всё рассказал. И как у тебя ума хватило ментально общаться с сумеречными охотниками?
Рерх возбуждённо расхаживал по спальне. Шерсть на спине вздыбилась, по некоторым шерстинкам пробегали искорки, усы воинственно топорщились и вообще — весь вид фамильяра говорил о его крайнем негодовании.
— Я даже ничего не успел предпринять!
— Жрать надо меньше, — мрачно вставил рейк.
Он проявился на спинке кровати и сверлил кота недобрым взглядом.
— Ты уже похож на жирную сардельку. Не фамильяр, а ленивый жрун!
— Я силы коплю! — не хуже меня взвился Рерх. — Это от тебя пользы мало! А я так приложить могу — мало не покажется!
Эти двое всегда могли найти причину спора и цапались при любом случае.
— Конечно, не покажется, а реально мало будет. Только жиром пулять сможешь, — мстительно хихикнул рейк.
Рерх зашипел и пригнулся, готовясь к прыжку.
— Так, — жёстко сказал Николас, прервав начавшуюся перепалку. — Все вон! — и он королевским жестом указал на дверь. — И до утренней побудки чтоб я вас не слышал и не видел!
Под грозным и повелительным взглядом оборотня, Рерх прижал уши и хвост, а рейк забыл, как летать. Сразу пропали все причины для взаимной неприязни, и они, пятясь, поползли к выходу. Общая проблема сближает, что бы ни говорилось.
— Ну, вы тут отдыхайте, — пролепетал Рерх. — Мы разбудим, если что.
— Ага, — вякнул из-за его плеча рейк.
Николас покрутил кистью руки, увеличивая скорость отползания. Только, когда за мелкой живностью закрылась дверь, он переключил всё внимание на меня.
— Любимая, — по-кошачьи промурлыкал он, — так что там насчёт комочков и кучек?
— Не-не-не! — довольно взвизгнула я, ощущая на попе горячие ладони. — Никаких выпуклостей!
— А впуклости? — Ник одним движением подмял меня под себя. Сорочка перед этим жалобно тренькнула.
Я проследила её падение и горестно вздохнула:
— Ну, вот и первая кучка!
— Угурм, — мурлыкал барс, покрывая поцелуями шею. — Я намерен провести диагностику твоего тела. Полностью. Всем своим оборудованием.
До побудки студентов и занятий ОФП оставалось три часа …
9.2
Утренняя разминка с мастером Фурхом прошла вяло. Невыспавшийся орк, судя по его помятой морде лица, без настроения погонял нас по полю и отпустил на завтрак.
На развилке около общежитий меня встретил хмурый Леонэль.
— Привет, — поздоровался он. — Ты как?
— Лео, отвянь. Я всё утро это слышу.
— От кого?
Упс. Он же не знает, что я замужем и только что выпроводила одного из своих благоверных из спальни.
— От фамильяров, — нашлась я. — Их у меня два.
— А-а-а, — протянул парень. — Ну да.
Он шагал рядом и мялся. А я после занятий с мастером Фурхом хотела только одного — ЖРАТЬ! Поэтому спешила в столовую.
