Читаем без скачивания Жилищная афера - Дмитрий Щеглов

Без пяти одиннадцать, сразу на четырех машинах подъехали учредители, банкир Помпей, риэлтор Семен Фасонов и Нестор Сахно. За банкиром, как всегда тянулась охрана. Сначала они поздоровались между собой и лишь затем поочередно стали подходить к жене и родственникам, произнося дежурные слова соболезнования. Молодая вдова вместо приличествующей случаю скорби не могла скрыть на молодом лице удовольствия получаемого от внимания такого количества мужчин. А метрах в тридцати от них кто-то в открытую снимал их на видеокамеру. К нему быстро подошел начальник охраны банка, перекинулся парой слов и видимо удовлетворенный ответом вернулся обратно. Лиза расслышала, как он шепнул Помпею:

– Из убойного отдела.

Наконец работник морга объявил фамилию Капецкого и родственники вместе с женой прошли в зал прощаний.

– Речи здесь будем говорить или на кладбище? – спросил Нестор Сахно жену убитого.

– А это обязательно?

Тот неопределенно пожал плечами. Создавалось такое впечатление, что жена хотела побыстрее закончить тягостную процедуру. Похороны были какие-то цивильные. Никто не плакал, не вытирал носовыми платками нос и глаза.

– Те, кто не поедет на кладбище, прощайтесь здесь! – подсказал работник морга. Подошли несколько человек, в том числе и Помпей и Семеном. Гражданское прощание в морге закончилось. Затем рабочие переложили гроб на тележку и повезли его к автобусу. Провожающие стали рассаживаться в автомобили, банкир Помпей и Фасонов подошли к жене и родственникам и пожали всем руки. Автобус тронулся, а за ним выстроилась череда легковых автомобилей.

Любые похороны оставляют тягостное впечатление. Кладбище было старым. Место для убитого было в самом его начале, на одной их боковых аллей. Гапа сразу высказала свое мнение:

– Здесь ведь давно уже не хоронят! Интересно, кто постарался, сколько за место заплатили?

– Нестор наверно, как обычно и заплатил! Кто еще раскошелится? – сказала главный бухгалтер.

Лиза оглянулась. Их продолжали снимать на видеокамеру. Речей и здесь не стали говорить. И вдруг, когда начали прощаться, Гапа вдруг вспомнила, что не пригласили священника.

– Не по-христиански получается! – недовольно заявила она.

Ее одернул Кузьмич:

– Марья Ивановна, какое ваше дело. Он, может быть был атеист.

– Все равно не по-христиански!

– Ладно, мы вас по-христиански похороним, со священником, – пообещал Кузьмич.

– Я сама вас всех переживу! – оскорбилась Гапа и отошла в сторону.

Когда засыпали могилу, жена убитого пригласила всех на поминки. Недалеко от кладбища был снят банкетный зал. Когда все расселись, в роли распорядителя выступил Нестор Сахно. Он сидел рядом с женой убитого.

– Уважаемая Ольга, близкие и сослуживцы, позвольте мне, в этот скорбный час…

Нестор пообещал достать из-под земли убийцу и рассказал недлинный, но извилистый жизненный путь покойного. Оказывается, их пути когда-то пересекались, и он хорошо знал бывшего директора. Затем было дано обещание не оставить в беде вдову, на что Гапа тихо заметила:

– Подождал бы хоть немного, для приличия.

Сотрудники «Парадиз-сити» сидели на краю стола и могли совершенно свободно обмениваться впечатлениями, уверенные, что их не расслышат. В зале тихо звучала траурная музыка.

– У вас только одно на уме! – поддела Гапу главный бухгалтер. – Насмотритесь вечером по телевизору порнухи, а потом никому прохода не даете. Вы ей еще Мыколу моего припишите.

– Именно твоего!

– Давайте лучше помянем, – предложил Кузьмич, – никому ничего плохого он не сделал, не пойму я, за что его убили? Кому надо было?

Гапа обиженно поджала губы.

– Не видишь, как Нестор около этой красивой увивается. Ни одной слезы даже не уронила. Вот и соображай, кому надо было, а то все мозги пропил и думаешь, что и все остальные такие же. Неспроста, ох неспроста он возле нее трется.

– Ну и не из-за того, о чем вы с вашим болезненным воображением думаете, – возразила Гапе главный бухгалтер. – Между прочим, Нестор единственный порядочный человек, который помог ей в трудную минуту.

А Лиза вспомнила про кассету и подумала о том, что ключ к разгадке убийства находится у нее, к пропаже денег уж точно. Кассета, где сидели вместе Семен и первый директор Пройдоха, все объясняло.

Пока Семен Фасонов не торопясь продавал квартиры, его подельщик, Пройдоха, собрал три четвертых части денег по поддельному паспорту, и сбежал с ними за границу. Там они их поделили, оставив на расчетном счете тот минимум, на который можно возвести дом. Пенки собрал Семен, оставив двум остальным пайщикам головную боль.

А старушка Гапа откровенно намекает на любовную интрижку, на связь Нестора и молодой красивой вдовы Ольги. Какие еще выводы может сделать Гапа, если вдова вместо того чтобы быть безутешной, вон как улыбается Нестору, подумала Лиза.

А в это время на противоположном конце стола между Ольгой и Нестором шел оживленный разговор. Он склонялся к ее уху и что-то шептал. А она, забыв про поминки, неприлично улыбалась. За столом сидели уже с час с лишним. Языки у народа потихоньку развязались. Кузьмич пустил слезу, вспоминая о доброте убитого. Гапа и Любовь Гурьевна отодвинулись от него и жалея о том, что придется возвращаться вместе. Машина была одна на всех. Наконец задвигали стульями.

Слишком молодая и красивая вдова подошла к Лизе. Ее сопровождал Нестор Сахно. Красавица повернулась к нему и повелительно махнула бровями. Нестор прокашлялся и глухим голосом сказал Лизе:

– Машину Николая Ивановича, вашего бывшего директора, надо перегнать Оленьке домой.

– О чем вопрос, – сказала Лиза, – ключи в столе лежат.

Вдова-красавица удовлетворенная ответом дальше сама стала давать распоряжения.

– Соберите также его личные вещи и сложите в машину.

Лиза внутренне возмутилась. По какому праву она командует? Приезжай и собирай сама. Поэтому она твердо заявила:

– Личных вещей у него в кабинете не было.

Вдова красотка капризно сжала губы.

– Были! Кассеты были, несколько штук. Фильм «Гусарская баллада» и туфли новые, один раз одеванные. Вот и положите все это в машину. А химчистку салона я, так и быть, сама сделаю. Вы, если я не ошибаюсь, ездили на Тойоте?

Красотка Ольга испепеляла взглядом Лизу. Правда и в ответ получала тоже самое. Как жалела сейчас Лиза, что так старалась выбить ей материальную помощь. Да за ее отношение к покойному, ее конями бы надо разорвать на две части.

– За машиной можете в любое время приехать! – улыбаясь ядовитой улыбкой, сказала Лиза, – а насчет чистоты салона можете не сомневаться. Он чист, но если вы собираетесь жить в машине, тогда конечно отдалим ее в химчистку. Не переживайте так сильно! Приезжайте!

– Провожу друзей и непременно подъеду!

Обменявшись на прощание легкими кивками головы, дамы отвернулись друг от друга.

– Сочувствую, Елизавета, – с сожалением сказала Гапа, слышавшая разговор, – работать тебе у нас видно не придется. Сожрет тебя эта стерва, хотя и не пойму я, где ты ей дорогу перешла.

– А я не собиралась оставаться здесь, – холодно сказала Лиза усаживаясь на заднее сидение автомобиля.

В машине обменивались ничего не значащими репликами.

– Вдова-то, похоже, не очень горюет! – сказал Кузьмич.

– А чего ей горевать, она лет на двадцать была моложе Николая Ивановича. Рада небось до без памяти, что его убили, а может и сама руку приложила! – сказала Гапа. – От нынешней молодежи все можно ожидать.

– А у Капецкого, почему так мало родственников? – спросила Лиза.

– Он из неблагополучной семьи был, – сказала Гапа. Похоже, она все и про всех знала. – Женился недавно вот на этой… И нате вам, сразу бац и нету его. А ей ведь квартира останется от него, если дом построят. Она, теперь, прямая наследница его.

Главный бухгалтер тоже мазнула квачом по молодой вдове.

– На ней пробу негде ставить, куда только мужики смотрят?

– Мужики обычно смотрят на зад! – встрял в разговор Мыкола.

А Лизу охватило тревожное чувство. Не зря эта вдовушка-красавица упомянула про кассету. Значит, знает, что-то про нее. Знает, что она существует и хочет ее получить. Лизе и посоветоваться не с кем было.

У метро сошли Кузьмич и Гапа. Гапа сослалась на то, что у нее разболелась голова, а Кузьмича действительно надо было высаживать. Он готов был песни петь.

Когда подъехали к офису, Лиза еще не знала, как поступит. Она думала, что успеет вынуть пистолет из коробки, вставит туда кассету, а затем позвонит капитану.

Но Любовь Гурьевна не заходя к себе, прошла в директорский кабинет, вытащила из платяного шкафа совершенно новые черные мужские лакированные туфли, отложила их в сторону и подошла к книжной полке.

– Лиза! У нее еще кассеты здесь остались? Что ж, отдадим и кассеты. И ключ от машины отдадим.

Когда Любовь Гурьевна взяла с полки коробку с фильмом «Гусарская баллада» из нее выпал на пол пистолет. Лиза вздрогнула. Главный бухгалтер подняла на нее глаза.