В самый напряженный момент был объявлен перерыв, в ходе которого состоялось экстренное совещание членов Политбюро и Секретарей ЦК, участвовавших в работе Учредительного съезда Компартии РСФСР. На этом совещании Горбачев, поддержанный большинством своих единомышленников, ультимативно потребовал от И. К. Полозкова, во имя недопущения раскола партии, согласиться с тем, чтобы вопрос о принятии «Программы действий», поименованной Горбачевым уже «Основными направлениями деятельности Компартии РСФСР», был доработан с учетом обсуждения на Съезде и в партийных организациях и принят на ближайшем Пленуме ЦК КП РСФСР. И. К. Полозков вынужден был пойти на компромисс и не стал настаивать на голосовании проекта «Программы действий».
На последнем заседании Съезда, утром 6 сентября практически под занавес его работы, когда вопрос о судьбе проекта «Программы действий КП РСФСР» был уже предрешен, я получил слово для выступления. Вот с небольшими сокращениями стенографическая запись моего выступления:
«Манаенков Ю. А.: Товарищи, мы продолжаем обсуждение вопросов повестки дня Съезда. Выступает товарищ Осадчий Иван Павлович, руководитель Подготовительного комитета, заведующий кафедрой Кубанского государственного университета.
Осадчий И. П.: Уважаемые товарищи! Я, видимо, в известной степени виноват перед делегатами Съезда, что не проявил достаточной настойчивости попросить слова для выступления в первый день нашей работы. Но спасибо за то, что эта возможность была предоставлена хотя бы на финише обсуждения проекта «Программы действий».
Я вышел сюда не для того, чтобы защищать предложенный вам проект «Программы действий» или тех, кто разрабатывал этот документ. И проект «Программы действий», и все, кто причастен к его подготовке, открыты для критики – честной, справедливой, конструктивной. Здесь было сказано немало критических замечаний и предложений по содержанию предложенного документа. Было сказано много правды, но не вся правда. И мне хочется кое-что сказать в этом ключе. Прежде всего, в ряде выступлений прозвучало соображение о том, что проект «Программы действий» является дилетантским. Кто же эти дилетанты, породившие этот документ? Это не только 87 членов Подготовительного комитета, представляющих 87 краевых, окружных, областных партийных организаций. Это и 153 члена Центрального Комитета КП РСФСР, которые так же активно работали вместе с нами над документом. Это группа членов Центрального Комитета КПСС от парторганизаций РСФСР. Это большая группа ученых, десятки профессоров и доцентов различных направлений. Это рабочие и колхозники, инженерно-технические работники. Это депутаты, советские и партийные работники. Они не сидели в кабинетах Центрального Комитета партии. Они впитывали в себя, как по живым каналам и ручейкам, стекавшиеся мысли и предложения коммунистов всех партийных организаций. Таким образом, проект документа рождался в живой жизни и шел от настроений и предложений многих и многих десятков и сотен тысяч коммунистов республики. К нам подключались представители прибалтийских коммунистов, Украины, Узбекистана и многих других мест, член Секретариата ЦК КПСС Александр Николаевич Мальцев. Таков «дилетантский» состав, работавший над нашим документом! (Аплодисменты).
Второе. Хотелось бы отреагировать и на то положение, как здесь было сказано, что документ противоречив. Вы выслушали сейчас выступления представителей основных течений и направлений в партии. Все они трудились за одним рабочим столом над документом. Представьте себе ситуацию, которая у нас была каждодневно с утра до глубокой ночи, в каких спорах рождалась каждая мысль, каждое предложение. Да разве плохо, что эти противоречия пришли в строки, в разделы нашего документа? Мы хотели бы, чтобы учитывались настроения всех течений и направлений. Несмотря на скудость времени и жесткость обстановки, исключительную остроту дискуссий мы нашли силы перебороть самолюбие и амбиции и прийти на Съезд с общим документом, но с альтернативой по важнейшим проблемам. И пусть Съезд и коммунисты, пусть все видят и знают эти предложения, эти настроения, эту реальность. Сама жизнь наша противоречива – и в партии, и в стране в целом. Поэтому противоречив и сам документ. И я думаю, что в этом тоже богатство мысли и богатство документа.
Третье положение, о котором мне хотелось сказать, – это то, что в работе над документом принимала участие большая группа московских коммунистов. Мы им весьма признательны. Из тех 400–500 человек, которые были подключены к работе над документом, где-то третья часть – коммунисты Москвы. Многие из них отдали свои трудовые отпуска и активно, напряженно работали вместе с нами. Другие сочетали работу на производстве с работой в Подготовительном комитете, в его рабочих группах. Это тоже надо знать. Но это еще не вся правда. А правда заключается в том, что мы очень ждали и, естественно, хотели, чтобы возглавил эту работу и работал вместе с нами председатель Редакционной комиссии, избранный на Съезде, член Политбюро ЦК КПСС, первый секретарь Московского городского комитета партии товарищ Прокофьев. Мы ждали, но не дождались. Нам очень хотелось, чтобы в работе Подготовительного комитета и в его рабочих группах приняли участие такие маститые, компетентные, знающие ученые, как заместитель редактора журнала «Коммунист» Отто Рудольфович Лацис, но, к сожалению, не дождались и его визита. Мы видели его выступления только на страницах многих газет. Со дня окончания первого этапа Учредительного съезда и до начала второго этапа постоянно из его уст звучали негативы о Компартии России. Не дождавшись его делового участия, мы снарядили делегацию к нему в редакцию «Коммуниста» в составе трех профессоров, и я был в том числе. Попросили сделать замечания и предложения по проекту. Что было заключено в этих его замечаниях и предложениях, – вы увидите в перерыве на стенде – мы сейчас их вывесим. Там говорится о некоторых принципиальных расхождениях проекта «Программы действий» с Программным заявлением XXVIII Съезда. Редакционная комиссия, все, кто хотел разобраться в этом по сути, не нашли принципиальных расхождений… Так против чего же сегодня можно возражать?..
…Я бы изменил себе, если бы не сказал и другую часть правды.
А эта правда заключается в том, что с нами вместе работала большая группа работников Центрального Комитета КПСС из тех подотделов, которые занимаются Россией. Они с таким же напряжением, в две смены, без выходных, работали вместе с нами. С нами вместе работали три секретаря Центрального Комитета партии: В. А. Купцов, Ю. А. Манаенков и О. С. Шенин. Они активно содействовали нашей работе. И мы им очень признательны за помощь и поддержку, которую они оказали нам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
