Читаем без скачивания Острова среди ветров - Дэвид Карлайл

Марчела была ниже Валери почти на пядь и носила на голове копну темных волос, заплетенных в плотные кудряшки, которые она называла «дредами». Валери они казались просто безнадежно испачканными свалявшимися прядями.

— Может быть, лучше вернуться обратно. На аэродром, — робко предложила Валери.

— Не болтай ерунды. У тебя есть лаки, ты принята в Аирею. А эти бездельники скоро привыкнут и перестанут замечать тебя. Поверь мне.

Марчела подняла руку, и перед ними остановилась электрическая машина с зеленой лампочкой на крыше. Когда они забрались внутрь, женщина включила бортовой компьютер. Она явно не собиралась поддерживать разговор, и Валери стала смотреть в окно, прижав голову к стеклу. Она чувствовала себя испуганной маленькой девочкой. Все было так не похоже на мир, в котором она жила прежде! В нескольких шагах от их странного роботакси молодой человек и девушка примерно ее возраста целовались, свившись в крепком объятии. И люди вокруг не обращали на них никакого внимания. Что-то невероятное.

Они повернули за угол Больших рядов, влились в поток улиц, следовавших естественной структуре горной породы острова, и вынырнули на небольшую площадь с огромными жилыми домами, вырытыми в скалах. Все дома были абсолютно одинаковыми и росли вверх в форме перевернутой буквы «L», занимая не только стены, но и свод пещеры. Валери никогда не видела подобной архитектуры: освещенные окна блестели на фасадах домов и в глубине квартир, висевших над площадью, производя странное впечатление, будто строителям удалось обойти иконы притяжения.

В центре площади стояло большое пластиковое дерево, и его листья с подсветкой отбрасывали вокруг красивые зеленые лучи. На скамейках вокруг дерева сидело несколько джинсеев.

— Приехали, — сказала Марчела, выходя из роботакси.

— Куда приехали?

— В Бока Нуева, жилой район, в котором тебе выделили комнату. Отдельную. Правда, душевые и туалеты здесь общие. Ничего не поделаешь.

— Не страшно. В моем Институте было то же самое. Я привыкла…

Непринужденность, с которой Валери попыталась произнести эти слова, далась ей нелегко: она никак не ожидала, что придется жить в таком тесном контакте с ними! Девушка огляделась: под кроной дерева с иллюминацией, у подъездов домов — повсюду на площади она видела пышные, причудливо причесанные волосы и странные, непонятные, как ей казалось, враждебные лица. В ВИЦ было распределение обязанностей, была ответственность… Здесь — все по-другому: она впервые оказалась среди джинсеев, которые не признавали иерархии и знать не знали о своем социальном статусе.

Вместе с Марчелой они подошли к дому номер 71, поднялись на лифте на последний этаж и пошли по длинному коридору с низким потолком.

Остановившись перед безликой серой дверью, Марчела протянула Валери какой-то металлический предмет:

— Вот возьми, твой ключ.

— Что? Ах да, конечно…

Валери недоуменно уставилась на лежавший у нее на ладони маленький брусок железа, совсем не похожий на магнитные карточки или системы сканирования отпечатков пальцев, которыми она привыкла открывать двери.

Марчела фыркнула, забрала ключ, ловко вставила его в скважину, два раза повернула против часовой стрелки и открыла дверь.

В крошечной комнате не было ни одного окна, зато через толстую прозрачную пластину в полу можно было видеть раскинувшуюся внизу площадь. Новое жилище Валери находилось прямо над искусственным деревом.

— Ну вот, — сказала Марчела, входя первой. — Тебе надо будет прибрать здесь. В душевых в конце коридора есть кладовка со всем необходимым. Нажмешь сюда, — продолжала она инструктаж, указывая на кнопку в стене, — и с потолка спустится мини-кухня, правда, у тебя все равно нет проточной воды, поэтому советую есть в столовой. И вот здесь можешь выдвинуть из стены кровать.

— Замечательно, — пробормотала Валери, почувствовав желание бежать из этого места, вызвавшего у нее острейший приступ клаустрофобии.

— Вода в душевых подается нормировано. У тебя есть право на один душ в неделю. Не превышай этот лимит, иначе соседи по этажу начнут протестовать. Зато гигиеническими салфетками можешь пользоваться в неограниченном количестве. Только не забывай отправлять их в переработку.

— Соседки! Ты хотела сказать «соседки», да?

— Жилые комплексы, душевые и туалеты у нас не разделяются. Мужчины, женщины — все вместе. Надеюсь, тебя это не шокирует!

Валери сделала глубокий вдох, пытаясь переварить все эти новости.

— Что ж, я думаю, все на этом, — сказала Марчела, критически осмотрев ее с ног до головы. — Располагайся. Осваивайся. Как только тебе найдут работу, за тобой придут.

Валери бросила быстрый взгляд на душевую комнату, облицованную желтоватой плиткой, и отпрыгнула назад от удивления. Внутри с совершенно равнодушным видом прогуливались голые мужчины и женщины. Их тела были не бриты, и мужчины… Валери впервые в жизни увидела живых голых мужчин. Они были отвратительны.

При появлении девушки-сейджин все эти джинсеи остановились, перестали разговаривать и, не скрывая враждебности, принялись разглядывать ее. Валери покраснела от стыда, сжалась в комок и быстро оглянулась в поисках кладовки, о которой ей говорила Марчела. Опустив голову и стараясь не обращать внимание ни на людей, ни на их взгляды, она стремительно пересекла душевую, открыла дверь в дальней стене и так же быстро вернулась в свою комнату, сжимая в руках старый пылесос и огромную упаковку гигиенических салфеток.

О душе можно было забыть: лучше вонять, как джинсей, чем снова пережить подобное унижение.

Лишь закрыв за собой дверь своей комнаты, Валери снова смогла дышать. Ей вдруг вспомнилась одна старая максима, усвоенная в стенах Института в Новом Оксфорде: «Сейджин никогда не должен испытывать ни смущения, ни страха». Валери горько улыбнулась: совместные душевые явно сюда не включались. Впрочем, она и сама не могла предвидеть ничего подобного. И оказалась не готова.

Она начала медленно убирать комнату, то и дело останавливаясь и глядя из странного окна в полу на освещенное дерево. Нервы расшатались настолько, что ей хотелось реветь в голос. Она чувствовала себя одинокой в совершенно новом, не принимавшем ее мире. И рядом с ней не было Леони, которая могла бы все изменить одной улыбкой или шуткой…

Валери приставила пылесос к стене и опустила кровать, которая заняла почти всю комнату. Потом быстро переоделась и, оставшись в трусах и майке, «приняла душ» из гигиенических салфеток. Лежа в постели, она долго изучала потолок своей новой комнаты. Простыни были из какой-то странной пыльной ткани, от которой у нее чесалось все тело. Она не могла здесь оставаться. Ей надо было уйти, но куда? Она уже не новобранка, старая жизнь кончилась, и ей нужно было с этим смириться. И попытаться не уступать абсурдности этого странного, грязного, совместного мира, в котором она оказалась.

— Что ты о ней думаешь? — спросил Бимбо, протягивая руку.

Лоренцо, наблюдавший, как гигант снимает панель со сломанного рефрижератора, передал ему отвертку.

— О ком?

— О Валери, о ком еще?

Бимбо открутил последний шуруп, Лоренцо взял обратно отвертку, и они вместе стали вращать ручку главной дверцы. Она давно заржавела, и снять ее было нелегко.

— Она — сейджин, — ответил наконец Лоренцо. — И этим все сказано.

— Плохо дело, — добавил Бимбо. — Татуировка лаки подтвердила ее историю, но мы ведь знаем, какие штучки способны придумывать эти сейджины.

— По-моему, было глупо принимать ее в город, с татуировкой или без нее.

— На самом деле, друг мой, другого выхода не было. Правило лаки действует для всех. Да, и не стоит недооценивать Кортеса: я уверен, у него уже есть какой-то план. Осталось лишь дождаться решения совета.

— Кого?

Сделав еще один, последний рывок, они наконец высвободили ручку и повернули ее на пол-оборота. За дверью обнаружился зубчатый механизм, и Лоренцо передал Бимбо разводной ключ.

— Совета старейшин. Последнее слово за ними. Они решат, что делать с этой сейджин.

— Но она уже слишком много знает. Может, лучше?..

Бимбо покачал головой:

— Мы стараемся не делать определенных вещей, если это возможно. Не хотим уподобляться Сфере. И потом, я ведь тебе уже как-то говорил: убей бритого — и бед не оберешься.

ЧЕТЫРЕ

17 ТЕРМИДОРА 2251 ГОДА. АИРЕЯ.

34є 36' Ю. Ш., 58°25′ 3. Д., 34 М НАД НУЛЕВЫМ УРОВНЕМ.

Она не могла в это поверить. Невероятно! Уму непостижимо! Как они смели! Они заставили ее работать. За три дня Валери успела переделать всю самую грязную и унизительную работу, которую только могла себе представить в душевых и на кухне. А сегодня еще и прачечная. Она должна была загружать огромные стиральные машины мерзопакостной униформой солдат-повстанцев.