Признаться, об этом Вася не подумал. Даже неловко как-то стало за себя и досадно за Иринку. Не могла помолчать, что ли? Так все было хорошо, а она влезла со своими комментариями.
Но Иринка все исправила сама.
– А, знаю, что ты задумал! – воскликнула она, хлопнув в ладоши. – Если там, у соседей, будет закрыто, ты просто отсидишься у них на балконе.
– И?..
– Спрячешься, конечно, хорошенько, чтобы тебя не было видно. А я в это время приглашу к себе полицию, пусть убедятся, что я никого у себя в квартире не прячу, и сваливают с концами.
– Так мы и сделаем.
Вася обрадовался тому, как ловко он все придумал. Он даже ни на миг не усомнился в том, что эта мысль пришла в голову первому именно ему. Иринка ведь сказала, что он первый все это придумал. И смотрит она теперь на него прямо как на героя.
Но когда они вышли на балкон и Вася измерил на глаз расстояние до него, бравады в нем несколько поубавилось. Это лишь из комнаты казалось таким легким делом прыгать с балкона на балкон. И хотя балконы примыкали друг к другу почти вплотную, но между ними имелось некоторое расстояние, перешагнуть которое было еще как-то надо. А шагать над темной пропастью, которой зиял двор под ногами у Васи, было страшновато. Как уже говорилось, героизм не числился среди почетных качеств нашего героя.
И он решил потянуть время:
– Ты хоть немного знакома с ними?
– Милейшие люди, – заверила его Иринка. – Пожилая семейная пара. Муж и жена. Очаровательные старички. Оба на пенсии. Сейчас они на даче, закрывают летний сезон. Ну, знаешь, всякие там кабачки-помидоры.
– Очень хорошо, что твоих соседей нет дома.
– Просто прекрасно.
Тянуть волынку дальше было невозможно. И Вася сказал:
– Ну, я пошел.
И остался стоять. Иринка молча смотрела на него своими чудесными глазами. Нет, надо было уже решаться. Чем дольше стоишь, тем страшней. И Вася прыгнул. Он не волновался, что его могут увидеть снизу. К этому времени на улице уже совсем стемнело. И его прыжок остался без лишних свидетелей. Его видела одна лишь Иринка, собственно, ради нее Вася и старался. Увы, красиво прыгнуть не получилось. Вася приземлился на какие-то ящики, в которых хранились те самые заготовки. Ящики упали. При падении ящиков хранящиеся в них банки тоже разлетелись во все стороны и, кажется, кое-что разбилось и даже потекло что-то такое сладкое и липкое.
– О-о-о… мед!
– Ты как там?
– Порядок.
Про себя Вася подумал, что надо будет ему компенсировать старикам их запасы. Разбитая трехлитровая банка меда – это вам не копеечки. Так что возместить ущерб пенсионерам нужно было обязательно. Вопрос возникал лишь со временем, когда Вася сможет это сделать. Если Васю посадят, старички могут и не дожить до этого светлого мига, когда на их пороге появится Вася, обвешанный банками с солеными огурцами, малиновым вареньем и медом.
Увы, балконная дверь в квартиру пенсионеров была плотно закрыта. Ломать еще и ее Васе не захотелось. Не совсем уж он был бессовестный, достаточно и того, что он напортил, натоптал и разбил на балконе, потрудился как слон в посудной лавке. Так что пришлось принять к исполнению второй план, по которому Васе надлежало отсидеться в своем укрытии до ухода полиции. Что он и сделал, уведомив Иринку о том, что придется прибегнуть к плану «Б».
– Я сообщу тебе, когда они уйдут, – откликнулась Иринка. – Сиди тихо и жди.
Ждать Васе пришлось долго. Ему было скучно. Один раз на Иринкин балкон высунулся кто-то из полицейских. И Вася понял, что их с Иринкой план сработал. Но полицейский исчез, а Иринка все не появлялась. От нечего делать Вася принялся подъедать заготовки из поврежденных банок. Чего им пропадать? Чем помидорчикам тухнуть на балконе, пусть уж лучше окажутся у него в животе.
Рассол из разбитых банок вытек, но хрустящие огурчики и весьма вкусные помидорчики уцелели. Надо было лишь тщательно очищать их от крошек стекла, чем Вася и занимался, борясь со скукой. Банка с медом, оказывается, уцелела, она лишь перевернулась, крышка открылась и немного меда из нее вытекло. На десерт Вася слизал и мед. И даже не порезался.
Но когда закончились и огурцы, и помидоры, и мед, Васе стало скучно. По его подсчетам, прошло уже больше часа с того момента, как он сидит тут.
Сперва он испытывал лишь раздражение.
– Что можно так долго делать?
Прошло еще какое-то время, и Вася стал тревожиться.
– Не случилось ли чего?
К тому же стало холодно. И захотелось пить. Маринованные закуски и мед – это хорошо, но пить хотелось все сильнее. Вася уже перестал бояться, для тепла и безопасности он зарылся в пустые ящики, а уцелевшие банки поставил в ряд вдоль балкона. Навел порядок, одним словом, как мог. Но чем заняться еще, не представлял.
Наконец появилась Иринка.
– Они ушли, – прошептала она. – Возвращайся назад.
Вася вылез из-под ящиков, размял конечности. Ноги у него свело, руки слиплись от рассола и меда.
– Как бы не свалиться мне во время прыжка.
Но все прошло благополучно. Он даже сумел довольно ловко приземлиться и ничего не разбил и не сломал. Наверное, набрался опыта.
Иринка оглядела его как триумфатора.
– Пошли, напою тебя горячим чаем. Ты, наверное, замерз.
– Еще бы. Что вы так долго возились?
– Ну, ты же знаешь полицейских. Пока осмотрели всю квартиру, пока выяснили, почему я не открывала. Кстати, я им объяснила, что плохо себя почувствовала, выпив виски, которое ты принес.
– Зачем?
– Надо было привлечь их внимание к этому виски.
– Значит, ты им призналась, что общалась со мной?
– А как я могла это скрыть? Надо было дать им понять, что я вовсе не намеревалась помогать преступнику. Сказала, что ты выманил у меня машину обманом. Ахала и ужасалась, а потом обвинила тебя в том, что ты пытался меня отравить. Они восприняли мою жалобу с большим энтузиазмом.
Вася оторвался от чашки и уставился на Иринку.
– Что-то я не пойму, ты за меня или за них?
– За тебя, конечно.
– Зачем же ты меня обвинила в том, что я хочу тебя отравить?
– А как иначе мне было привлечь их внимание к той бутылке? Ведь ты сам говорил, что она неспроста появилась у тебя дома. Кто-то хотел, чтобы той ночью ты крепко спал. Иначе ты мог услышать, как стонет Лена, мог позвать на помощь, а помощь могла приехать вовремя. Но так как ты был одурманен снотворным и пришел в себя, когда было уже поздно, план преступника сработал.
Вася молчал. Действительно, бутылка с виски очутилась у них дома весьма странным образом. Ленка сказала, что это презент от какой-то женщины.
– Какая-то тетка сунула ее Ленке, подкараулив возле нашего дома. Женщина сказала, что это презент в память о великом человеке, каким был Осинкин. Дескать, он помог этой женщине, и она ему очень благодарна. Узнала о его смерти и просит, чтобы мы – близкие этого великого человека – выпили бы за упокой его души. Ленка и выпила. Прямо у меня на глазах отхлебнула из бутылки. А потом ушла. Ну а следом за ней и я выпил. И вырубился до середины следующего дня.
– Видимо, в этой бутылке было сильнодействующее снотворное. Полицейские тоже со мной согласились. Сказали, что, будь там яд, я бы так легко не отделалась. Они составили протокол об изъятии этой бутылки, зафиксировали все, что я могла рассказать о ней, а потом еще долго разговаривали.
– О чем?
– Понимаешь, они тоже пришли к выводу, что нашу семью кто-то целенаправленно уничтожает. И они думают, что это делаешь ты. Правда, их смущает отсутствие имущественной составляющей. Все эти смерти не принесли лично тебе никакой выгоды.
Вася задумался. Действительно, смерть Ленки его не обогатила ни на копейку. Они были фактически банкроты, и лишь неимоверные усилия Васи позволяли это скрывать от жены. Смерть Отара Ревазовича также не могла принести Васе никакой материальной выгоды. Ну а смерть Нины Ивановны могла бы сделать Ленку обеспеченной дамой, вот только сама Ленка к этому моменту была уже мертва. И значит, наследство после Нины Ивановны получит ее сестра. Вася в данном случае опять проигрывал.
– Это заставляет их чуточку усомниться в твоей виновности. Но все равно, пока у них нету более реального подозреваемого, они думают на тебя. Особенно после сегодняшней смерти Нины Ивановны, как они сказали, носящей явно насильственный характер.
– Спасибо, утешила.
– Но я верю в твою невиновность. Несмотря на то что в живых остались лишь ты и я. А про себя я точно знаю, что никого не убивала.
Вася про себя это тоже знал. Хотя в последние дни ему все чаще приходила в голову ужасная мысль о собственном безумии. Вдруг он убивает, даже сам того не осознавая? Очень давно Вася смотрел фильм с Микки Рурком, назывался «Сердце ангела». Так там преступник весь фильм весьма активно расследовал многочисленные убийства, уверенно шел по следу преступника, а потом в последних кадрах вдруг выяснилось, что убийца – это он сам. Что он одержим дьяволом, который и заставлял его совершать все эти чудовищные преступления.
