За своих женщин мы не боялись, если даже подведет банк, у них с собой было алмазов на сумму около миллиона долларов США и ещё наличные. Да и здравомыслие и житейская смекалка у них присутствовала. Если не пропали в африканских джунглях, то и в городских справятся. А нас ждала обратная дорога. На душе было неспокойно, слишком всё шло легко и спокойно. Это было не к добру. Впереди был бросок к самолету и обратный перелет. Но как гласит народная мудрость: "хочешь рассмешить бога, приготовь планы".
Прямо у городской окраины, нас тормознули местные инспектора ГАИ, вернее аналог этой службы. Традиция однако никуда не делась, золотая монета и мы поехали дальше. Только достали пулемет из под тряпок, мы решили, что лучше так, чем в канаву, уж очень выразительный был взгляд вымогателя и держали нас на этом посту долго, а как в джунгли скользнул один из постовых, то приметил командир. На душе было тяжко, все таки девочки прикипели к сердцу, да и судьба будущего ребенка тревожила. Аналогичные мысли терзали и моего напарника. А тут ещё местная гопота решила нас положить и ограбить. К месту засады мы подъехали с мыслью, как же эти негры зае..ли и когда пальма стала рушиться поперек дороги, мы сразу среагировали. Джип сбавил скорость и на медленном ходу переваливаясь с бока на бок преодолел преграду, лень наказала бандитов, они решили не париться и срубили пальму по тоньше, что и погубило горе разбойников, я практически на расплав ствола поливал огнем кусты , а затем одну за другой закинул в джунгли две гранаты. Вообщем проскочили и понеслись дальше. Дорога была прктически пустой, лесовозов не было а пара автобусов нас не задержала.
Подъехав к месту хранения джипа, мы вывели автомобиль из строя и быстрым шагом поли к спрятанному самолету. Дальше был тяжелый труд, горючее хранилось в прикопанной цистерне, насос завести мы не смогли, была какая то секретка, пришлось таскать ведрами, тот ещё геморрой, но все когда то кончается. Мы все таки заправили самолет, но световой день заканчивался, а в ночных условиях, только по приборам, таких умений у нас не было. Решили ждать утро, собственно других вариантов и не было. Разогрев пару банок тушенки накатив по пятьдесят грамм ужинали. командир откровенно рассказывал о своей жизни. Сам он был из семьи потомственных военных, его предки воевали еще в руско — японскую, затем была Первая Мировая, затем Гражданская, зацепили они и интербригады в Испании, Финскую и естественно Великую Отечественную в большие чины не выходили , но до полковников служба доводила. У командира не было сомнений и он поступил в военное училище в Киеве. Там все и случилось, как все курсанты он бегал на танцы знакомился с девушками и естественно, что в конце концов одна из девушек сообщила ему, что беременная. Пятый курс до выпуска считанные дни, планировалось распределение в Москву, в гвардейскую придворную дивизию. А тут вызов к начальнику училища и предложение ехать на Дальний Восток нести службу в разведпункте "Холуай" /Секретная часть "Холуай" Тихоокеанского флота, она же 42 МРП СпН (в/ч 59190), была создана в 1955 году в бухте Малый Улисс вблизи Владивостока/. Воспитанный в жестких рамках, он даже не подумал отказываться. И стал строить планы как он вместе с этой девушкой поедет на службу, как родится мальчик и он его воспитает настоящим мужчиной. Эта новость мягко говоря не обрадовала его избранниц и поступил ультиматум или или. Либо он едет в Москву и тогда у него есть жена и ребенок, или она некуда не едет. Командир решил , что это блажь пройдет, но через пару дней придя в гости к подруге, он её не застал. На столе была записка "Ты не достоин быть отцом, ребенка не будет, делаю аборт". Так собственно он и не стал счастливым мужем и заботливым отцом" и уехал на Дальний Восток. Потом был вызов в Москву и отправка сюда в Африку. А здесь снова женщина и будущий ребенок. Только здесь ребенок желанный, но в Союз не взять. поэтому родился авантюрный план вывезти женщин и будущих детей, благо средства позволяли. Так и прошла ночь в откровенных разговорах и мечтах лет через ... приехать во Францию и разыскать и любимую женщину и любимого ребенка. Долг победил любовь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Тени пришли под утро, к костру кинулись тени с копьями и стали колоть спящие фигуры, счастья это теням не принесло. Автомат одиночными выстрелами положил все тени. Окружающие джунгли не сильно даже обеспокоились. На автомате был надежный глушитель. Рассвело, больше теней не было. Осмотрели трупы. Набедренные повязки, головные уборы из какой то ерунды и копья, да на поясах ножи скверного металла. Классические голожопые африканцы, даже не интересно. Никаких трофеев. А нам предстояло чинить шасси и стойку, эти бл.. нехорошие африканцы, зачем то сломали самолет. Ремонт был не самый трудный, просто замена шасси мы справились и это радовало, шло время надо было вылетать , а мы возились на земле. Стали грузиться, вещей было собственно мало, взяли на всякий случай боеприпасов и два пулемета. Почему взяли патроны — как сказал командир, патронов бывает мало и бывает мало, но больше не унести. А тут машина — увезет. И наконец — то обратный путь ,пробег по взлетно-посадочной полосе и самолет оторвался от земли и мы летим домой. ну как домой, пока на чужую базу к Луали, а что там будет видно, пока летим и ладно. Полет шел трудно, шли через грозу но я отвлекся от всех природных катаклизмов и мечтал. Вернусь в Союз, попробую взять путевку за границу во Францию и найду Мари или пойду работать в МИД и поеду во Франию и опять найду Мари и ребенка и тогда возьму их в Союз. Вообщем, не зря наукой доказано, любовь отупляет. Ни один из вариантов мечтаний и близко был выполним. Так розовые сопли. А молнии били все чаще и всё ближе, а парашютов не было. Командир оторвался от своих дум и спрашивает, что будем делать. Что делать. А у нас типа море вариантов, только лететь к цели. Я отвечаю, — вперед и никаких гвоздей. За все это время мы пролетели территорию Габона и вышли к границе Конго и дважды пересекли границу с Конго и подошли к границе с Кабиндой и тут грозовой разряд ударил, практически рядом, молния прошла на расстоянии вытянутой руки от остекления кабины. И ничего, мы не успели среагировать, а вот приборная доска успела отреагировать на электрический разряд и все приборы отказались работать в таких условиях. Не работал ни один прибор, самолет накренился и повернул, у нас остался один ориентир это берег океана. Летя вдоль берега, мы могли спокойно долететь до порта Кабинда и там либо садиться, либо по сетке дорог идти к Луали. Дорожная сеть не развита вполне будет хорошим ориентиром. Через час полетного времени, появились огни как портовые так огни на топах мачт, на рейде стояли суда крупные а в районе море огней мелких рыбацких суденышек. Поворот на новый курс и мы пошли вдоль дороги вглубь провинции. Время шло, топливо неумолимо шло к концу, но пока тянул двигатель каждая минута полета приближала нас к базе. На саму базу решили не идти, без приборов слишком легко промахнуться и уйти в Африку а из глубин континента возвращаться ещё то удовольствие, да и время поджимало. В Луали нас ждали сегодня и уж совсем край завтра. Двигатель зачихал и всё тишина, планер из этого самолетика посредственный и на выбор места посадки нет времени. На посадку пошли прямо на то пространство, что было под крылом . Страшный треск удар и тишина. Живы, сели. Полезли наружу на воздух. Самолет вдребезги, ремонт не подлежит это ясно даже нам. Хорошо не было топлива и не было пожара, сгорели бы к гадалке не ходи. В очередной раз наши ангелы хранители спасли нас, не зря говорили — на войне нет атеистов. Будь ты коммунистом или беспартийным, все общаются с Богом. Но у каждого это дело личное. началась выгрузка оружия , боеприпасов и имущества. Сложили все хабари в кучу. До захода солнца еще два часа, надо теперь определятся где мы. Что на Земле, в Анголе и в провинции Кабинда понятно, а вот подробности нужны были срочно. Звук работающего двигателя грузовика услышали мы одновременно, приготовили пулемет и ждем.
