Читаем без скачивания Тень берсерка - Валерий Смирнов

Стол гостеприимных хозяев ломился от деревенского изобилия, несмотря на регулярные вопли столичных депутатов-аграриев, до чего плохо стало жить село. Никаких заморских изысков с непременными ингредиентами консервативного свойства, пропахших целлофаном еще до просрочки даты продажи. Повезло майору Саенко, такой тыл имеет, даже если не иметь в виду дразнящие бедра его второй половины. Дом — полная чаша, хозяйка отменная, дети воспитанные — поздоровались чинно и ушли в свою комнату. Жаль, конечно, нельзя убедиться, какова чернобровая ночной порой, догадываюсь, что ого-го! Но если ошибаюсь, хотя это вряд ли, то все равно майору повезло.

С такой жинкой легко быть честным ментом, она наверняка хорошо молотит через своих лоточников, обстановка в доме это подтверждают. Правда, мой тонкий вкус, подразумевающий пристрастие к пышным фигурам, поражает изобилие ковров, ими разве что потолки не обиты. Да, честный мент с такой-то хозяйкой вполне может не задистрофиться до стадии Маркушевского в ожидании зарплаты за сентябрь прошлого года, а даже перевести ее в один из немеряно расплодившихся благотворительных фондов.

Но если Саенко такое сделает, кто ж поверит, что он честный? К тому же все вокруг стонут, до чего они нищие, а благотворительных фондов развелось, будто страна прет на международный рынок с одной-единственной целью — подхарчить на нем страждущие от регулярной бескормицы недоразвитые страны. В Америке с ее заскоками по части благотворительности подобного фондового изобилия не наблюдается. Отсталая страна, одно слово, не понимает, как здорово можно их использовать, не просто отмывать деньги, но и качать их сильнее, чем насосом.

Гостеприимство четы Саенко не знало границ человеческих возможностей. Хозяйка накладывала на мою тарелку громадные куски тушеного мяса, пампушки размером с пирамиду Хеопса, домашнюю колбасу нескольких сортов, искрящуюся червленым золотом рыбу, сальтисон и всевозможные соления. У меня сложилось твердое впечатление: как по моим стопам сюда прибудет киносъемочная группа в полном составе вместе с удачливыми охотниками, лишь бы помочь управиться с содержимым тарелки.

Майор Саенко от души угощал собственноручно изготовленной водкой. На своем веку мне пришлось похлебать этой радости, но с таким привкусом сталкиваюсь впервые.

— На осиновой коре настояна, — раскрыл тайну честный мент. — Нет ничего полезнее.

— Это точно, — согласился я. — Не зря Иуда перебросил петлю именно через это дерево.

— Библейские сказки, — протянул так называемый хозяин дома. — Она, конечно... Но вот скажи, отчего дикие звери идут к осине, кору на ней гложут? Самое горькое дерево, а они выбирают не дуб, не березу. Осина — и только! Просто вот в этом дереве, понимаешь, сила такая целебная, лучше любой химии. Надежнее даже. Таблетки одни органы лечат, а печенку разбивают вщент, уразумел?

— Наливай! — безоговорочно соглашаюсь с целебными свойствами водки, которая не действует на печень из-за осинового присутствия. — Дай Боже, чтоб завтра тоже!

— Горяченькое берите, — защебетала хозяйка, пододвигая бадью с сочащейся ароматом снедью, — грибочки, сама солила... А у вас большой магазин? Капустку, с лучком, яблочками, сама квасила, пробуйте...

Мадам Саенко сыпанула на пробу поверх мяса такую ложку капусты, которой можно было бы закусывать до таяния снегов.

— Спасибо, — искренне благодарю хозяюшку, прижавшуюся роскошной грудью к плечу мужа.

У честного мента, по всему видать, от жены секретов нет. Даме, скорее всего, интересно: она самая удачливая среди занимающихся бизнесом или есть кто покруче? Можно слегка приврать, отчего не сделать хозяйке приятное? Похвалить ее дом, каких мало, рассказать про свой магазин, впрочем, не магазин, а такую маленькую лавчонку, где, кроме одного продавца, вмещается еще два покупателя. Только хороший муж потом обязательно поведает супруге о своих догадках по поводу моего тяжелого финансового положения, так что нечего даже в благих целях благодарить обманом хорошую женщину. К тому же у меня к майору есть небольшое дельце. И чтобы он побыстрее согласился, нужно сильнее заинтриговать честного мента, поведав хотя бы о сотой доле моего скромного состояния.

— Да, большой, — откровенно признаюсь хозяйке, смотрящей на гостя с явным любопытством. — И не только магазин. У меня галерея, ресторан,туристический комплекс.

Я вовремя остановился. Хватит и этого. Бизнес-вумен наконец-то встретила на своем торговом пути человека, у которого есть больше, чем у нее. Вот отчего я благоразумно умолчал об антикварных салонах, остальных магазинах, не говоря уже о всем прочем, позволяющем смотреть с уверенностью в завтрашний день даже из окна «Метелицы».

Кстати, отели тоже имеются, и в Европе, и в Америке, а великолепный дом Саенко смотрелся бы домиком Тыквы рядом с моим южноморским особняком, нафаршированным произведениями искусства общей стоимостью... Интересно, а действительно, сколько стоит моя личная коллекция, если не считать бриллиантов Сабины? Миллионов сто-двести, впрочем, ну их, знать до цента, чем обладаешь, — плохая примета. Я уже убедился в неточности поговорок на денежную тему. Чем меньше внимания обращаешь на бабки — тем больше их становится. Это проверено на практике.

— Буженинку, — снова защебетала хозяйка, твердо решившая прикончить меня самым оригинальным в стране способом, — а вот телятинка, котлетки на пару... Филейку пробуйте!

Несмотря на возможность скоропостижно скончаться от заворота кишок, в который раз иду на риск, попутно размышляя, что с гораздо большим удовольствием продегустировал бы отменное качество филея самой хозяйки. С таким-то гостеприимством при отсутствии Олега на это вполне можно было бы рассчитывать. Однако майор Саенко сидел рядом, твердой рукой разливая водку в почти антикварные чарки, а потому пришлось ограничиться филейкой на тарелке, слегка уступающей размерами средневековому щиту.

Мои сладкие грезы, скорее всего, вызвала отменная водка, настоянная на горьких осиновых стружках. Вдобавок из недр памяти пришли воспоминания о девушке... как ее? Не помню, много их было, но место запомнилось навсегда, хоть минуло два десятка лет. Такая же деревня, раза в три поменьше, сеновал и она, чернобровая, сочась белизной пышного тела среди остро пахнущего зеленовато-коричневого разнотравья, прикрывала ладонью глаза, приговаривая: «Ой, не нужно», а в это время ее вторая рука настойчиво толкала вперед мои ритмично двигающиеся бедра...

— Будет хлеб, будет и песня! — вместе с цитатой отгоняю хмельное наваждение давно прожитого. — Дай вам Боже, хозяева, только здоровья, а все остальное мы купим за деньги.

Олег весьма активно поддержал добрый тост, хозяйка смотрела на меня с такой неподдельной нежностью, словно собиралась усыновить и даже поселить на своем дворе, не в свинарнике, конечно, но в качестве хорошо дойной коровы — это уж без сомнения. В конце концов, я ведь заглянул на огонек китайского фонаря в хлебосольную домину Саенко не для того, чтобы нажраться до двухтысячного года.

— Ну что, перекурим? — предложил майор и, предвидя согласие гостя, продолжил: — Пошли ко мне. В кабинет. У нас только там дымят. Дети все-таки...

В отличие от очень многих дам, контролирующих розничную торговлю собственным товаром, хозяйка почему-то не курила. Но если бы она и не была такой оригинальной, вряд ли составила нам компанию. Понимает, я пришел в гостеприимный дом вовсе не для того, чтобы отдать должное ее высокому кулинарному искусству.

Кабинет честного мента был забит книжными стеллажами по всему периметру от пола до потолка.

— Сам делал, — с гордостью сказал Олег. — Люблю книжки читать. Только вот, жалко, времени не всегда хватает.

Книжки здесь как на подбор, вкусы честного мента полностью совпадают с пристрастиями моего отпрыска. Красивые глянцевые обложки с четкими буквами, залитыми красной триадой, полуобнаженные красавицы, звероподобные мужики, ножи, револьверы, автоматы. Сказки современной эпохи вместо прежних героев-одиночек, всех этих доблестных добрыней никитичей и иванов-царевичей. Такое впечатление, что сказки новейших времен самые разные писатели строчат под одну копирку.

Герой каждой из них круче всех крутых. Это бывший афганец, гэбешник, спецназовец, проворачивающий дела, которые не под силу трем дивизиям. Ему нипочем противодействие криминальных структур, Федеральной службы безопасности, доблестной милиции и Центрального разведывательного управления, вместе взятых. Всех перемочит, переиграет и добьется поставленной цели. Так и хочется брать с него пример, только вот жизнь — не романы, если бы не всесторонняя поддержка, я бы давным-давно совершал свои трудовые подвиги исключительно в загробной жизни.

Интересно, что может привлекать в этих книгах майора Саенко, профессионал все-таки? Наверняка юмор. Читает и смеется. Правильно, я ведь не понаслышке знаю: в отличие от прочих зрителей, все эти «Огарева, 6» и «Сержант милиции» менты расценивали исключительно в качестве комедий.