Читаем без скачивания По светлому следу (повести) - Николай Томан

— Да вы толком расскажите, в чем дело-то? — удивленно посмотрел Шмелев поверх пенсне на Сугробову.

— С докладом Михаила Александровича может нехорошо получиться, — ответила Галина. — Он расскажет в обкоме, что окончательно покорены пески, что наши степи вполне обеспечат кормовую базу крупному животноводству, а у нас вдруг появились эти удивительные тли…

— Не понимаю вас что-то, — проговорил Орест Викентьевич, протирая пенсне. — О каких тлях идет речь?

Тут только Галина подала энтомологу портсигар Крылова:

— Вот, посмотрите-ка на этих насекомых, Орест Викентьевич.

Шмелев достал из бокового кармана лупу и внимательно стал рассматривать стебельки травы.

— Явные представители надсемейства мелких полужесткокрылых, — классифицировал он обнаруженных насекомых. — Подотряд гомоптера.

— А пояснее нельзя? — нетерпеливо сказала Галина.

— Попросту же говоря, — продолжал, слегка оживившись, Шмелев, — мы имеем перед собой разновидность тлей. Какую-то необычайную разновидность к тому же. Я такой еще не видел ни разу.

Галина только теперь посмотрела на лежавшие в портсигаре стебельки травы, усеянные насекомыми, и удивленно воскликнула:

— Да тут их гораздо больше, чем было! Мыслимое ли дело — размножаться так быстро!

— Выходит, что мыслимое, — ответил Орест Викентьевич. — Обыкновенные тли имеют в год до шестнадцати поколений, а эта разновидность, видимо, особенно плодовитая. У тлей ведь вообще широко распространено явление живорождения и партеногенеза.

— Значит, нельзя терять ни минуты, — решительно заявила Галина, увлекая энтомолога вслед за собой вниз по лестнице. — Садитесь скорее в машину, Орест Викентьевич, и мы поедем к месту происшествия.

— Но позвольте, — запротестовал Шмелев, поправляя перекосившееся пенсне, — я не могу так сразу… У меня подагра, как вам, очевидно, известно. Смею вас уверить, что ничего не может быть хуже подагры для энтомолога, которому по штату положено целыми днями с резвостью школьника гоняться за жучками да бабочками.

— Не до шуток теперь, — поморщилась Галина.

— Дайте, по крайней мере, хоть переодеться.

— Некогда тратить время на это, Орест Викентьевич, — проговорила Галина тоном, не терпящим возражений. — Вызывайте своих помощников с ранцевыми опрыскивателями, и мы выезжаем. Необходимо возможно скорее сообщить в область точные сведения о вредителях и размерах повреждений. Действуйте же!

Сбежав по лесенке веранды, Сугробова подошла к Крылову.

— Василий Иванович, видите вон тот домик? — спросила она, указывая на видневшееся за деревьями строение. — Это метеорологическая станция, место вашей работы. Свяжитесь, пожалуйста, с областным метеорологическим управлением и узнайте прогноз погоды на ближайшие дни. Я к вам сейчас радиста нашего пришлю.

Крылов взял чемоданы, накинул на плечи китель и пошел к метеостанции. Его нагнал вскоре невысокий рыжеволосый молодой человек в теннисной рубашке, выбежавший из центрального здания опорного пункта.

— Позвольте представиться, — весело проговорил он, поклонившись и протягивая руку Крылову: — радист Калашников. Разрешите, помогу вам.

И он, несмотря на протесты Василия, взял один из его чемоданов и, весело болтая, пошел рядом с метеорологом.

Пока Галина осматривала мотор машины, а заведующий хозяйством опорного пункта Иманбеков заправлял бензобак и заливал свежей водой радиатор, Орест Викентьевич, вопреки своей обычной медлительности, успел вызвать двух своих помощников с ранцевыми опрыскивателями и усадил их в машину.

Когда все приготовления к отъезду были закончены, подошел Крылов. Галина коротко познакомила его с Орестом Викентьевичем и завхозом Иманбековым.

— Как с ветром? — спросила она Крылова.

— Пока пять баллов, — ответил метеоролог.

— А в ближайшие дни?

— По данным областного управления, усилится.

— Садитесь в машину, Орест Викентьевич, нужно торопиться, — сказала Галина Шмелеву и энергично тряхнула головой, отчего развязались волосы, пучком скрепленные на затылке, и рассыпались по плечам.

— Счастливого пути! — кивнул головой Крылов, снимая фуражку.

— Товарищ Иманбеков! — крикнула Галина завхозу, когда машина тронулась. — Познакомьте Василия Ивановича Крылова с остальными сотрудниками нашего опорного пункта да не забудьте покормить его.

— Не забуду, Галина Сергеевна, — отозвался Иманбеков. — Это вы только забываете про обед. Возьмите вот на дорогу.

С этими словами он почти насильно сунул Галине сверток с бутербродами.

В пораженной зоне

Орест Викентьевич сидел рядом с Галиной, а помощники его устроились на заднем сиденье. Галина почти не разговаривала и лишь изредка отвечала на вопросы энтомолога, болтавшего без умолку.

— Ужасная вещь эти стихийные бедствия! — говорил он каким-то глуховатым голосом. — Сколько страшных нашествий знает история! Да зачем далеко ходить, вот вам сравнительно недавний пример. Именно эти края подверглись в 1912 году ужасному нашествию прожорливых гусениц лугового мотылька. В тот год был неплохой урожай в тех местах близ Волги, где возможно было земледелие. Начинали уже созревать хлеба и овощи на бахчах, зеленели травы на лугах, и вдруг из Волго-Ахтубинской поймы фронтом в сотни километров двинулись на луга и посевы необозримые массы гусениц лугового мотылька.

Повернувшись к Сугробовой, Орест Викентьевич поинтересовался:

— Помните ли вы это нашествие гусениц, Галина Сергеевна?

— Откуда мне помнить? — ответила девушка. — Меня ведь и на свете тогда не было, но о бедствии этом я, конечно, слышала.

— Да-с, — удовлетворившись этой справкой, продолжал Шмелев, — страшное было время. За короткий срок вся территория заволжских полей и лугов превратилась в мертвое черное пространство, на котором не осталось не только хлебов, но даже полыни. Чтобы вы имели наглядное представление об этом кошмаре, скажу вам, что гусеницы ползли по земле слоем более чем в десять сантиметров. Когда они переваливали через полотно железной дороги Астрахань — Саратов, поезда прекращали движение, так как паровозные колеса буксовали в массе раздавленных насекомых…

— Ну, хватит вам, Орест Викентьевич! — недовольно поморщилась Галина. — То, что было возможно в царской России, немыслимо в Советском Союзе. Надеюсь, вы понимаете это?

Но Шмелев, будто не расслышав замечания Галины, продолжал мрачным голосом:

— И вы не подумайте, что с ними не пытались бороться. Гусениц опрыскивали ядами, выжигали огнем, заливали водой, но все было напрасно…

Он рассказал еще несколько страшных историй, но Сугробова не слушала его. Она с тревогой всматривалась в окраску степи. До того места, где несколько часов назад Галина с Крыловым обнаружили полегшие травы, было теперь недалеко. Но когда машина пересекла полотно железной дороги и перевалила за небольшую возвышенность, поросшую раскидистым кустарником селитрянки, оказалось, что увядшая растительность была теперь метров на триста ближе к колхозу “Победа”, чем в первый раз.

Галина резко затормозила машину.

— За наше отсутствие, — сказала она взволнованно, — вредители отняли у нас еще один большой участок степи. Отсюда недалеко теперь и до бахчей колхоза “Победа”.

Орест Викентьевич не спеша стал выбираться из машины, приказав своим помощникам приготовить инсектисиды — вещества, убивающие насекомых.

— Займитесь опрыскиванием, Орест Викентьевич, — обратилась к Шмелеву Галина, — а я съезжу в колхоз “Победа” и скоро вернусь.

Минут через десять, обогнув посадки джузгуна, защищавшие постройки колхоза от еще совсем недавно надвигавшихся на них песков, машина выехала на главную улицу села.

Навстречу шел знакомый Галине колхозник Терентий Ефремович Хлебников, которого все село звало запросто дедом Терентием. Он прославился на всю область своими необычайными арбузами и дынями, которые показывал каждый год на областных и районных сельскохозяйственных выставках.

— Здравствуйте, Галина Сергеевна! — радостно воскликнул Терентий Ефремович. — Вот хорошо-то, что приехали! Беда на нас свалилась. Диковинные паразиты в степи появились. Племянник мой, старший сержант Иван Алешин, первым их обнаружил. Зоркий, хозяйственный глаз у парня. Непременно хочу вас с ним познакомить.

— Да мы уже знакомы, — улыбнулась Галина. — Неожиданно встретилась с ним сегодня.

— Постойте, — оживленно перебил ее Терентий Ефремович, — так это вы были?

— Я, Терентий Ефремович. Подсаживайтесь-ка в машину да показывайте дорогу к председателю колхоза.

Председателя, пожилого мужчину в гимнастерке, и местного агронома нашли они в хате-лаборатории.