- Чего ты там застыла? – поинтересовался Дариэль, но не обернулся.
- Платье не снимается.
- Для этого нужны служанки, не считаешь?
- Знаешь, тут целый вагон этих служанок, которые только и ждут того момента, когда сюда приду я и попрошу их снять с меня платье! – немного ядовито рыкнула Ринэль, но тут же печально опустила ресницы. – Интересно, если я сожгу платье, то обратно восстановить смогу?
- Не думаю, что это хорошая идея, - усмехнулся Дар. – Тебе потом нечего будет одеть.
- А что, если кто-то из вас принесет мне запасное платье? – пораженная внезапной догадкой, спросила девушка.
- А не жалко будет?
- Будет, но надо что-то делать.
- А меня попросить помочь?
- Ни за что! - ахнула Ринэль, возмущенной скрестив руки на груди, хоть эльф этого и не видел. – Платье мне лучше принеси.
- Ну и требования у тебя, принцесса, - улыбнулся Дариэль, но послушно скрылся в черноте сада, оставляя сильтарина на попечение Астрелиану, который равнодушно изучал небо, просвечивающее сквозь листву.
Ринэль украдкой взглянула на светлого, удостоверилась, что тот на нее не смотрит, и быстро подожгла на себе платье, предварительно поставив легкий щит от огня, который когда-то показал ей Дэллион. Платье сгорело в один миг, и девушка осталась абсолютно нагая на продуваемом ветрами берегу, но тут же быстро забежала в воду и заплыла на глубину.
Она еще никогда не плавала голой, и это было для нее неожиданным опытом. Холодная, черная как смоль вода приятно ласкало тело холодом, и Ринэль приподняла голову, получая удивительное удовольствие от такого плавания.
«Кажется, теперь я понимаю, почему множество людей любят плавать голышом. Есть в этом какая-то изюминка, когда тех мест, где обычно находилась ткань купальника, касается прохладная вода, из-за чего кожа покрывается мурашками.
Покосившись в сторону берега, Ринэль обнаружила, что светлый хоть и повернулся к ней лицом, но смотрит в совершенно другую сторону, поэтому девушка спокойно развернулась и поплыла на другой берег, где уселась прямо на песок (и откуда он здесь) так, чтобы вода доходила до середины груди. Почему-то от этой ситуации стало жарко: она сидит в воде, которая легко колышется, иногда целиком открывая соблазнительную грудь, едва заметный серебристый цвет луны окрашивает фигуру ярким ореолом, и тот, кто увидел бы девушку, то подумал бы, что это сама Богиня Красоты спустилась на землю.
Ринэль улыбнулась и мурлыкнула, кожа покрылась мурашками от холода, и соски затвердели, но даже это не сдвинуло ее с места. Ей было так хорошо, что она готова была несколько часов провести в озере.
Неожиданно вода вокруг забурлила, сильтарин хотела было уже подскочить, чтобы убежать, но не смогла сдвинуться в места – ее тело словно сковало. Оглянувшись на телохранителя, девушка с ужасом увидела, что он застыл, даже волосы больше не шевелились на ветру. Вокруг стояла оглушительная тишина, только свет лился с неба.
Вода успокоилась, но неожиданная волна подхватила Ринэль и перетащила на плоский камень, находящийся на глубине так, что принцесса, лежа на каменной поверхности, не утонула в воде. Тишина и неподвижность, как собственного тела, так и телохранителя жутко нервировала, и девушка дернулась, но нахлынувшая вода перехватила все ее движения, сильнее прижав к камню. А когда волна убралась обратно, на камне обнаружился странный мужчина со сверкающими в темноте глазами. Скорее от неожиданности и удивления, чем от страха, сильтарин застыла, разглядывая незнакомца, который был невероятно хорош собой. Его черные и густые волосы облепили сильное и загорелое тело, мускулистые руки упиралась в камень по обе стороны тела Ринэль, а сияющие глаза недалеко от лица девушки, таинственно блестели в лунном свете.
- Какая красавица почтила мое озеро своим присутствием, - чарующе произнес мужчина, нависая над принцессой. – Да еще нагая как новорожденный младенец. Кто ты, о жемчужина моего сердца?
Сбитая с толку его речами, Ринэль ответила, не в силах отвести от красавца взгляда. Его черные-черные глаза гипнотизировали.
- Ринэль…
- Значит, не жемчужина, а звезда, царившая на ночном небосводе небесного бархата, - мужчина навис над девушкой, и по ее телу прокатилась знакомая волна жара, которая теперь совершенно не имела никакого отношения к гормонам и феромонам. Этот мужчина сам, только своим присутствием и терпким ароматом, вызывал такой эффект.
- А ты кто? Что ты сделал со мной и с моим телохранителем? – прошептала принцесса.
Вода снова нахлынула, обдав тело красавца сверкающими каплями, и несколько капелек попали девушке на кожу, но на секунду поднявшаяся от волны вода тут же смыла их.
- Я? Я властитель этого озера, звезда моя, - снова прошептал мужчина, лаская взглядом белоснежное тело Ринэль, и от этого взгляда девушка стало еще жарче, а к щекам прилил румянец. – А с твоим телохранителем ничего не случится. Я могу останавливать время для тех, кто попал в мои владения, так что время просто застыло, но продолжит свой ход, как только я этого захочу, или ты покинешь это озеро.
- Зачем тогда?..
- Ты прекраснее любой Богини, нет на свете никого красивее тебя, о моя мелодия, - незнакомец склонился ближе, заглядывая в космические глаза. – Я Эйр.
Мужчина поднял руку и нежно провел тыльной стороной ладони по щеке принцессы, а затем с небольшим нажимом – по губам. Ринэль едва подавила судорожный вздох. Хоть от прикосновения жутко зачесалась щека, но красавец только своим присутствием заставлял принцессу дышать все чаще и чаще.
- Что ты хочешь сделать со мной?
«Уж точно не поговорить».
- Только то, чего захочет моя звезда. Ничего того, что будет против твоих желаний.
Мужчина еще немного наклонился и нежно поцеловал в шею, прикусив бьющуюся жилку, а когда отстранился, окинул лежащее перед ним тело жадным взглядом, от которого у Ринэль вспыхнул нестерпимым жаром низ живота. Сильтарин не могла даже слова сказать, все было словно в сказочном сне, или когда на нее действовали феромоны, но это было еще сказочнее, если учесть камень за спиной и прохладу воды, омывавшую тело.
- Какая же ты красивая, звезда моя небесная, - снова прошептал Эйр и легко провел пальцем от шеи до ключицы, и от ключицы до ложбинки груди, и от этого прикосновения Ринэль выгнулась, задохнувшись от пожара в теле.
Эйр довольно улыбнулся, таинственный свет в его глазах стал ярче, и мужчина приподнялся над девушкой, разглядывая собственную добычу.
- Моя, только моя, - чарующе проговаривал он, оглядывая каждый миллиметр прекрасного тела. – Ты никому не будешь принадлежать, кроме меня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
