— У тебя есть календарь? — спросила она.
— Лежит на столе, — отозвался Джеймс с кровати.
По календарю Лорин вычислила, что до конца наказания и последующего базового курса осталось сто семьдесят четыре дня. Взяла лист бумаги и аккуратным почерком написала в столбик числа от 174 до 1.
Джеймс выглянул из-под одеяла.
— Лорин, что ты затеяла?
— Делаю календарь для обратного отсчета. В эти сто семьдесят четыре дня я ни разу не заплачу и не пожалуюсь. Я буду везде носить с собой этот листок. Как бы плохо мне ни было, я буду думать только о том, через сколько часов я смогу вычеркнуть еще одно число. Через сто семьдесят четыре дня базовый курс будет пройден. Клянусь в этом могилой мамы.
Джеймс вскочил с постели.
— Нет, — сказал он. — Нельзя клясться маминой могилой в таких вещах. Не всё на свете зависит от тебя. А если ты поранишься или заболеешь?
— Не заболею, — сурово ответила Лорин. — А если станет больно, закрою глаза и буду думать про бумажку в кармане.
— Переключить мысли — неплохая идея, — сказал Джеймс, натягивая тренировочные штаны. — Но попытайся смотреть на вещи реалистично. Немало ребят проходили базовый курс только со второй или с третьей попытки. Твоя упертость может обернуться большим разочарованием.
Лорин встала перед Джеймсом и резко приказала:
— Дай мне пощечину.
— Ага, прямо сейчас. — Джеймс, поморщившись, покачал головой.
— Вот увидишь, я выдержу, — заявила Лорин. — Бей как хочешь сильно.
— Прекрати, Лорин. Мы могли бы еще полчаса поспать…
Лорин кинулась на него, ухватила за кожу на груди и резко крутанула. Джеймс, взвыв от боли, свалился на кровать.
— Ты чего?! С ума сошла? — заорал он.
— Дай пощечину! — крикнула в ответ Лорин.
— Хочешь показать, какая ты крутая? — взъярился Джеймс. — Пожалуйста. Может, в следующий раз станешь поумнее.
Он наотмашь ударил ее по лицу. Это оказалось больнее, чем ожидала Лорин. Но все-таки она сдержала стон и только выдавила улыбку, плотно стиснув губы.
— Сто семьдесят четыре дня, — сказала Лорин. — Поверь.
Джеймс усмехнулся.
— Позавтракаешь со мной? Или ты так крута, что и от пищи отказываешься?
*
Когда Джеймс и Лорин спустились в столовую, там уже собралось около шестидесяти херувимцев. Через пару секунд в зале воцарилась полная тишина, потом зашаркали стулья, все как один встали, принялись аплодировать и стучать ложками по столу. Послышался свист и крики: «Лорин!»
Неподалеку стоял Шакиль; Джеймс вопросительно посмотрел на него.
— Что тут происходит?
— Чествуем твою сестру, — ответил Шакиль таким тоном, будто говорил с идиотом. — Она самая великая героиня в истории «Херувима». Все мы мечтаем поквитаться с мистером Ларджем, но я не думал, что у кого-нибудь хватит на это пороху.
Ребята хлынули со всех сторон, через мгновение Лорин потонула в океане рук, похлопывающих по плечу и обнимающих. Двое парней постарше усадили Лорин на плечи и триумфально понесли по столовой. У нее на лице смешивались самые разные эмоции: радость, изумление и боязнь того, что ее стукнут головой о люстру. Пока Лорин разъезжала по столовой, ребята со всех сторон наперебой предлагали ей помощь в рытье.
— В каком еще рытье? — спросил Джеймс.
— Мы слышали, что твоей сестре велели расчистить канавы на задворках лагеря, — пояснил Шакиль. — В субботу утром все наденут резиновые сапоги и пойдут ей помогать. Мы прикинули, что если на работу выйдет человек сто, мы справимся со всеми канавами за один день.
— Здорово, — одобрил Джеймс. — Молодцы вы все.
— Она это заслужила, — сказал Шакиль. — Я бы и сам не отказался надавать мистеру Ларджу по шее. А еще мы объявили сбор средств. Скинемся и купим ей какой-нибудь подарок на память.
Когда Лорин совершала третий круг почета, к Джеймсу подошла Эмми.
— Мы на моем этаже тоже скинулись, — сообщила она. — Собрали семьдесят фунтов. Какой у Лорин любимый магазин?
— Она часто покупает шмотки в «GAP Kids»*, — ответил Джеймс. — А что?
— Хотим подарить ей большую кружку с надписью, — пояснила Эмми. — И еще останутся деньги. Купим для нее подарочный сертификат**, а может, громадного плюшевого мишку…
26. НОСКИ
— Ну и свинья же ты, — заявила Керри. — Ты понимаешь, что мы с Кайлом застрянем в Торнтоне до тех пор, пока операция не закончится?
Наступил вечер пятницы. Джеймс и Керри сидели в мальчишечьей спальне. Джеймс собирал вещи — утром ему предстояло лететь в Майами.
— Неверная точка зрения, — усмехнулся Джеймс — Мы все члены одной команды, одинаково важные. Просто моя задача — поваляться на пляжах во Флориде, а твоя — провести каникулы здесь. Если повезет, кто-нибудь устроит пожар, и ты полюбуешься, как горит один из этих древних домов.
— Ну и шуточки у тебя, — фыркнула Керри.
— Как ты думаешь, сколько носков взять? — спросил Джеймс.
— Самое меньшее, по одной паре на каждый день.
Джеймс заглянул в ящик для белья и обнаружил в нем только две пары чистых носков. Тогда он принялся шарить по полу и собирать разрозненные пары.
— А эти разве не грязные? — поинтересовалась Керри.
— Немножко, — ответил Джеймс. — Надевал их всего по одному разу. Они не очень сильно пахнут. — Он сунул один из них под нос Керри. — Вот.
— Отстань, ради бога. — Керри сердито оттолкнула его руку. — Гадость какая.
Джеймс принюхался.
— Фу, — поморщился он. — Пожалуй, эти действительно несвежие. Наверно, надевал их вчера вечером в боксерский клуб. Но остальные еще ничего.
Керри покачала головой.
— Джеймс, ты грязное животное.
Она встала с кровати и пошла к себе. Тут у Джеймса зазвонил мобильник.
— Привет, Эйприл, — сказал Джеймс. — Ты где?
— В аэропорту, с Эрин и мамой, — ответила Эйприл. — Сидим, ждем посадки на самолет. Мне захотелось с тобой попрощаться.
— Но мы виделись всего несколько часов назад, — промямлил Джеймс.
— А разве ты не хочешь со мной поговорить? — спросила Эйприл с легким оттенком язвительности.
— Конечно, хочу! — соврал Джеймс. — Просто… Я очень занят, собираю вещи.
— У меня на руке твои часы «Найк», — хихикнула Эйприл. — Смотрю на них и думаю о тебе.
— Не забудь вернуть, — сказал Джеймс. — Они у меня единственные хорошие.
— Поцелуй меня, — сказала Эйприл.
Джеймс покачал головой и пару раз причмокнул губами в трубку.
— Эйприл, пора закругляться. Меня Зара зовет. Счастливого пути.
— Джеймс, я…
— Прости, Эйприл, мне пора.
Джеймс отключился и досадливо прищелкнул языком. Рядом с ним стояла вернувшаяся Керри. Она принесла четыре пары чистых спортивных носков.
— Беда с этими девчонками, правда? — осведомилась она.
— И не говори, — покачал головой Джеймс.
— На, возьми, — сказала Керри. — У меня ноги ненамного меньше твоих. Только не забудь постирать перед тем, как вернешь.
— Спасибо. — Джеймс засунул носки в сумку. — Знаешь, Эйприл меня достала.
— Правда? — отозвалась Керри. — А мне кажется, она симпатичная.
— Она и впрямь симпатичная, — признал Джеймс. — Но слишком уж назойливая. Без конца звонит по телефону. В школе ходит за мной по пятам, обнимает у всех на виду. Если я с кем-то разговариваю, оттаскивает меня в сторону и начинает шептать на ухо.
— Она в тебя втрескалась, — подытожила Керри. — Ты должен быть польщен.
— Мало сказать — втрескалась, — вздохнул Джеймс. — По-моему, она уже выбрала свадебное платье и теперь придумывает имена детям.
— Как это по-мужски! — оскорбленно заявила Керри. — Тебе нравится, когда девчонки виснут на шее, но только для того, чтобы самому поцеловать их при случае и похвастаться перед друзьями.
— Перестань, — поморщился Джеймс. — Просто Эйприл относится ко мне немножко лучше, чем я к ней. Я не виноват, что девчонки не могут передо мной устоять.
— Размечтался, — ухмыльнулась Керри. — Я думаю, ты покрутишь с Эйприл и бросишь ее, как бросил Николь.
