Читаем без скачивания Акция «Ближний Восток» - Олег Шелонин

Тронный зал было не узнать. О том, что он был тронный, говорил только сам трон. Все остальное было выдержано в буйных тонах дешевой американской забегаловки (культура с экранов сейчас в основном льется оттуда). Было кое-что и от Европы. Джинны хоть и сидели по привычке на полу, но во фраках и за столом! На этом особо настояла главная модельерша. Вокруг бегали такие же синенькие, как и посетители, официанты, разнося напитки. Молочные, клубничные, газированные, негазированные, охлажденные, переохлажденные…

В центре демонстрационного зала возвышался подиум.

Однако перенесемся за ширму, которая располагалась за ним, ибо там-то и происходило главное. Там творила свои модели Аленка. Творила и объясняла, как ими пользоваться.

– Третий раз тебе повторяю, дубина синяя. Выходишь на помост и делаешь так… – малышка томно изогнулась,– потом ручкой так… – еще один соблазнительный жест,– затем ножкой так… затем сбрасываешь с себя это, потом это…

– Зачем?!! – начал впадать в истерику джинн.

– Чтобы люди оценили сначала в таком виде, потом в таком…

– Да они ж не люди!!! – взвыла «модель».

– Все равно оценят.

– Вот этого я и боюсь.

– Глупый,– рассердилась Аленка,– потому и боишься. Кстати, шаровары под юбкой лишние. Снимай!

– Здесь? – ужаснулся джинн.– Не буду!

– Вообще-то правильно. На сцене снимешь.

Глаза джинна начали закатываться. Он был на грани обморока, но Аленка поняла его иначе.

– Умница! Шляпки не хватает и мехового манто!

Взгляд ее упал на Хрум Хрумыча.

– Серенький, пушистенький… будешь неплохо гармонировать с ансамблем. Маленький, правда. Ну ничего. Это поправимо.

Хрум Хрумыч начал раздуваться на глазах.

– Поработаешь немножко горностаем.

– Не буду!

Илюша недолго думая плюхнул упрямую мышь на плечи джинну. «Горностай» начал немедленно рваться на волю.

– Королевским горностаем,– поспешила успокоить его Аленка.

– Короли не работают!

– Даже за сыр?

– Оплату вперед! Вот сюда! – шлепнул лапкой по лысой голубой голове джинна Хрум Хрумыч.

– Идет. Я из него шляпку сделаю. После представления съешь.

На голове джинна появилась ароматная шляпка. Хрум Хрумыч немедленно оттяпал от нее кусок и начал жевать.

– До подиума шляпка не доживет,– сообразила Аленка.– Придется сделать сыр нескончаемым.

Шляпка тут же восстановилась. Это жутко понравилось Хрум Хрумычу. Он вольготно развалился на голубых плечах, заложив ногу за ногу.

– Что за поза? – возмутилась Аленка.

– Как хочу, так и лежу. Я же королевский горностай! – Хрум Хрумыч потянул на себя сыр, чтоб удобней было грызть, и немедленно вонзил в него свои острые зубки.

– А так даже красивей,– одобрила Аленка, оглядывая лихо сбитую набекрень шляпку.– Так ты все понял? – вновь обратилась она к джинну.– Выходишь…

– Понял. Не пойду.

– Вот еще новости! – топнула ножкой модельерша.– Ведущий, объявляйте!

Застывший в ступоре Гассан (он же ведущий) выпученными глазами смотрел на модель.

– С кем приходится работать,– пожаловалась Аленка Илюше.– Ладно, обойдемся без дешевой рекламы. Выводи его на сцену!

– Без проблем,– засучил рукава наследник. Сначала он воспринял новую игру в штыки, но теперь от нее просто угорал.– Ты не отвлекайся, готовь групповуху.

Модельерша поблагодарила помощника кивком головы, повернулась к кучке трясущихся от страха джиннов, критически осмотрела их и начала творить групповую модель. Она подняла ручки, сделала в их сторону пасс, джинны глянули друг на друга и рухнули в обморок.

– Чего это с ними? – удивилась Аленка.

– В-в-волнуются… – судорожно вздохнул визирь, потихоньку приходя в себя,– первый выход все-таки… – Он бросил взгляд на групповую модель и рухнул следом.

– Чего-то здесь не хватает,– задумчиво пробормотала руководительница шоу, разглядывая лежавших в отключке джиннов.– Нет, наоборот… слишком много лишнего…

Наследница приготовилась сделать еще один пасс. Зал взревел. Аленка поняла, что первому артисту помогли выйти на сцену, и, надо сказать, не ошиблась.

Модель вместе с куском ширмы смачно вляпалась в столб, которым Аленка, учитывая габариты артистов, решила заменить стандартный, не раз виданный ею по телевизору золоченый шест. Обиженно пискнув, «королевский горностай» улетел в угол тронного зала, держась всеми четырьмя лапами и зубами за нескончаемый сыр. Как только искры из глаз «модели» перестали сыпаться, она с трудом поднялась, давая возможность оценить свой наряд. Платье было шикарное, в обтяжечку. Оно так выгодно подчеркивало накладную грудь, что зрители взвыли еще восторженней. Замок задрожал. Распаленный Ад-Димирияту начал придвигать свой трон вместе с постаментом поближе к подиуму, но был остановлен недремлющей охраной. На ней тоже настояла модельерша, увидев однажды, как фанаты прорывались на стадион сквозь полицейский кордон.

– Гарсон, чего-нибудь охлаждающего!

Двухметровый гарсон, проносившийся мимо с подносом, бухнул в бокал с молоком приличную дозу вина, после чего подал его повелителю.

– Что это?

– Новинка сезона. Молочный коктейль,– лаконично сообщил гарсон.– С вас два золотых.

– Чего? – возмутился король.

– По распоряжению наследников престола,– невозмутимо сообщил гарсон,– с сегодняшнего дня каждый труд должен быть оплачен. Не хотите, как хотите…

Гарсон выхватил из рук повелителя бокал.

– Да подожди ты, заплачу… – всполошился Ад-Димирияту.

Коктейль вернулся в державные руки.

– А чаевые? – возмутился гарсон, разглядывая золотые.

– Со слониками возьмешь?

– Индийский? Да там половина опилок!

– Это смотря чья фасовка…

– Беру только наличкой!

Пришлось раскошеливаться. Получив свои законные чаевые, «мальчик» рванул было дальше, но Ад-Димирияту успел поймать его за полы фрака.

– Наследники больше никаких распоряжений не давали?

– Давали. Приказали подбадривать артистов аплодисментами и тоже платить. Качество моделей они будут оценивать количеством денежек, засунутых за резинку.

– Какую резинку?

Гарсон пожал плечами.

– Давай, Абдулка!!! Покажи, чему тебя научили!!! – заорал король, отпуская «мальчика», и начал поддерживать артиста, яростно хлопая в ладоши.

Зрители немедленно присоединились к его усилиям. Как ни странно, это действительно вдохновило первую модель Аленки. Собравшись с духом, она честно сделала первую позу. Возможно, получилось и не так томно, как у наследницы, но зрителям понравилось. Их восторженные вопли вдохновили «артистку» сделать следующее па пудовой ручкой. Зал загрохотал. Окончательно поверив в свои силы и недюжинные артистические способности, модель резво махнула ножкой.

– О-о-о!!! – застонали зрители.

Распаленная «артистка» скинула первую деталь одежды.

– У-у-у!!! – взревел зал.

Тут уж модель окончательно вошла в раж и скинула вторую деталь. Треснувшее по всем швам платье вместе с накладными грудями полетело в толпу.

– Вау-у-у!!! Йес-с-с!!! – Публика словно с цепи сорвалась.– Еще!!! Еще!!! Дальше давай!!!

Тут модель сообразила, что давать, собственно, больше нечего, ибо на ней остались только шаровары, отвоеванные у модельерши в неравном бою. Расставаться с ними джинн не собирался и начал торопливо кланяться, давая понять, что представление закончено. Оно бы и закончилось, если б зрители не увидели резинку, за которую надо было совать. Зал дружно ринулся выполнять распоряжение наследников и честно его выполнил, сметя заодно по пути охрану. Бумажных денег в государстве Ад-Димирияту не водилось, а благодарность зрителей была так велика, что шаровары рухнули под тяжестью монет, глухо стукнув о помост. Артист этого уже не слышал. Он летел отдельно от них, снесенный с подиума мешком золота, посланным лично Ад-Димирияту. Королевская награда впечатала модель в стену, где она и отключилась от переизбытка чувств, покрытая славой и кучей золота.

– А вот и я! – Радостный возглас Веселого Али, материализовавшегося на подиуме с Акирой и катаной под мышкой, был воспринят как появление следующей модели и тут же вознагражден градом золотых монет. Они летели, надежно упакованные в прочные мешки. Подданные не хотели отставать от своего сюзерена. К такому приему таможня была неготова. Подиум тоже. Он просто рухнул. Зато бдительный сэнсэй был готов. Во всех отношениях.

– Групая ниндзя… ик! – раздался из пролома возмущенный вопль.– Исчезай…

– Трансвестита, аднака,– согласился «групая» ниндзя.– Моя мешочка бери?

– Бери,– милостиво согласился сэнсэй.– Шарика бросай!

Из пролома повалил дым. Что-то прошуршало по стене, затем по потолку. Из глубины замка удивленные джинны услышали затихающий вдали голос успокоившейся и вновь обмякшей катаны: «Шумер камы-ы-ыш, дере-э-эвья гну-урись!!!»