Читаем без скачивания Князь Владимир Старинов - Сергей Садов

Обстрел из требуще продолжался почти до десяти утра, даже удалось потопить еще один корабль… увы, но это оказался последним успехом. Родезцы поспешно убирались с холма и уводили корабли – большинство уже находилось в море на безопасно расстоянии, галеры на буксире уводили те транспортники, что лишись парусов. Интересно, когда теперь удатся снова организовать выгрузку? И будет ли она осуществляться в этой бухте или Ансельм предпочтет не рисковать и поднимется на север? Что ж, удачи ему. Относительно хорошее место для массовой выгрузки, по уверению рыбаков, находится на расстоянии шести километров отсюда по морю. При движении по берегу до города это расстоянии увеличивается вдвое. Судя по всему удалось выиграть еще пять дней минимум… при условии, что Ансельм все-таки решится продолжить осаду.

Рассуждая логически, родезцы это сражение проиграли даже в том случае, если им удастся захватить Тортон. Это город им нужен был только как база снабжения при наступлении на столицу, но теперь такое наступление попахивало откровенной авантюрой. Лишившись кораблей снабжения (когда еще удастся собрать флот), осадных машин, понеся большие потери в живой силе надежд на успешную осаду столицы никакой. Под сомнением даже возможность удержать захваченный Тортон. Можно, конечно, отказаться от наступления и попытаться закрепиться тут на зиму, а весной, доставив подкрепления, попытаться снова развить отсюда наступление. Только вот уже неожиданностью это не будет, а королевская амия, когда снег закроет перевалы и исчезнет угроза наступления из Эндории очень быстро окажется у стен Тортона. И даже время собрать флот у Локхера будет… Нет, удержаться тут всю зиму для родезцев будет чудо.

Только вот проблема в том, что люди не очень часто прислуживаются к логике и что-то подсказывало Володе, что Дорн Ансельм постарается захватить Тортон уже только по той причине, чтобы смыть позор сегодняшнего поражения. Значит, надо готовиться к следующим битвам... если, конечно, потери родезцев не окажутся чрезмерно велики, что даже пылающий жаждой мщение герцог не рискнет начать сражения и вынужден будет отступить… хочется верить. Еще неплохо бы выяснить собственные потери.

—Милорд! — Рядом замер запыхавшийся гонец. — Я из города. Десант на лодках успешно вернулся после штурма… только последний отряд на двенадцати лодках попал под атаку галер и был вынужден причалить к берегу. Люди выбрались к форту, но лодки все еще несут через заросли… приходится прорубаться, иначе застревают. Если родезцы не помешают, то к обеду вынесут и их, а тут уж по дороге в город донесут быстро.

—Слава богу! — выдохнул Володя. — Потери?

—Пока трудно оценить. Многие, как и вы, вынуждены были возвращаться вместе с теми, кто атаковал лагерь с суши, к десанту тоже прибилось несколько человек из ополчения и людей Лигора. Сплошная мешанина. Когда порядок восстановится, тогда и ясно будет.

—Хорошо, передай мой приказ к двум часам всем участникам боя собраться на северном полигоне – он самый большой. — Володя нахмурился. — Особенно ополчения касается… есть у меня к ним разговор.

—Да, милорд. — Гонец отдал честь – уже даже и среди тех, кто пришел в город с Конроном начал распространяться этот воинский салют – и поспешно умчался. Володя устало опустился на траву и прикрыл глаза. Сейчас, когда горячка боя схлынула, он почувствовал себя совершенно разбитым. Болела голова и саднили еще несколько полученных царапин. Отчаянно болела грудь – доспехи великолепные, но удары все равно сильны, хорошо, что ребра целы, но синяки наверняка будут такие, что в ближайшие дни на людях лучше рубашку не снимать.

Володя, превозмогая боль, встал и подозвал офицера – командующего артиллерий на холме.

—Готовьте все орудия к спуску, здесь им уже нечего делать. Враг о них знает и не подставиться, зато холм первая цель для атаки.

Слегка прихрамывая, Володя добрался до коня и уже не торопясь, спустился вниз и отправился в город, по дороге завернув в форт, где встретился с Филлипом и Абрахим.

—Что ж… слава богу, форт сегодня не пригодился, но свою роль он еще сыграет… А ты пока остаешься комендантом. И о своем обещании я не забыл. Абрахим, а ты собираешься, едешь со мной – по дороге расскажешь, что там у тебя было и как убеждал родезцев в преимуществе этой бухты.

—Конечно, милорд…. только у меня новость есть.

—По дороге расскажешь. Филлип, найди ему лошадь какую.

Лошадь нашлась быстро и вскоре Володя вместе с Абрахимом выезжали из ворот форта. Абрахим сначала, как воспитанный слуга пытался держаться позади синьора, но тот остановил коня и стал ждать, когда тот поравняется.

—Согласись, что трудно разговаривать с кем-то, кто плетется позади. Так что за новости?

—Пираты, ваша светлость. Из разговоров офицеров мне удалось узнать, что родезцы сговорились с пиратами и те должны были принять участие в осаде.

—Хм… Теперь понятно, почему при флоте не очень много боевых кораблей. Они и не рассчитывали с ним блокировать город – эту роль отводили пиратам. Не знаешь сколько кораблей будет?

—Нет, милорд… только… Вы вроде как не удивлены?

—Не удивлен. Скорее бы удивился, если бы узнал, что они этого не сделали. Когда должны прибыть корабли?

—Тоже не знаю…

—Полагаю, дня через три. Тогда, когда и ожидалось прибытие основной армии.

—Но почему не тогда, когда прибывает авангард? Ведь тогда они бы смогли блокировать город и сегодняшний трюк не получился бы.

—Сомневаюсь, что удалось бы блокировать полностью, но жизнь бы они нам осложнили. Беда только в том, что объединенный флот пиратов скорее всего получился бы сильнее авангарда. Полагаю, Эрих находится в здравом уме, что бы остановить у этой братии под носом такую приманку.

Пока мальчик возвращался в город, он успел немного успокоиться и отойти от недавней битвы, но прежняя злость вспыхнула в нем с новой силой стоило увидеть отряды ополчения, радостно отмечающие победу. Володя подозвал командира одного из отрядов и поинтересовался не забыл ли, что им всем надлежит быть на полигоне? Тот клятвенно заверил, что как раз туда они и направляются.

Прибыв к северной стене, где обычно тренировались солдаты, Володя расположился чуть в стороне у какого-то не то дома, не то склада, прислонился к стене и стал терпеливо ждать, наблюдая за прибывающими отрядами. Если кто уже пришел – свободно располагались прямо на земле, вовсю обсуждая прошедшую битву. Веселье било через край несмотря на понесенные потери, когда рядом отсутствовал твой товарищ, еще только вчера тренировавшийся вместе с тобой. Офицеры поднимали кружки с вином… ну конечно же Конрон в первых рядах.

Абрахим, озадаченно поглядывая на бледного синьора, пытался понять причину его гнева, а то, что он был именно разгневан виделось даже ему, который встречался с ним не очень много. Гнев, правда, проявлялся во всего лишь крепок сжатых губах и мрачном взгляде, устремленным в одну точку. Он не пытался подойти к какой-либо компании, с кем-то заговорить – просто стоял и наблюдал. Но вот его заметил главнокомандующий обороной Тортона тир Пентарский.

—Вольдемар, что ты тут стоишь? Айда к нам! Это надо отпраздновать!

Губы князя сжались плотнее, в глазах полыхнуло пламя. Абрахим невольно попятился и уже подумывал о том, чтобы исчезнуть куда подальше, но любопытство победило.

—Отпраздновать? — вкрадчиво поинтересовался князь. Даже не совсем трезвый Конрон сообразил, что что-то неправильно и теперь хмурился, пытаясь понять, что он упустил. Может они не победили, а их разбили и сейчас родезцы входят в город.

—Ну… вроде бы мы победили…

—Конрон, ты интересовался потерями? Я вот по дороге завернул в госпиталя, переговорил с Арвидом… двести раненных! Двести, Конрон! — Князь не повышал голоса и говорил вроде бы тихо, но от этого тихого голоса, в котором бушевал сдержанный ураган становилось очень неуютно. — Трупы на дороге увозят телегами! Уже увезли больше семидесяти тел! И основные потери не в лагере! Не там, где шел бой, а на дороге, когда мы отступали!

Конрон нахмурился.

—Да понимаю я все. Мы тут переловили некоторых бегунов… Накажем для назидания остальным.

—Накажем? Это вернет погибших?

—Ну а что ты предлагаешь?

—Дай мне власть. Я сам определю меру наказания. Всем.

Конрон отшатнулся.

—Вольдмар… — медленно протянул он, — мне кажется, ты собрался сделать что-то, о чем потом сам жалеть будешь.

—Жалеть не буду. Конрон, у меня было время все обдумать и немного остыть.

—Да что с тобой? — Конрон уже откровенно встревожился – таким своего друга он еще не видел.

Володя вдруг прикрыл глаза и как-то устало произнес:

—Я испугался, Конрон. Сегодня я впервые в жизни испугался настолько сильно… до дрожи…

—В бою…